ГЛАВА 14

ЛИНА

Должно быть, я потеряла счёт времени в царстве, потому что не помнила, как вернулась в свою комнату. Каждый мускул в моём теле болел. Каждый вдох сотрясал грудную клетку. Каждое случайное движение пронзало болью шею. Сколько раз я буду загонять себя, физически и эмоционально, в присутствии этих убийц?

Мне следовало бы попросить Фейбл сделать невозможным для меня повторять прошлое. Я никогда не думала, что поделюсь этими личными подробностями, и всё же непреклонный взгляд Нока перевернул меня с ног на голову. Расслоившиеся слои, которые я навряд ли смогу сложить обратно. Я была изобличена. Мне нужно было понять почему. Почему он копался в моём прошлом. Почему его поведение сменилось с отстранённости на нечто гораздо более опасное…

Моё сердце трепетало от его отсутствия, от тяжести нашего разговора. Никакой законченности. Ни слова о его прошлом или мыслях. Я не понимала, почему это так важно. Между нами никогда ничего не могло произойти. Мой народ изгнал меня из моего же дома, но я уже давно решила изгнать себя из любви. И всё же, я была ранена и разоблачена, и не было никакой мази, чтобы облегчить боль.

Нет. Но я ошиблась. Мне не нужно было ничего понимать. Мне нужно было дать этим убийцам их тварей, заполучить чью-нибудь кровь и убраться восвояси. Конец истории.

И, может быть, убедить Нока взять любую другую тварь, вместо Гисс. Я прижала ладони к глазам и застонала.

Нок был прав в одном, он был опасен.

После самой долгой в мире ванны я подошла к зеркалу. Синюшные круги под моими глазами стали ярче. Эти убийцы будут моей погибелью. Потянувшись за косметикой, я спрятала тёмные круги и поморщилась, когда моя рука коснулась потрескавшегося уголка губ.

— Серьёзно? — пробормотала я, осматривая потрескавшийся уголок.

Я порылась в сумке, нашла целебную мазь и замазала рану. Слабый блеск окрасил мои губы. По крайней мере, ранка не бросалась в глаза. Я припудрила кожу небольшим количеством пудры, желая скрыть покраснение, и оделась. Мне нужна была еда. Вода. Подкрепление сил. Моё тело разваливалось на части.

Солнце высоко стояло в небе. Я пропустила завтрак, но мне удалось спуститься вниз, чтобы пообедать в таверне.

В маленькой забегаловке на первом этаже гостиницы собралось человек тридцать, и я сидела одна за столом из пальмового дерева. У окна, открытым для жаркого бриза, где льняные занавески целовали края кабинки. Я затолкала в рот жареный рис и стала нежиться на солнышке. Местные жители бесцельно болтали, беззаботные улыбки застыли на обветренных лицах. Прилавки торговцев, уставленные стеклянными вазами и сверкающими драгоценными камнями, отражали радужные мозаики на гравийной дороге. Звонкий детский смех легко перекрывал гаркающие крики продавцов.

Третий день в Ортега Кей, а я всё ещё ничего не слышала о Миаде. Мне нужна была эта тварь в моём арсенале. С тварью такого калибра при мне я буду сильнее. Достаточно сильной, чтобы противостоять Совету, если у меня никогда не появится шанса очистить своё имя.

Или если убийцы не будут сотрудничать.

Странный холодок коснулся моей кожи, и я отправила в рот ещё немного еды. Как бы я ни старалась сосредоточиться на своих тварях или на том, как убедить одного из этих мужчин отдать свою кровь, мои мысли не укладывались в голове. Отодвинув тарелку с едой, я снова повернулась к оживлённому городу. Группа детей собралась на окраине рынка, и в центре их собрания был Калем.

Декорации ярко-жёлтых киосков торговцев не могли соперничать с его блестящей улыбкой на миллион, растянувшейся от уха до уха. Инородный свет заиграл в его обычно тускло-красных глазах, и он присел на корточки, а потом снял с плеча спортивную сумку. Быстрыми пальцами он открыл защёлку и начал раздавать куски хлеба.

Моё сердце замерло. Костлявые и грязные, дети переминались вокруг него, нетерпеливые взгляды были прикованы к тому, что они, вероятно, считали пиршеством. И Калем преуспел. Буханка за буханкой, затем сыр, завёрнутый в пергамент, и фляги с водой. Они танцевали на месте, рваная одежда на два размера больше, чем нужно, почти свисала с их худющих тел. Я не могла разобрать их слов, когда они убегали, бросая улыбки через плечо и прижимая лакомства к груди.

Но я видела Калема, и в этот момент его улыбка стала напряжённой, что-то тёмное и тяжёлое окрасило его рубиновые глаза в грязно-малиновый цвет. А потом он исчез. Темнота поглотила его, как вакуум, а перед моими глазами предстал вид исключительно на главную улицу с её пёстрыми торговыми киосками.

Сначала ударил пьянящий аромат пряной корицы, а затем прохладный воздух прошёлся по моей шее.

— Шпионишь за мной?

Резко подавшись вперёд, я ударилась коленом о стол и опрокинула стакан с водой.

— Боги, Калем. Без этого никак?

Он поставил стакан на место, кривая улыбка тронула уголки его губ. Но не коснулась его глаз.

— Неа. Ты проверяла мои активы?

