Очень надеюсь, что Зофи не заметила, как все мое тело каменеет в ее объятиях от этих слов. И как я старательно прячу взгляд, когда она меня отпускает.

— Будь осторожна, — произносит она.

— Скоро увидимся, — отвечаю я через плечо.

В машине я бросаю на пассажирское сиденье сумку с моим «тюнингованным» ноутбуком и пару стволов Рейлана. Зофи машет мне с крыльца на прощанье, и я выезжаю на дорогу.

Простирающаяся передо мной дорога выглядит очень живописно. Даже мирно, я бы сказала. Листья потихоньку окрашиваются в яркий оранжевый и красный цвет. Я бы даже могла наслаждаться этим видом, если бы в голове постоянно не крутилась мысль о Янусе и Зофи. Каждый раз, когда я вспоминаю, как она сидит дома и верит, что ее брат еще жив, у меня начинает сосать под ложечкой. В голову закрадываются мысли о том, что, вероятно, я приняла неверное решение, что знать о произошедшем с Янусом лучше, чем не знать, где он и жив ли. Рано или поздно она должна узнать об этом, или же незнание сведет ее с ума.

Когда вернусь, все ей расскажу. Может, не стану вываливать все подробности, но сообщу, что Янус погиб. Просто нужно пораскинуть мозгами, как это лучше сделать.

Примерно через час после пересечения канадской границы я достаю телефон, чтобы созвониться с Зофи, но он не ловит сигнал. Только в этот момент я понимаю, что мобильник настроен на работу за пределами сотовой сети США. Бросаю взгляд на карту — через полчаса я буду уже в Монреале. Решаю ехать дальше.

На заправке по дороге к городу я покупаю телефонную карту и подхожу к кабине телефона-автомата. Набираю номер домашнего телефона в нашей хибаре, но в ответ слышу только частые короткие гудки — такой звук я слышала лишь однажды, когда шла по следам Януса. Тогда я позвонила на номер, который был отключен. Я пробую дозвониться снова, но слышу все те же гудки.

Когда Зофи не поднимает трубку другого одноразового мобильника, меня охватывает паника. Еще дважды набираю номер, но ответа нет. Я пытаюсь успокоить себя: может, она просто вышла в магазин или случайно оставила трубку в режиме разговора — короче, придумываю любую причину, по которой она не отвечает.

Я набираю номер своего мобильника, чтобы прослушать голосовые сообщения. Есть одно сообщение. Конечно же, оно от нее, оставлено час назад.

— Лекса! — кричит Зофи. — Лекса, срочно возвращайся! Как только получишь это сообщение. — Ее голос звучит так возбужденно. — Я наткнулась на рассылку людей, которые называют себя «Встречающие». Они говорят, что их выбрал Старейшина. Я скинула туда анонимное сообщение, и один из них уже со мной связался. Знаю, ты говорила, что нужно соблюдать осторожность, но я не могла ждать. Кроме того, я проверила, правда ли он один из нас. И он знает о Лоридасе и Гвардейцах. Он один из Чепанов и был на другом корабле.

Мое горло резко сжимается.

— Я спросила его, как звали пилота. Он сказал, Янус. Он все знает о моем брате.

В сообщении возникает пауза. Я слышу, как Зофи шмыгает носом, пытаясь сдержать слезы.

— Лекса, — продолжает она. — Он говорит, что Янус с ними. Мой брат едет сюда. Все будет хорошо!

Мое сердце пропускает удар, и я на автомате заскакиваю в машину, раскрываю ноутбук, подключенный к спутниковой системе связи. Еще не поздно. Я могу с ней связаться. Если она за компьютером, я пошлю ей сообщение…

Я вызываю на монитор изображение с камер слежения вокруг нашего дома, и мое сердце обрывается. На лужайке перед домом — полчища могов. Они борются с химерами, которые когтями и зубами отбиваются от захватчиков. Увы, перевес не на стороне животных — рядом с могами, скрежеща зубами, появляются отвратительные существа, которые бросаются на химер с устрашающей злостью. Несколько наших питомцев уже поймали, засунули в мешки и погрузили в грузовик, некоторые падают на землю и больше не поднимаются.

