ГЛАВА 14

ТАЙ

Домик, на который мы с Дейзи таращимся, похоже, был построен в 1970-х годах. Это бунгало, приподнятое на несколько футов над землей, с короткой лестницей, ведущей на террасу, дерево серое и выцветшее.

— Это остатки инициативы Дхармы, — шепчет Дейзи рядом со мной.

— Надо поискать люк, — говорю я ей. — Может, там внизу какой-нибудь шотландец нажмет на кнопку.

Она бросает на меня восхищенный взгляд.

— Рыжик, ты не единственная, кто смотрела «Остаться в живых», — сообщаю я ей, направляясь к домику.

— Странно, что ты не называешь меня Веснушкой, — замечает она.

— Прости, Гиллиган.

Я практически чувствую, как она закатывает глаза у меня за спиной.

Я рад, что мы снова в этом настроении, где мы можем поговорить и подшутить друг над другом. Я ненавидел злиться на нее, и у меня действительно не было причин. Я знал, что она совершила ошибку, я знал, что это было несчастным случаем. По крайней мере, она сделала это не нарочно.

Последние два дня я пытался справиться со своим гневом, направленным в основном на себя, на Дейзи и на сам океан, за то, что он пытался забрать еще больше жизней, которые для меня важны.

Я был в тяжелом состоянии, если не сказать больше, хотя и делал все возможное, чтобы скрыть это. Мне пришлось. Я чувствую ответственность за свою команду, за своих друзей… За Дейзи. Теперь, когда мы на суше, я чувствую, что моя цель — обеспечить безопасность всех, пока нас не спасут. Моя работа капитана еще не закончена.

— Кто пойдет первый? — спрашивает Дейзи, прежде чем быстро добавляет: — Чур не я.

Я пристально смотрю на ее дерзкую улыбку персиковых губ.

Губы, которые я пробовал на вкус, губы, которые жаждали большего.

Поцелуй с ней был, наверное, самым ярким моментом года, если быть честным. Я не могу вспомнить, когда в последний раз испытывал такую жажду к кому-то, не только физически, но и эмоционально. Будто я слишком долго держал эту клетку в своей груди, заржавевшую, закрытую, и наконец нашел ключ.

Дейзи еще не пробралась внутрь, но я думаю, что она пытается, и я отчаянно хочу позволить ей.

Но я не могу. Потому что я не такой. Из-за того, что Холли проделала со мной такое, я знаю, что если уступлю Дейзи, то пути назад уже не будет. Она будет владеть мной, всем мной, и я буду у ее ног.

Я не могу этого допустить.

Во-первых, мне нужно держать голову трезво, пока нас не спасут.

Мое будущее уже было разрушено. Мои надежды и сердце были стерты в порошок. Назовите меня трусом, но я сделаю все, чтобы не пройти через это снова. Даже если это означает сказать «нет» Дейзи.

Даже если я очень хочу сказать «да».

— Что? — спрашивает она меня. — Ты как-то странно на меня смотришь.

Я прочищаю горло, одаривая ее быстрой улыбкой.

— Просто пытаюсь понять, когда ты стала такой трусихой.

Хорошая работа, Тай.

Она смеется, кладет руку мне на плечо и подталкивает вперед.

— Ты же храбрый рыбак-копьеносец, воин маори. Иди и проверь.

Я пожимаю плечами и иду по заросшей траве к бунгало, осторожно поднимаясь по лестнице вдоль виноградных лоз, которые обвились вокруг перил.

Я просовываю голову в дверной проем. Похоже, здесь уже давно никто не был, хотя все не так плохо, как снаружи.

Там три пары коек, одна у задней стены, остальные по обе стороны от нее. Койки голые, только деревянные рейки. В комнате нет ничего, кроме низкого столика у противоположной стены, и четыре окна, закрытые ставнями. Дверь сорвана с петель, и хотя по полу ползут какие-то лианы, а вокруг снуют жуки. Я думаю, что это наша новая спальня.

— Это не отель пять звезд, — говорю я Дейзи, выходя и спускаясь по лестнице. — Но нам сойдет.

Она морщит нос.

— Там есть что-нибудь мерзкое?

— Не совсем. Пойди посмотри.

Поколебавшись, она поднимается по лестнице. Я не могу не смотреть на ее задницу, пока она идет. То, как она выглядит в этих джинсовых шортах, превращает мой мозг в кашу.

Идиот. Она обхватила тебя ногами, когда ты был голый, в нескольких дюймах от твоего члена, а ты ни хрена не сделал.

Она высовывает голову из бунгало.

— Все в порядке… Выглядит не очень удобно, но, по крайней мере, это не земля. Но может понадобиться, чтобы ты убил всех пауков.

— Я убью любого дракона, какого ты пожелаешь, — говорю я.

Я подхожу к передней части бунгало и рассматриваю всё вокруг. В нескольких ярдах отсюда есть еще один домик.

— Эй, я нашел люк, — говорю я ей.

Я иду через смесь травы и песка, пока не добираюсь до приземистого, низкого бетонного здания, окруженного цветами франжипани. Тут двери вообще нет. За ней я вижу еще один бетонный блок поменьше.

Внутри грязь, покрывающая то, что раньше было полом, а по стенам растут виноградные лозы. Посередине — куча столов и стальных стульев. На стенах, покрытых разросшейся листвой, висят старые схемы и карты. Реликвия принтера стоит в углу, собирая пыль.

— Ну что? — спрашивает Дейзи, просовывая голову внутрь.

— Не знаю. Может быть, это старая исследовательская станция. Это определенно не курорт.

