— Ну, должно быть, ты что-то задумала, если притащила нас сюда, — у его ног сфера Феликса прояснился. Его шерсть встала дыбом, а из горла вырвалось низкое рычание. Кост сморщил лицо. Он присел на корточки и положил руку на спину Феликса.
— Что случилось?
Лина замерла, переводя взгляд с Феликса на внезапно притихшую обстановку.
— Он что-то чувствует.
— Неужели? — Калем наклонился вперёд и указал на красноватый валун в метрах пятидесяти от берега.
Мои губы изогнулись в улыбке.
— Это камень.
— Клянусь, я видел, как он двигался, — Калем прищурился, и Лина проследила за его взглядом.
Словно поражённая молнией, она застыла на месте, её пальцы задрожали.
— Стойте очень тихо.
Я нахмурился.
— Что?
Она медленно коснулась подбородком плеча.
— Никаких резких движений, иначе она нападёт.
Низкий стон чего-то древнего и мощного прозвучал, как скрежещущие шестерёнки, и адреналин заколол мою кожу. Оживлённая нашим появлением, скала развернула свои гигантские очертания. Выше слона и сложенное как бескрылый дракон, существо подалось вперёд на мощных ногах. Толстые когти вонзились в мягкий песок. Костяной головной убор с заострёнными шипами сидел, как корона, вокруг головы твари, а сверкающие, угрожающие глаза нацелились на нас. Вокруг его тела мерцал мираж.
— Что это за чертовщина? — спросил Калем.
Лина встала перед нами, вытянув одну руку вперёд, а другой нервно сжимая бестиарий на шее.
— Лахарок, — она понизила голос до шёпота, как будто это могло удержать зверя от нападения. — Он убьёт нас всех.
Что-то яростное и злое сжало мои внутренности. Она не могла умереть. Не сейчас. Не после того, как я решил сделать всё, что в моих силах, чтобы защитить её. Бочком подойдя к ней, я позволил своей руке коснуться тыльной стороны её руки. Она посмотрела на меня, и её взгляд смягчился. Я бы прогнал её страхи на всю оставшуюся жизнь, если бы мог.
— Мы с этим разберёмся. Вместе.
И когда мои братья дружно закивали в знак согласия, дрожь в пальцах Лины исчезла. Её ответная ухмылка была яростной. Решительной. Она осветила мой мир.
— Вместе.