- Ты прав, - Сэди смотрит сквозь стеклянную стену, пряча свое лицо от меня. За пределами этого офиса царит хаос, никто не знает о битве, которая бушует внутри. Это просто еще один рабочий день. Агент Бондс и детектив Куинн просто спорят, как обычно.

Но сейчас между ними происходил не заурядный спор из-за расхождения мнений.

Я вижу это, как только Сэди поворачивается ко мне, чтобы посмотреть на меня снова. Широко раскрыв глаза. В них что-то мерцает - нечто, чего я никогда не видел прежде. Слезы. Это разрывает меня на части самым безжалостным образом, уничтожая и разрушая изнутри.

- Ты прав, - снова говорит она. - Я не хотела втягивать ее в свой мир, но так получилось. И ее страдания были следствием моих действий.

Сдавливающий грудь выдох вырывается на свободу.

- Сэди... Блять.

- Я не могу изменить прошлое, Куинн. Если бы я могла, я бы поступила совсем по-другому. Ради Эйвери. В то время я никак не ожидала, что почувствую... - она замолкает, и единственная слеза скатывается вниз по щеке. - Я никогда не ожидала почувствовать. Точку. Я никогда не думала, что я смогу заботиться о других, но, Господи. Я забочусь об Эйвери и даже о тебе. И я не хочу, чтобы кто-то еще страдал, - она с трудом утирает щеку, затем недоверчиво смотрит на мокрую руку. - Все, что я могу сделать сейчас, - это убедиться, что все вопросы и каждая угроза устранены. Это единственное, в чем я хороша.

Она направляется к двери. Я тут же хватаю ее за руку и останавливаю.

- На самом деле я не хочу быть твоим врагом, Сэди. Это не то, чего я хочу для нас.

Она с трудом сглатывает.

- Но теперь, когда ты знаешь правду, сможешь ли ты смотреть на меня как прежде?

Она отстраняется от меня, и я отпускаю ее. Нет... я не могу смотреть на нее также. Я не мог этого сделать с той ночи в больнице. Когда сталкиваешься с уродливой правдой о не приукрашенной жизни человека, требуется чертовски много людей, чтобы увидеть прошлое.

И я не святой.

- Я так и думала, - говорит она. - Если ты разберешься с федералами, отвлечешь их внимание на что-нибудь другое, я позабочусь, чтобы это закончилось сегодня вечером.

Затем она уходит, и все, что я могу сделать, это уставиться в гребаный пол. Мой разум - извращенная, запутанная паутина. Несмотря на то, что я сказал под влиянием момента, Сэди - именно тот герой, который сейчас нужен Эйвери.

Тот, кто решил пойти на любую крайность, чтобы защитить человека, которого любит.

Злюсь ли я на Сэди, потому что действительно верю, что она виновата, или потому, что завидую ее способности делать то, что нужно любой ценой?

Я закрываю дверь, достаю телефон и набираю номер Карсона. Он отвечает после первого же гудка.

- Сейчас же отправляйся к «Ларк и Ганнет», - говорю я и заканчиваю разговор, прежде чем он успевает задать вопросы. Я делаю еще один звонок Ларкину, не позволяя своему разуму рационально мыслить в рациональном русле.

- Я отправил Карсона к тебе, - сообщаю я ему. - Проследи, чтобы он был подготовлен к сегодняшнему вечеру.

- Я впечатлен, детектив, - отвечает Ларкин, и я слышу высокомерие в его голосе. Он думает, что победил, что я перешагнул свою самую глубокую линию на песке. - К вечеру мистер Карсон будет уже на пути в элиту. Я уже подготовил дополнительные меры безопасности. Только подумайте: как же взлетит ваша карьера к концу ночи.

Я отключаюсь.

К концу ночи у меня не будет карьеры. План состоит не в том, чтобы арестовать Альфу, а в том, чтобы покончить с угрозой.

Навсегда.