— Что бы это ни было, тут никого не было уже целую вечность. Наверное, тут даже нет телефона или интернета.

Я оглядываюсь по сторонам. Рядом со старомодным калькулятором лежит стопка коричневых бумаг. Невозможно прочесть, что на них написано, но в углу стоит выцветшая марка с надписью «природа» или что-то в этом роде.

— Я думаю, что этот остров использовался как охраняемая территория дикой природы, — говорю я ей, оборачиваясь. — Но кто бы здесь ни был, он ушел очень, очень давно.

Мы выходим на улицу, и я направляюсь к другому зданию. Оказывается, это душевая кабина и туалет. Оба не соответствуют никаким стандартам.

— Туалетной бумаги нет? — спрашивает Дейзи, и в ее глазах пляшут огоньки.

Они никогда этого не забудут, не так ли?

— К твоему сведению, сейчас я в полном порядке, — говорю я ей. — Просто немного

— Зудит?

— Заткнись.

Она хихикает, и я изо всех сил стараюсь не обращать на нее внимания.

Мы оба смотрим на лагуну. Здесь действительно потрясающе, как будто совершенно другая экосистема, чем на другой стороне. Вода прозрачная и мелкая, что кажется, будто по ней можно дойти до всех островов. Я жалею, что оставил свой бинокль в лагере, мне любопытно посмотреть, есть ли какие-нибудь остатки зданий на других островах, хотя на первый взгляд кажется, что нет. Это место выглядит заброшенным.

— Вернемся и скажем молодоженам, чтобы они собирались, — говорю я ей.

— Ты действительно хочешь, чтобы мы переехали сюда?

— Тут есть укрытие, ручей с пресной водой, и, кажется, есть водосбор для дождевой воды на верхушке душевого блока. Я думаю, нам лучше здесь, будем защищены от любых штормовых волн и тому подобного.

Хотя, честно говоря, мне странно оставлять Атаранги там, где она сейчас. Не то чтобы она куда-то уедет, но я чувствую, что бросаю ее, когда она нуждается во мне, как бы глупо это ни казалось. Может быть, если я просто приведу Дейзи, Лейси и Ричарда сюда, я смогу остаться в другом лагере… Может быть, лучше, чтобы Дейзи тоже была на большем расстоянии от меня.

Хотя, даже если это то, что мне нужно, это не то, чего я хочу.

Мы возвращаемся в лагерь, идем вдоль ручья к водопаду, компас ведет нас дальше. К тому времени, как мы добираемся до другой стороны острова, кажется, что мы отсутствовали большую часть дня.

— Где вы были? — крикнула Лейси, когда мы, спотыкаясь, выбрались из джунглей на песок.

— Я собирался послать за вами поисковую группу, — говорит Ричард. — То есть только Лейси.

Мы рассказываем им о том, что нашли, от водопада и озера, до ручья и заброшенной исследовательской станции.

— Итак, необитаемый остров становится правда необитаемым островом, — размышляет Ричард. — Хороший поворот.

— Не очень хорошо для нас, — замечает Лейси. — Что там за исследование?

— Не знаю. Что-то связанное с природой. Может быть, моря, может быть, птиц, может быть, насекомых.

— Может быть, это как в «Острове доктора Моро», — говорит Ричард.

— Больше похоже на «Остров доктора Стояка», — говорит Дейзи, сдерживая улыбку.

Лейси упирает руки в бока и смотрит на сестру.

— Произносится как Бон-Эйр, а не Бонер. Это не означает стояк, понятно тебе? Доктор Бон-Эйр. От словосочетания «de bonne aire», что означает «красивый» или «с хорошей осанкой».

Я смотрю на Ричарда, который сейчас выглядит не очень хорошо.

— Это он тебе сказал? — говорю я Лейси, не в силах оставаться в стороне.

Лейси вздрагивает, как будто я ударил ее.

— Что? Это же правда.

Я смотрю на Ричарда, приподняв бровь.

— Эй, стояк, хочешь сказать ей правду о её новой фамилии?

Его кожа бледнеет, он поправляет свои разбитые очки. Прочищает горло.

— Ричард? — умоляюще спрашивает Лейси. — Скажи мне, что он ошибается.

Он смотрит на нее, вздернув подбородок.

— Помнишь, как ты солгала, что тебе нужно носить очки? — говорит он.

Она моргает, глядя на него.

Я бросаю взгляд на Дейзи.

— Эй, я голоден, а ты?

Я подхожу к костру, и она хихикает, когда мы быстро идем туда, оставляя молодоженов.

— Остров доктора Стояка, — говорю я ей. — Мне нравится, как ты мыслишь.

— Эй, ты же видел очертания острова, выглядит как сам понимаешь что, — говорит она. — Кроме того, это ты сегодня вытащил свой член.

— Ты подглядывала?

Она краснеет и отводит взгляд.

— Нет. Но теперь я жалею, что не сделала этого, чтобы потом подкалывать тебя.

— А что подкалывать то? Ты уже трогала его, не думаю, что мне есть чего стыдиться.

Она прикусывает губу так, что я сразу же возвращаюсь к тому моменту на лодке.

Черт, я должен перестать так думать. Я должен перестать флиртовать. Даже при том, что не хочется прекращать.

Я быстро улыбаюсь ей, пытаясь установить между нами хоть какое-то расстояние.

— Итак, ужин, — неловко говорю я ей.

Она наблюдает за мной, внимательно изучая мое лицо, и я не могу игнорировать вспышку разочарования на ее лице. Затем ей удается изобразить фальшивую улыбку.

— Пойдем поедим бобов.