- Красиво, - вздохнул Кингсли. Его зрачки были так расширены, что глаза казались абсолютно черными.

- Еще не закончила, - ответила она. Она снова взяла свечу и позволила капле воска упасть на израненную кожу.

Пальцы Кингсли зарылись в простыни, его плечи приподнялись, резким рывком он вошел в нее и кончил. Его оргазм застал их обоих врасплох. Он рычал и стонал, а его бедра приподнимались и опускались под ней. Удовольствие от этого было настолько сильным, что она почти кончила от силы его оргазма. Она никогда еще не была так возбуждена, никогда не чувствовала такой смеси удовольствия и силы. Ее пугало, как сильно ей понравилось, когда Кингсли был под ней, причиняя ему боль, подталкивая его к грани, пока он не потерял контроль и не кончил без всякого предупреждения.

Он опустился на кровать, тяжело дыша.

- Кажется, тебе понравилось, - сказала она. Элеонор наклонилась и поцеловала его страстно и глубоко.

- Понравилось не то слово, chérie, - прошептал он ей в губы.

- Мы даже не можем рассказать ему об этом, - сказала она.

Кингсли улыбнулся.

- Наш маленький секрет.

Тихо смеясь, она снова начала двигаться на нем, жестко объезжая его, достигая собственного оргазма. Она впилась ногтями в его грудь, сильно... сильно... они поцарапали кожу и продолжали царапать. Кингсли снова был тверд внутри нее, и когда она кончила, он тоже кончил.

И когда он снова вошел в нее, Элли проснулась.

***

Она лежала на животе в своей постели в аббатстве. Ее бедра прижимались к кровати, а лоно сжимало пустоту. Когда ее оргазм утих, она застонала в подушку, перевернулась на спину и уставилась в потолок.

Еще один сон. Черт возьми, она здесь сходит с ума.

Элли вылезла из постели и натянула черные шелковые пижамные штаны, майку и черный свитер. Она сунула ноги в туфли и покинула свою комнату и обжигающую постель.

Даже сейчас, спустя почти восемь месяцев после ухода от Сорена, она все еще боялась парадной двери, ведущей во внешний мир. Вместо этого она вышла через заднюю дверь в сад и нашла тропинку. В эту весеннюю ночь на улице было прохладно, и воздух холодил ее кожу.

В центре сада стояла статуя Девы Марии, из цельного белого камня, в натуральную величину, с округлым животом и нерожденным Христом внутри. Полная луна достаточно освещала лицо Марии. Она выглядела такой умиротворенной, такой спокойной и безмятежной. Элли с трудом верилось, что четырнадцатилетняя девочка, забеременевшая от Бога, будет так спокойно относиться к ситуации.

- Могу я открыть тебе секрет? - обратилась Кайри из-за спины Элли.

- Ты что, следишь за мной?

- Да. Но только потому, что не могу уснуть. Это мое окно. - Кайри указала на ближайшее окно, выходящее в сад.

- Хорошо. Я не против компании. В чем твой секрет?

- Когда мне было двенадцать, я была по уши влюблена в Деву Марию. Это странно?

Элли обернулась и увидела Кайри, стоящую позади нее в белом халате и белой вуали.

- Не совсем. Она прекрасна. По крайней мере, на всех картинах и статуях.

- Мне нравится, что она покорилась Богу. Мне всегда казалось сексуальным то, что она сказала Богу, когда Он сказал ей, что она будет вынашивать его ребенка: «Я в руках Господа. Пусть будет как ты говоришь».

Пусть будет как ты говоришь... Элли столько раз говорила Сорену подобные слова. Я твоя, делай со мной, что хочешь. Ты можешь делать с моим телом все, что захочешь...

- Когда мне было четырнадцать, я хотела жить как она, - продолжила Кайри. - Мне нравится думать, что Мария была лесбиянкой. Я имею в виду, что это идеальная ситуация для скрытой лесбиянки.

Элли рассмеялась.

- Правда?

- Ну, конечно. Она не может признаться своей семье, поэтому лучший способ притвориться натуралом - это выйти замуж. Но она беременеет Божьим ребенком через Святого Духа. И опять же, она вечная девственница. Не нужно заниматься сексом с мужем, но он защищает ее и обеспечивает.

- Похоже на тебя, - ответила Элли.

- Меня?

- Не можешь открыться своей католической семье. Вышла замуж за мужчину, с которым у тебя никогда не будет секса. Так вас всех называют, верно? Невесты Христа?

Кайри подняла левую руку. На безымянном пальце у нее было обручальное кольцо.

- Это мы.

