Я провел языком по её соскам, и её хватка усилилась.

— Нок, — от её стона у меня закружилась голова.

Она нуждалась во мне так же, как и я в ней. Она мягко покачала бёдрами и потёрлась клитором о головку моего члена. Влага, жар и желание хлынули от неё ко мне, и я выругался от этого ощущения.

Напряжённые карие глаза встретились с моими, и я был уничтожен. Медленно, я проник в неё. Запустив пальцы в волосы, я прижал её губы к своим. Наши языки танцевали, неторопливо чувственно исследовали. Я продолжал двигаться внутри неё, мучительно медленно и так чудесно глубоко. Её дыхание смешалось с моим, и вместе мы полностью погрузились друг в друга.

Жар душа не шёл ни в какое сравнение с теплом её кожи. Она была смешана с водой и хриплыми стонами, и она была самым потрясающим созданием, которое я когда-либо видел. Касание её груди и живота ласкали мою кожу. Бёдра крепко обхватывали мою талию. Глубокий жар её сердцевины поражал, когда она крепко сжималась вокруг меня.

Она была болью в моём сердце. Дыханием в моих лёгких. Это была Лина. Это была моя жизнь.

Она поцеловала меня с такой страстью, что у меня на глазах выступили слёзы. Я прервал наш поцелуй, желая провести губами по её шее. Вдоль её ключицы. Над её сердцем. Она задрожала и провела пальцем по моему подбородку, возвращая мои губы к своим. Я прижал её бёдра к себе и вжался в неё, проникая глубоко в её суть и вызывая горячие стоны из её груди.

— Не останавливайся, — её голос был не более чем задыхающимся стоном.

Встретившись с ней взглядом, я прошептал:

— Никогда.

Её тело задрожало и напряглось, втягивая меня глубже, и она прижалась головой к стене. Открыв рот, она закричала, когда оргазм запульсировал в ней, и это ощущение разрушило меня.

— Я люблю тебя, Лина, — прижавшись к ней, я превратил в удовольствие её толчки. Тяжело дыша, она обхватила моё лицо ладонями и скользнула языком мне в рот. Её вкус уничтожил остатки моего контроля.

Со стоном, я кончил внутри неё и прижал к своей груди. Никогда больше я не потеряю её. Никогда больше она не будет терпеть ужасов, которые всё ещё таились в её заплаканных глазах. Никогда. Она была моей, и я буду защищать и любить её вечно.

Я последую за ней куда угодно.