И в самом центре побоища — Зофи. Я кричу ей миллион вещей, которые она не может услышать. Я велю ей уходить. Прошу бороться. Прошу прощения. Она доблестно борется рядом с химерами, вырываясь из рук одного из могадорцев, чтобы тут же оказаться в лапах другого. В руках у нее какой-то инструмент, которым она замахивается на врага — молоток или гаечный ключ, сложно сказать. Наверное, ее застали врасплох, когда у нее не было под рукой настоящего оружия. Я в ужасе наблюдаю, как она в итоге вырывается и бежит на крыльцо к входной двери. Мимо нее проносится несколько бластерных разрядов, выжигая дыры в деревянной стене дома.

Тут ее перехватывает одна из могадорских тварей размером с нашу машину, усаженная рогами и с полной зубов пастью — она на всех парах мчится к Зофи. Зверюга хватает мою подругу зубами, но та не сдается. Она бьет своим «оружием» прямо в глаз монстру. Тот ревет от боли и бросает ее, и тут я понимаю, что совершенно недооценивала ее способности к борьбе.

Но это еще не конец.

Зверь издает рев и мотает головой в сторону Зофи. Его рог пронзает ее тело. Обмякнув, она приваливается к передней двери, а в области живота, в том месте, где ее проткнул рог чудища, разрастается темное пятно. Зофи оседает на землю. Несколько химер окружают ее, оборачиваясь зубастыми монстрами, пытаясь ее защитить. Но теперь они бессильны помочь.

Проходит несколько секунд, и она перестает дышать.

Зофи присоединяется к своему брату.

По-видимому, химеры это чувствуют — они отступают от ее тела, пытаясь спастись сами. Бесполезно. Моги их превосходят и отлавливают. Кажется, они взбешены поведением своего рогатого питомца — убийцы моей подруги — и начинают его лупить. Тем временем стены домика уже лижут языки пламени, бластерные разряды где-то что-то подожгли.

Вскоре после этого видеосигнал обрывается.

Меня начинает трясти, сначала мелкой дрожью, потом все сильнее. Впервые, с тех пор как я себя помню, я начинаю рыдать так, что слезы горячими ручейками бегут по щекам. Не могу их остановить. Хлюпая носом, я открываю рот для вдоха и издаю нечеловеческий и нелориенский звук, а рев тяжело раненного животного.

Завожу машину и уже собираюсь нестись по шоссе обратно к нашему дому.

Только зачем? Зофи больше нет. Пока я туда доберусь, химер там тоже не останется. Дом полыхает и, вероятно, все еще находится под наблюдением могов.

Не могу я выйти победителем в схватке с этими могадорскими ублюдками. По крайней мере, не в открытом бою. И не против такого числа.

Я снова издаю этот звериный, полный ярости звук, а потом даю по газам и несусь так быстро, как только могу. Опускается ночь, а я все еще бесцельно еду куда глаза глядят, пока в машине не заканчивается бензин. Останавливаюсь на обочине, вылезаю из кабины и бегу. На этот раз найти меня некому — нет здесь охранников Академии, чтобы отследить похищенный мной корабль и отвести меня домой. Я сама по себе. Бегу до тех пор, пока не начинаю падать от усталости.

Тогда я перехожу на шаг.

Глава 17

Две недели спустя после гибели Зофи в одном из онлайн-журналов появляется статья, вроде бы не имеющая отношения к этому событию. Это краткий отчет об инциденте в международном аэропорту Филадельфии. Какой-то мужчина отказался подвергнуть сканированию чего-то из ручной клади. Он и его спутник, маленький мальчик, должны были вылететь в Африку. В журнале есть их фото: пожилой взволнованный мужчина и веснушчатый мальчик лет четырех-пяти. Мужчина прикрывает рукой часть груди, покрытой лориенскими символами. Сотрудник аэропорта держит его за другую руку. Не знаю, кто они такие, но они точно Гвардеец и Чепан. Мне хочется залезть в фото и как следует тряхнуть этого старика за то, что он свалял дурака. Но у меня нет такого Наследия. Мне остается только надеяться, что это его чему-то научит, что он станет более дальновидным.

Я уничтожаю каждую линию кода журнала и для пущей верности перегружаю серверы сайта. Потом за обедом в кафешке где-то на юге Калифорнии я вычисляю электронные адреса авторшу статьи, сделавшей фото, и посылаю ей письмо с вирусом под видом послания от восторженного поклонника ее журнала. К тому времени, как я заканчиваю десерт, она уже загрузила мой вирус, и он вовсю пожирает ее жесткий диск. Я оплачиваю счет и ухожу бесцельно дальше скитаться по стране.