В конечном счете, вымотанная поисками, я приземлилась где-то за городом. Служащие Академии отследили угнанный корабль и доставили меня в альма-матер. К тому времени они уже нашли тренировочную повязку Зейна на месте крушения. А также его останки. Я хотела видеть Далуса, разорвать его на куски… Но меня бы и близко к нему не подпустили. В итоге его отправили в отдаленный Кабарак, и никто не сказал мне, куда именно. Очевидно, он совершенно ушел с радаров — я так и не смогла его найти.

Я пыталась пережить это, продолжая работать в Академии, но теперь это все казалось таким бессмысленным. Люди продолжали использовать фразу «несчастный случай», словно это могло что-то исправить. Тогда впервые в жизни я задумалась о том, какой бардак на самом деле царит на Лориен. О том, какой призрачной, по сути, является наша свобода и как наших лидеров невозможно ни за что призвать к ответственности. А что, если бы Зейна не заставили идти в Академию, чтобы учиться драться и защищать наш мир. А если бы ему позволили вести жизнь обычного подростка? Если бы ему дали самому выбирать, чем заниматься? Или если бы в Академии прислушались к моим словам, когда я говорила, что Далус не годится ему в Чепаны?

«Несчастный случай». Каждый раз произнося эти слова, мне будто в очередной раз давали под дых, потому что случившееся с моим братом не было случайностью. Были те, кто должен был нести за это ответственность. И первый среди них — Далус. А потом и вся Академия. Да и о Старейшинах я не забывала, ведь именно по их приказу самые одаренные дети нашего общества должны были проходить военные тренировки из-за пророчества, в которое я не верила. Тогда не верила.

Ну, и я вместе со всеми. Я была виновата в том, что купилась на этот блеф — что Академия и Старейшины позаботятся о Зейне. Что они превыше всего ставят наши интересы, а не свои собственные.

Я больше не могла слышать про «несчастный случай». Я ушла из Академии. И никогда не возвращалась.

И вот я сижу в своей каморке на корабле и не могу выбросить из головы мысли о Зейне. Прошло уже пять лет с тех пор, как он слишком быстро полетел в небо… И, хотя я прекрасно понимаю, что он погиб, какая-то часть внутри меня все еще ждет, что он каким-то чудом вернется и снова станет частью моей жизни.

После гибели Зейна в моей душе образовалась зияющая дыра. Прежде всего, именно по этой причине все эти годы я старалась держаться подальше от слишком большого количества ответственности — включая лориенцев. Я не могла ни с кем сблизиться — даже не смогла попрощаться с дедом. Я отказывалась снова получить удар, аналогичный тому, которым стала для меня смерть брата. Если это означало стать одинокой на всю оставшуюся жизнь, ну и пусть!

Только теперь я понимаю, что кое-какие мои представления о Лориен и методах ее управления были ошибочными. Предсказание было правдой. Нам нужны были солдаты — ведь кто-то из Гвардейцев даже спас мне жизнь. Но какой ценой? Лориен почти наверняка уничтожена. Сожжена дотла. И если у Зофи верная информация, Старейшины спасли лишь восемнадцать лориенцев. Девятнадцать, если считать Януса.

Почему именно их? Что в них такого особенного?

Почему они достойны спасения, а не я? Не Зофи, Крэйтон или Элла? Не Зейн?

Глава 7

Недели медленно тянутся одна за другой.

Химеры адаптируются быстрее нас. Думаю, это потому, что вся их жизнь — сплошная перемена, адаптация к меняющейся жизненной ситуации. Теперь они в основном выглядят маленькими пушистыми зверьками типа грызунов, впавшими в спячку в ячейках складского хранилища. Кажется, они понимают, что на корабле недостаточно еды для них и для нас, поэтому они спят все дни напролет. Крэйтон проводит чересчур много времени, опекая их, поглаживая им спинки, пока Элла дремлет. Каждые несколько дней он будит их по очереди и заставляет попить немного жидкой белковой пищи из маленького золотого пакетика. Надеюсь, мы доберемся до Земли раньше, чем мне придется попробовать эту серую субстанцию на вкус.

Поначалу, пока в иллюминаторы еще видно выжженную поверхность нашей планеты, мы много говорим о Лориен, выдвигая теории и задавая все те же вопросы, на которые не имеем ответов. Мы часами пытаемся найти эти ответы, но не имеем возможности подтвердить наши версии. Все слова — лишь гипотезы и догадки. Мы даже не знаем, в каком положении находится наша планета. Однако очень быстро мы осознаем, что в этих разговорах просто бродим по кругу, и не договариваясь делаем над собой сознательное усилие, чтобы сосредоточиться на будущем. Время для ответов придет, когда мы долетим до Земли, когда сможем найти Януса и спасшихся Гвардейцев и Чепанов. Учитывая технические характеристики их корабля, они должны были полететь другим курсом и доберутся до Земли на несколько месяцев раньше нас.