- Предупреждаю, не рассказывай никому, кроме меня, свою теорию о том, что Мария лесбиянка, - сказала Элли. - Многие люди не очень хорошо воспринимают эротические домыслы о Марии и Иисусе.

- Я и не говорю, что она была такой. Просто моя теория, - сказала Кайри.

- У Сорена тоже была похожая теория, - ответила Элли.

- Сорен? Так его зовут?

Элли кивнула. Она не произносила его имени вслух уже несколько месяцев.

- Одно из его имен, - ответила она. - Он наполовину датчанин.

- Какова была его теория?

- Когда Сорен учился в семинарии, он написал статью, в которой утверждал, что Иисус был женат и овдовел. Единственное объяснение, почему этот тридцатилетний еврей мог быть неженатым, и никто не указал бы на это. Женился в юности. Жена, вероятно, умерла при родах или по тысяче других причин, по которым люди умирали тогда. Профессор Сорена назвал его еретиком. Он был горд этим прозвищем. Но опять же, он иезуит.

- Ты впервые улыбаешься, когда говоришь о нем.

- Кажется, я впервые за несколько месяцев по-настоящему заговорила о нем, - ответила Элли. - Сказать монахине, что ты спала со священником, не очень-то хорошо.

- Да, мне жаль, что я так отреагировала, - сказала Кайри. - Это было... не круто с моей стороны.

- Ты монахиня и девственница. Я была бы удивлена, если бы ты не испытывала ко мне некоторого отвращения.

- Рефлекс, - ответила Кайри. - Священник соблазняет девушку в своей церкви. Сложно не вздрогнуть.

- Звучит отвратительно, когда ты так формулируешь. Все было совсем не так.

- Да, но откуда мне знать, как это было, если ты мне ничего не рассказываешь?

Элли пожала плечами.

- Верно подмечено.

- Думаю, ты тоже не могла уснуть. - Кайри подошла и встала рядом.

- Я спала. Мне приснился сон. Он разбудил меня.

- Кошмар.

- Противоположность кошмара.

- А что противоположно кошмару?

- Сон, который мне приснился, - Элли усмехнулась про себя. Она все еще чувствовала Кингсли внутри. - Примерно раз в неделю мне снится сон о том, что случилось со мной на самом деле. Эти яркие эротические сны. Мне никогда такое не снилось. Словно я заново переживаю этот момент, секунду за секундой. И просыпаюсь от оргазма.

- С тех пор как я приехала сюда, у меня тоже были довольно сумасшедшие сны. Они предупреждали, что такая изоляция, отрезанность от внешнего мира, заставит ваш разум и душу ворошить прошлое, и вынудит вас заниматься всеми своими незавершенными делами из вашей старой жизни.

- Что тебе снилось? - спросила Элли. - Что у тебя за незавершенные дела?

Кайри пожала плечами.

- Мне часто снится Бетани, моя семья. Все как бы развалились после ее убийства. Суд, огласка... это как кораблекрушение. Ты начинаешь сильной, все держатся друг за друга изо всех сил. А потом ты уплываешь на волнах своего горя и надеешься, что тебя когда-нибудь прибьет к берегу.

- Тебя вынесло сюда? - спросила Элли. Кайри всегда казалась гораздо более заинтересованной в том, чтобы узнать о жизни Элли до монастыря, чем говорить о том, какой была ее жизнь. Элли не осуждала девушку. Каждый заслуживал нового старта без багажа. К сожалению, никто не получает то, чего он заслужил.

- Это моя суша, - ответила Кайри. - Быть здесь... Наконец-то я снова чувствую себя на твердой земле. А ты?

- Я все еще в море, - призналась Элли. - Особенно в такие ночи, как эта, когда я просыпаюсь и несколько секунд не знаю, где нахожусь. Потерянная в море и не могу приспособиться к качке. Может, они были правы насчет нахождения здесь. Может, у меня действительно есть незавершенные дела.

- Что тебе снилось?

- Ты действительно хочешь знать? - спросила Элли. - Или спрашиваешь, чтобы продолжить разговор?

- Хочу знать. Хочу знать о тебе все. Может, по неправильным причинам, но есть, по крайней мере, одна правильная причина. Я действительно хочу тебе помочь. Ты позволишь мне?

Тишина нависла над ними, над садом, над мгновением. И в этой тишине Элли приняла решение. Она была одинока и напугана, и она не знала, что делать со своей жизнью, не знала, что делать теперь, когда ушла от Сорена. И никакие попытки бежать и прятаться не делали путь более ясным. Ей нужна помощь.

И поэтому она ответила:

- Мне снилась ночь, когда я забеременела.