Глава 16

Сенсация

Куинн

Кровь кипит в венах, а костяшки пальцев на правой руке саднит от свежих царапин. Я опускаю руки под прохладную воду и брызгаю на лицо. Покалывание от холодных капель немного смягчает жар под кожей.

- Ну, что, пришел в себя?

Я смотрю в зеркало. Колтон стоит позади меня в ванной, скрестив руки на груди и оценивающе вглядываясь в мое отражение.

- Почти, - выдавливаю я.

Они с Джефферсоном выволокли меня из конференц-зала, прежде чем я успел пригрозить этому гребаному говнюку Карсону. Видя, как Эйвери извивается на нем... а его руки касаются ее тела... и губы, прижатые к его губам... Перед глазами тут же встает красная пелена.

Я потерял контроль и выставил на всеобщее обозрение свое отчаяние. Ларкин теперь обзавелся парочкой дыр в гипсокартоне его конференц-зала. Я повел себя чертовски глупо, я знаю. Это операция, работа. И я, черт возьми, взрослый мужчина, который знает разницу между личным и профессиональным, но это не мешает кипящему гневу снова вспыхнуть.

Я закрываю кран и позволяю воде стекать по моему лицу.

- Я понимаю, - произносит Колтон. - Если бы на месте Эйвери была Сэди, возможно, член Карсона уже утром лежал бы на блюдечке с золотой каемочкой, - он делает шаг ближе. - Но парень делал свою работу, защищая Эйвери всеми возможными способами. И Эйвери достаточно настрадалась. Она и так через многое прошла. Ей не нужно, чтобы кто-то усложнял ей непростую задачу, которую она должна была выполнить сегодня.

Черт возьми. Я пристально смотрю на него в зеркало. Я не хочу слышать это от Веревочного Мальчика в этот непростой для себя момент.

- Мое терпение на исходе, - я поворачиваюсь и направляюсь к двери. - Я не собираюсь обсуждать с тобой свои отношения с Эйвери.

- Хорошо, не сейчас, - соглашается он. - Но, может, тебе стоит сделать это позже.

Я останавливаюсь. Замираю у двери, сжав кулаки.

- Но с кем-то тебе нужно будет поговорить? - спрашивает он. - По-настоящему. С тем, кто поймет, через что прошла Эйвери, и как это повлияет на вас обоих.

Я провожу руками по лицу. Насколько бы сильную ненависть я не испытывал к этому парню, но он прав.

– Сейчас не самый подходящий момент, - я в упор смотрю на него.

Колтон кивает.

- Тогда давай вытащим ее оттуда в целости и сохранности, чтобы этот самый подходящий момент наступил как можно быстрее.

С этими словами мы возвращаемся в центр наблюдения. Сэди сидит перед монитором, и ее глаза устремлены на экран.

- Они вывели первую девушку.

И после этих слов мое внимание сосредотачивается именно на том, на чем следует. Я придвигаю свой стул ближе к Сэди.

- Мы уже знаем, сколько всего девушек будет аукционе?

Она качает головой.

- Было известно, что они не смогут с легкостью провести их в отель. Слишком рискованно. Однако они передают информацию откуда-то из города. Пока не получается сузить круг поиска, - она переключается на другой монитор, на котором отображается сигнал, движущийся по городу. - Сигнал пилингуется фактически через каждую башню.

Я тяжело выдыхаю.

- Джефферсон, займись отслеживанием сигнала.

- Будет сделано, - он пересаживается за монитор и перехватывает клавиатуру. Как оказалось, у водителя все-таки имеются кое-какие навыки, которые могут пригодиться.

- Бондс, увеличь экран. Посмотри, получится ли сделать изображение более четким, - прищурившись, я пристально вглядываюсь в монитор. - Темно, больше похоже на склад. На заднем плане расположена раздвижная дверь.

- Возможно, это то же самое место, где держали Эйвери, - делает предположение Сэди, и я замечаю беспокойство в ее глазах.

