Василиос провёл пальцем по верхней губе Лео, у парня перехватило дыхание.

Старейшина опустил руку, добавив:

— Я бы не слишком переживал об Аласдэре. Он придёт в себя. Однажды я вырвал ему вены из рук, и он меня простил.

Лео скривился от ужаса. Василиос ухмыльнулся по-волчьи.

— Я же говорил: сломанный палец очень милостиво с моей стороны. А теперь ответь. С кем ты разговаривал, когда я появился?

Лео вновь совладал с собственными телом и, отдаваясь на волю богов, Василиоса и чёрт знает кого ещё, сказал:

— Кажется, это был Аполлон.