ЭПИЛОГ

НОК

Возвращение в Круор — наш дом, — с братьями и Линой наполнило мою душу каким-то давно забытым теплом. Раньше это было убежище. Святилище. Всё так и осталось, и всё же Круор стал нечто куда большим. Место полное ожиданий и жизни. Осмотрев раненых, мы на некоторое время разошлись по своим комнатам, Лина последовала за мной в мою комнату и выбрала свою сторону кровати. Она устроила большое шоу, проверяя подушки, прежде чем рассмеялась и бросила их мне в лицо. У меня не было другого выбора, кроме как сопротивляться, и простыни быстро покрылись перьями. Она рухнула на кровать, и они закружились вокруг неё, запутавшись в её волосах. Одно прилипло к её носу. Это была самая невинная картина, которую я когда-либо видел, и после всего, через что мы прошли, это было именно то, что мне нужно.

Какое-то время мы просто лежали рядом, не говоря ни слова, пока наши желудки не запротестовали и мы не встретили Коста, Калема и Озиаса внизу за ужином. Было так хорошо просто снова чувствовать. Говорить с ними, слушать и отвечать, не опасаясь, что мои слова могут обречь их на смерть. После того как мы вымыли тарелки и уселись у потрескивающего камина с бренди и кофе, весёлая беседа продолжалась ещё долго.

Откинувшись на спинку дивана, я положил руку на плечо Лины, и она подалась ко мне, её глаза светились и были прикованы к многоярусной игровой доске, установленной на столе перед нами. Климкота. Она упомянула, что видела группу убийц, играющих в неё, когда только появилась здесь, а Озиас и Калем безумно жаждали научить её. Даже Кост присоединился, после некоторого упрямства со стороны Калема, так как им нужны были четыре игрока. Я согласился быть партнёром Лины. Иначе это было бы несправедливо.

— Это бесполезно, — Кост изучил своего изумрудного рыцаря на нижнем уровне доски и придвинул кресло на дюйм ближе. — Мы играем не против Лины, мы играем против Нока. Он никогда не проигрывает.

Лина подняла брови.

— Ты никогда не проигрывал? Ни разу?

Я усмехнулся.

— Никогда, — я лениво провёл пальцами по её руке и поднёс её к обсидиановой короне. — Передвинь эту на три места вверх и на одно влево.

— Разве это справедливо? — пожаловался Калем со своего места на полу, когда Лина передвинула фигурку со сверкающим мечом из слоновой кости.

Она сбила его фигуру с доски движением руки и хихикнула.

— Но, на самом деле, я не играю. Просто предлагаю свои идеи.

Я уткнулся носом в её шею, и мурашки побежали по её горлу и ключице. Она бросила на меня один пылкий взгляд, но потом оттолкнула.

— Не сейчас, мне нужно победить.

Боги, я любил эту девушку.

Кост вскинул бровь.

— Если ты сообщаешь ей о каждой своей мысли, то это одно и то же.
Он сунул пальцы в нагрудный карман и вытащил бронзовый ключ, призывая Феликса из царства.

— Это кажется справедливым даже для игры.

Его тварь издала счастливый лай, прежде чем прыгнула к нему на колени. Сделав два быстрых круга, он прижался к нему и перевёл острый взгляд на доску. Драгоценный камень на его макушке затуманился.

Калем всплеснул руками.

— Да, потому что это справедливо.

Улыбка тронула мои губы. Что же это за вызов? Смогу ли я перехитрить их? Мой взгляд рассматривал узоры по всей доске, ища эффективные результаты. Конечно, я позволил Лине сделать ход, но мне не терпелось увидеть, что произойдёт, если я когда-нибудь действительно сыграю против Коста и Феликса.

Шар очистился, и Кост криво улыбнулся.

— Убийцы не сражаются честно, Калем. Ты можешь поблагодарить Нока за то, что он научил нас этому.

Лёгкими пальцами он поймал своего рыцаря и передвинул его на несколько мест вверх. В безопасность от чёрного щита Лины. Он был единственным, кто когда-либо был близок к тому, чтобы победить меня в игре.

Озиас, сидевший рядом с Калемом, усмехнулся.

— Я здесь только для моральной поддержки, — он поиграл со своей последней рубиновой башней и, наконец, передвинул её по диагонали. — Вы, ребята, всегда меня обыгрываете.

Калем бросился вперёд, направляя лучника из слоновой кости к башне Озиаса. С ненужным размахом он отправил её в полёт через всю комнату. Они оба рассмеялись, и Лина быстро присоединилась к ним. Кост вздохнул, но глаза его светились. Тепло. Вместе мы были единым целым.

Прядь волос упала на лицо Лины, и я протянул руку, чтобы убрать её.

Мои пальцы так и достигли своей цели.

Обжигающий жар обжёг внутреннюю сторону моего запястья, и моя рука замерла. Клятва пульсировала магией. Эхо отражалось в моих костях и заглушало биение моего сердца. Где-то вдалеке, клянусь, послышался женский смех. Надменный. Низкий. Я опустил руку на колени, и Лина нахмурилась.

— Всё хорошо?

Боль исчезла так же быстро, как и появилась. Я одарил её, как я надеялся, ободряющей улыбкой.

— Ну, конечно. Теперь твоя очередь. Почему бы тебе не решить, как пойти?

Она ещё мгновение изучала моё лицо, но всё же уступила и вернулась к игре. Озиас и Калем наблюдали, как она обдумывает свои действия, но Кост смотрел на меня с нескрываемым беспокойством. Я покачал головой. Мы уже знали, что преступник всё ещё на свободе. Если мы сейчас об этом заведём разговор, он ничего не решит. На короткое мгновение мы обрели покой. Маленький кусочек счастья.

Тупая боль пульсировала вокруг моей шеи, напоминая петлю. Заклинатели справятся. Они найдут женщину и заставят её снять чары. Если они этого не сделают… Никто, никогда не отменял клятвы Круора. У нас не было записей. Никаких планов. Понятия не имею, что произойдёт и сколько времени потребуется, чтобы принести в жертву мою жизнь в обмен на жизнь Лины.

Я схватил её за талию, и она нежно положила свою руку на мою. Мы найдём ответ. До того, как случится что-нибудь плохое. Раньше, чем я потеряю шанс стать тем, кем она меня считала. Я обещал вечность. И никто этого у меня не отнимет.

Но даже когда моё решение прозвучало, смех в моих ушах стал громче, и магия заклеймила моё запястье, как кандалы.

Похоже, моё время утекало сквозь пальцы.