Ужин прошел, как говорится, в теплой и дружественной атмосфере - Дед, вдохновленный успехом ЕГО операции, разогревшись вином, сыпал 'правдивыми историями' в стиле Ходжи Насреддина - публика смеялась до слез. А под конец рассказал нечто стилизованное под Восток, сильно напоминавшее 'Юнону и Авось'. После каждой истории звучали тосты и призывы осушить свои кубки, для рыжих предлагалось это сделать чисто символически. От чисто 'символических' пригублений принцессы к концу ужина - точнее, раннего завтрака - все-таки надрались, и мне, тоже не совсем трезвому, пришлось на себе тащить их в кровать. В постели девчонки начали было ко мне приставать, но уснули на полпути.

   Утро, точнее полдень, мы проспали. Проснулся я первым во второй половине дня, возможно, спал бы дольше, но потребности организма не дали. Хотел было нырнуть за борт с целью хорошенько освежиться, но вспомнил вчерашние водные процедуры, бррр, и передумал. Просто облился холодной водой, хорошенько растер тело холстиной. Перекусил на скорую руку. Во время перекуса вспомнил о наших дрыхнущих наставниках. Блин, наверное уже сутки как дрыхнут, без еды и туалета, как бы не обделались во сне. Поднял пассажиров - в состоянии гипноза наставники посетили все нужные места и насытились, после чего вновь впали в полудрему. До Родоса - согласно ориентирам на побережье, которого мы держались, и поправленных карт - оставалось километров шестьдесят, когда вахтенный доложил о встречном судне. Купец под византийским флагом. Поднявшись в гнездо марсового на гроте, я разглядел неф размерами чуть меньше нашего 'Толстяка', беспечно следующий встречным курсом.

   - Вахтенный! Объявляй боевую тревогу! Готовность к абордажу триста ударов сердца.

   Ну все, понеслось - крики вахтенного, крики десятников, бешенная возня на палубе. Братва одновременно пытается натянуть доспех, достать боезапас, расчехлить аркбалисты и занять свои места согласно расписания.

   - Триста ударов закончилось, вы не готовы. Всем - отбой. Разоружится построение через триста ударов. Медленно расползающееся, явно недовольное воинство меня просто взбесило.

   - Отставить! Стройся! Всем разоружится, построение через сто ударов! Разойдись! Когда все построились, включая принцесс, я уже был полностью спокоен.

   - У меня к моей команде один единственный вопрос - что такое удача? - тишина, опущенные вниз взгляды, тяжелые вздохи. - Ну же, смелее! - тишина.

   - Взводные и десятники, выйти из строя! Только что ваши люди, как испуганные курицы, бестолково кругами гоняли по палубе. Выходит, вы забросили с ними заниматься, забили на них, а они расслабились и забили на службу. То есть вы решили целиком надеяться на удачу, и значит хорошо знаете, что это такое. Чего молчим, повторить вопрос?

   - Ты же знаешь, капитан, что нам об удаче говорить нельзя. - не поднимая взгляда, выдавил из себя андоррец.

   - Это как это? Мне значит можно, а вам нельзя?

   - Тебе можно, а нам нельзя. - как прописную истину, довел до меня Фарах.

   Это да, народ сейчас суеверный, а в случае с везением и удачей - суеверный до фанатизма. У каждого моего воина есть тайный талисман, и не один, призванный приносить удачу, а уж примет, связанных с ней - и вовсе без счета. И самое главное, если тебе сопутствует удача - говорить об этом, значит отвернуть ее от себя.

   - Принцессы! Вы же родились в 'счастливой рубашке'. Может, кто-то из вас ответит на мой вопрос?

   - Богиня удачи - Фортуна. - уверенно начала Инга. - Некоторые народы называют ее Тюхе. Она дарит любимцу счастья, частичку себя, которая способна любые случайности обратить на пользу ее владельца, в общем, делает его везучим.

   Народ слушал, открыв рты, Наверное, они впервые в жизни услышали эти имена и понятную трактовку. Потом все взоры, не исключая рыжих, перешли на меня, желая увидеть реакцию эксперта.