Зофи совершенно не радует мысль о том, что в пути с кораблем Януса может что-то случиться, или что могадорцы отследили его и перехватили. Крэйтон, кажется, так же глубоко убежден, что остальные доберутся до Земли. Сдается мне, он совершенно не готов воспитывать Эллу, и за это его невозможно винить. Если в итоге она окажется Гвардейцем, как и ее родители, ей будет нужен настоящий Чепан, который будет ее тренировать, а во всей Вселенной их от силы осталось не больше девяти.

Я тоже пытаюсь сохранять оптимизм и веру, что другой корабль благополучно ушел от могов и без единой царапины прибудет на Землю. У меня в голове роится столько вопросов, и лишь избранные выжившие на том корабле смогут на них ответить. Возможно, с ними сам Лоридас, и тогда я смогу прижать его к стенке и задать главный вопрос. Почему? Почему, после всех этих тренировок мы оказались не готовы? Почему моги на нас напали?

Почему столько жизней было принесено в жертву?

По прибытии на Землю найти других… вот это будет настоящим испытанием. Зофи предусмотрительно захватила из музея инфопланшет, и во время долгих месяцев в открытом космосе провела с нами экспресс-курс по жизни на этой планете, чтобы мы хотя бы теоретически на ней освоились и не слишком выделялись, когда доберемся до места. Земля не устанавливала контактов ни с какими другими цивилизациями — по крайней мере, люди об этом не знают — и Зофи не уверена, как они отреагируют на новость, что они не одиноки во Вселенной. Возможно, реакция будет враждебной. Так что, вариант смешаться с толпой — выглядит гораздо сложнее, чем я себе представляла. На Лориен традиции и обычаи не слишком отличаются вне зависимости от того, находишься ты в центре Столицы или выгребаешь за химерами навоз где-то в Кабараке. На Земле все совершенно по-другому. Эта планета гораздо крупнее и разделена на несколько регионов, весьма отличающихся один от другого. У них нет единого органа управления, который управлял бы всеми землянами или «человеками», как называет их Зофи. Такого рода разнообразие в теории выглядит отлично — именно такой и могла бы, по-моему, стать Лориен, если бы мы просто раскрыли глаза. Но для инопланетянина в данной ситуации становится довольно сложно держать все под контролем. К счастью, у нас полно свободного времени, так что уроки землеведения хотя бы отвлекают от однообразия нашего путешествия.

Это я уж не говорю о беспокойстве, которое нас охватывает при виде медленно тающих запасов пищи. Согласно расчетам Зофи, мы должны благополучно добраться до Земли, но постепенно мы начинаем сокращать наши порции. Выживание идет за счет сушеных фруктов каро и протеиновых батончиков.

Зофи настаивает, чтобы до прибытия мы попытались получить хотя бы базовые знания нескольких земных языков — достаточные, чтобы задавать простые вопросы и выглядеть как иностранные туристы или путешественники, а не подозрительная троица, которая не владеет ни одним языком мира. И я в очередной раз поражаюсь, какими разными могут быть жители одной планеты. Как странно, что все эти миллиарды людей не могут наладить коммуникацию друг с другом.

Мы начинаем с французского языка, так как по звучанию он больше всех похож на лориенский. Затем переходим на другие, о которых я слыхом не слыхивала — испанский, английский, китайский. Крэйтону и Зофи обучение дается легко, и в скором времени они уже смеются над шутками на языке, называемом немецким, пока я бьюсь над фразами типа «Ich heiße Lexa». Наверное, это потому, что вместо того чтобы корпеть над языками большую часть времени я провожу, записывая все, что помню из своей работы над земной системой коммуникации. Я гораздо лучше разбираюсь в словаре электроники — единицах, нулях и ровных отформатированных рядах кодов. Основываясь на знаниях, полученных в Академии, я полагаю, что Земля достигла той же точки технологического прогресса, что и Лориен — в том плане, что вся жизнь землян основана на деятельности машин. Интернет был одним из многих подарков, которые испокон веков лориенцы передавали людям. Хотя вообще-то они не в курсе, что это и другие технологические чудеса пришли от нас. И что некоторые из их величайших умов были вовсе не с Земли, а с Лориен. Раньше я удивлялась, зачем тратить столько ресурсов, помогая этой далекой планете, когда ничего не можешь получить взамен. Даже элементарного признания нашего вклада в их жизнь. Но теперь я начинаю задумываться, а как давно Старейшины знали о существовании могадорцев? Какая часть «тайной войны» имела место на самом деле?