Я потёрла колено и уставилась на мужчину, склонившегося над спинкой моей кабинки. Что-то терзало его. Что-то терзало и меня, и устранить это что-то означало закончить эту работу как можно быстрее, не связываясь с какими бы то ни было демонами, которых Калем держал взаперти.

— Можно сказать, я оценивала ситуацию. Думаю, у меня есть идеальная тварь для тебя.

Он нахмурился, сведя брови к переносице.

— Ты нашла тварь, которая поможет мне с женщинами?

Закатив глаза, я осторожно выбралась из кабинки и прислонилась к столу.

— Вот это тебе однозначно не нужно. Но поверь мне, тебе понравится тварь. Мы поедем сегодня вечером, после того как я ещё немного отдохну.

— Нок, Кост и Озиас вернутся поздно.

Я приподняла бровь.

— Где же они?

— Тренируются, — Калем скрестил руки на груди. — Не уверен, что мы должны делать это без них.

— Они нам не нужны, но кое-что понадобится, — я похлопала его по груди и направилась к лестнице, ведущей в мою комнату. — Я составлю тебе список. Как только ты всё приобретешь, мы можем выдвинуться.

* * *

Когда бледно-пурпурные оттенки заявили свои права на убывающее послеполуденное небо, я открыла дверь своей спальни и обнаружила Калема, ожидающего меня с набитой сумкой, привязанной к его спине. Мускулы в моём теле протестовали при мысли об укрощении, но вялость исчезла. Сила гудела под моими пальцами.

— Я взял всё из твоего списка.

Калем бросил взгляд вглубь коридора, пока я закрывала за собой дверь. Мерцающие огни тянулись вдоль деревянных дверей, и я заметила две комнаты, ближайшие к лестнице. Оза и Коста. У Калема задрожала челюсть. Я попросила его о большом одолжении, отправившись на охоту без них. Но Эфрефт появляется только по ночам, и я не хотела больше тянуть время.

Протянув руку, я легонько задела его предплечье.

— Не волнуйся. Ничего плохого не случится. Эта тварь не причинит мне физического вреда, если что-то пойдёт не так. Он просто уйдёт.

Его плечи напряглись, но он не отстранился от моего прикосновения.

— Ты так и не сказала мне на что способна эта тварь.

— Это сюрприз.

Опустив на меня глаза, он фыркнул.

— Пошли, — мягко положив руку мне на поясницу, он подтолкнул меня к лестнице.

Две Зилах стояли наготове, привязанные к столбу кожаными поводьями.

Нам не нужно было далеко ехать — примерно в тридцати минутах езды от Ортега Кей раскинулась открытая равнина. Луна была полной и висела высоко в ночном небе, это было лучшее время и место для привлечения Эфрефта. Свежий воздух с привкусом соли щипал мою кожу, и я провела ладонями по рукам, когда мы остановили наших лошадей.

— Оставим Зилах здесь. Нам нужно создать подношение.

Я соскользнула с кобылы и обмотала поводья вокруг тонкого дерева, а потом двинулась через равнину. Калем последовал за мной, сумка подпрыгивала в такт его походке.

Посреди поля лежала плоская овальная плита. Приподнятая над травой с полированной поверхностью, она представляла собой идеальный стол для подношений. Я кивнула в её сторону, и Калем опустился на землю, перевернул сумку и вывалил всё содержимое на камень. Свежие фрукты, овощи, мясо, сыры и рыба засыпали наш импровизированный алтарь, за которыми последовала груда тростника и сломанных пальмовых листьев.

Яблоко покатилось по земле. Калем схватил его и положил на ненадежно сложенную груду еды.

— И что теперь?

— А теперь за работу. Быстро.

Схватив тростник и ободранные пальмовые листья, я начала плести корзину в форме рога.

Для твари, приносящей изобилие, пир был необходим как часть приманки. Как только импровизированный рог изобилия был сплетен, мы запихнули подношение внутрь, оставив объедки вокруг края, чтобы проще было приметить.

Вытерев руки о льняные штаны, я встала и осмотрела ловушку.

— Этого должно хватить.

Калем был одет полностью во всё чёрное, и было трудно отличить тени от его одежды. Но они были там, притаившись вокруг его лодыжек и ботинок со стальными наконечниками. Следуя моему примеру, он вытер руки о свои чёрные брюки.

— Вот как это будет работать, — повернувшись к нему, я хрустнула костяшками пальцев. — Ты должен оставаться рядом со мной. Я говорю о дюймах. Спрячься, пока я тебя не позову. А когда я это сделаю, оттолкни меня в сторону и дотронься до Эфрефта как можно быстрее.

Калем прищурился.

— Я не буду толкать тебя.

— Я серьёзно. Эфрефты мгновенно формируют связь. Обычно это не проблема для Заклинателей, но поскольку я планирую передать тварь тебе, ты должен быть его первой точкой контакта. Если он увидит меня первой или каким-то иным образом свяжет меня со своим хозяином, я не смогу отдать его тебе. Разрыв постоянной связи между тварью и хозяином может привести к смерти существа, а я не буду рисковать этим.

Я упёрла руки в бока, бросая ему вызов поспорить со мной. Переступив с ноги на ногу, он покачнулся. Мускулы вдоль его подбородка тикали, пока он взвешивал варианты.