   - Ты права, но знания твои неполны. - после каждого слова я делал глубокомысленную паузу, соображая, что говорить дальше, - Достигнув земли, частика становится маленькой и хрупкой золотой птичкой, и садится на ладонь к счастливцу. - я приподнял на уровень груди неплотно сжатый кулак ладонью вверх, и добавил внушения в голос, - Это и есть удача. Но если ты будешь давить на нее - то ты ее задушишь, а если расслабишь ладонь - то она от тебя улетит. - тут я стал разжимать пальцы. По округлившимся до предела глазам команды было понятно, что птичку увидели все, а когда я вновь немного сжал кулак, пронесся вздох облечения - птичка не улетела. - Вы сейчас, расслабившись,И чуть было не упустили удачу. Внимание! Общая боевая тревога! Готовность к абордажу триста ударов сердца.

   Вот - совсем другое дело. Экипаж сорвался с места аж с пробуксовкой. Пока я проводил воспитательную беседу, 'Аврора' с нефом благополучно разошлись правыми бортами и удалились друг от друга где-то на полмили.

   - Боцман! Поворот оверштаг! Сопли не жуем. Заходим на цель с ветра! Добавить парусов! На флагшток флаг Халифата.

   Отдав все команды, пошел переодеваться. На полдороги меня окликнул Дед.

   - Я смотрю, ты, Саня, начал матереть - что похвально... Но только пока с отставанием соображаловки. Я тоже думал перехватить купца, но уж слишком многое поставлено на карту, и любая случайность все может свести на нет. На абордаж не вздумай лезть - не капитанское это дело. Начал матереть - матерей до конца....

   В каюте рыжие уже облачились в броню, и наводили последний марафет. Мое появление встретили предсказуемо - попросив еще раз показать птичку.

   - Раз судьба вас столкнула со мной, значит, у вас свои есть, не заставляйте их ревновать и не сердите.

   - Пфф, пФ... - было мне ответом, но 'ПФ' было довольное, и вопросов больше не последовало. Когда сблизились с нефом на сто метров, запрыгнул на планшир, и в рупор предложил '- Сдавайтесь те, кто хочет остаться в живых!'. В живых не захотелось остаться троим - именно они выпустили в меня свои стрелы. Одна пролетела мимо, а две других я перехватил правой свободной рукой. Притом не резким движением, а так, как будто не спеша снял две ягоды с куста. Ответным залпом две цели были превращены в ежиков, а третья, нырнувшая за фальшборт, удостоилась сдвоенного залпа из аркбалист. В результате залпа дротики прошили борт, и судя по отлетевшему с частью головы шлему, достали стрелка. И хоть все остальные противники тут же побросали оружие и подняли руки вверх, я почему-то все равно скомандовал:

   - На абордаж!

   Команда была выполнена безукоризненно. Секунда - и во вражеский борт вцепились десятки кошек. Еще секунда - и на вражескую палубу перекинули переходные мостики, и едва они коснулись вражьего борта, как по ним лавиной, пригнувшись и прикрываясь щитами, понеслись мои бойцы. Прикрывающие абордаж лучники, тоже прикрытые щитами, все это время выцеливали потенциальную угрозу с предельно натянутой тетивой. Не встретив сопротивления, никто не расслабился - согласно боевого расписания, один взвод вязал пленных, попутно освобождая их от ценностей, а второй, прикрывая друг друга, ринулся зачищать помещения. Пока я соображал, не погорячился ли я с командой, все уже закончилось. Не спеша перешел на неф, скомандовал отшвартовать суда, чтоб не бились бортами, Фараху велел выяснить, есть ли раненые, и доставить на квартердек капитана этой посудины. Капитан и пара табуретов немедленно были доставлены андоррцем, который сразу доложил, что у абордажной команды нет не единой царапины. Капитаном оказался грек среднего возраста с бегающими глазами. Я бы еще добавил - неприметной внешности, если бы не его нос - точнее, НОС. Как минимум в два раза больше, чем у среднестатистического человека. Только я собрался проводить допрос, и даже уже поинтересовался именем уважаемого капитана, как нелегкая принесла рыжую. Кроме отсутствующего шлема, Марго все еще была облачена в доспех. Она обошла меня и встала сзади, положив руку мне на плечо. Не успел я открыть рот, чтобы задать очередной вопрос, как мое плечо словно сдавили клещами. Я едва не вскрикнул от боли. В следующие мгновение принцесса сорвалась с места, и только то, что я успел ее ухватить за пояс, спасло грека от страшных увечий. Ее кулак в латной перчатке, вооруженной отточенными как бритва шипами на костяшках, разошелся с челюстью капитана на миллиметры. Еще один рывок за пояс усадил рыжую мне на колени.