Если все пойдет по плану, то именно в то место снова заберут Эйвери. Проклятье. Как бы мне ни хотелось признавать это, но Колтон прав. Эйвери сильная. Ей было совсем не обязательно принимать в этом участие, но она была первой, кто вызвался помочь с поимкой Альфы.

Я откидываюсь на спинку стула и достаю фотографию из внутреннего кармана. Темные глаза Эйвери и яркая улыбка. Фото, запечатлевшее момент времени, когда Эйвери ничего не знала о страданиях и боли, не так, как сейчас.

Глубокая боль прознает мою грудь. Эта женщина все еще существует где-то за всей пережитой ею травмой, и она отчаянно пытается вернуться. Эйвери ставит себя на кон, рискует всем, чтобы покончить с угрозой и вернуться к прежней жизни.

Не все делится на черное и белое. Здесь нет правильного и неправильного. Этот мир делится на людей, которые причиняют боль, и тех, кто получает эту боль. Эйвери, ничего не подозревая, попала в самый эпицентр этой стихии, и с тех пор она находится под проливным дождем.

Я хотел стать ее героем. Но она сама героиня своей собственной истории.

И даже герои совершают ошибки.

Теперь же она подвергает себя опасности, чтобы исправить их.

- Подожди... что это? – Сэди увеличивает картинку, на которой мужчина в маске удерживает девушку. Она дрожит и плачет, и в том квадрате, который увеличивает Сэди, я вижу шприц в его руке.

Дерьмо. Я поворачиваюсь лицом к Колтону.

- Наушник?

Его брови взлетают вверх.

- Думаю, теперь я могу вернуть его тебе, - он роется в кармане и достает наушник, который выдернул, когда я потерял контроль. Может, это и к лучшему, что он так поступил. Как только все это закончится, я не хочу вспоминать руки Карсона на Эйвери... или что-нибудь еще из того, что там произошло.

Уже сейчас будет достаточно трудно сдерживать желание разбить Карсону лицо каждый раз, когда я его увижу.

Я запихиваю наушник в ухо как раз в тот момент, когда пронзительный вой раздается на нашей частоте. Мы слышим ответ по обратной связи. Затем из главных динамиков звучит низкий, искаженный голос.

- Спасибо вам, что присоединились ко мне этим вечером.

Мы с Сэди обмениваемся взглядами.

– Альфа, - произносим мы почти в унисон.

- Мы все еще записываем? - спрашиваю я.

Она утвердительно кивает, прежде чем искаженный голос продолжает.

- Я горжусь тем, что это намного больше, чем обычный аукцион, и я готов продемонстрировать вам это.

На мониторе мужчина в маске поднимает шприц и вводит иглу в руку брыкающейся женщине. Через несколько секунд она успокаивается. Становится покорной. Словно смирившись со своим положением выставленного лота. Мои внутренности сводит от увиденного на мониторе.

- «Трифекта», джентльмены, - торжественно продолжает Альфа. – При каждой покупке сегодня вы получите образец и сырье для создания годового запаса этого революционного препарата, который изменит индустрию.

Камера приближается к женщине, намеренно фиксируя ее быстро меняющееся поведение. Я видел это раньше. Я пережил это с Эйвери. И, черт возьми, сейчас я просто хочу пробить монитор и вырвать Альфе глотку.

Женщина начинает ласкать себя, но ее стоны звучат болезненно. Она прижимается к мужчине в маске и цепляется ногтями в его куртку. А затем стягивает трусики и начинает ублажать себя...

Я отворачиваюсь.

- Сколько бы вы заплатили, чтобы владеть постоянно жаждущим рабом? Который будет умирать от голода по вам в любое время дня и ночи? - Альфа на мгновение замолкает. - Как вы можете видеть, препарат, пользующийся таким спросом, не может иметь ценника. Он просто бесценен. Но все должно иметь свою цену. Выбор за вами.

Затем роботизированный голос Альфы затихает, и все, что остается, это женщина-жертва на экране.

Покупатели сразу же начинают делать ставки. Под проекционным экраном загорается выделенная рамка с цифрами, быстро возрастающими до тысяч.

- Черт, - задыхающееся проклятие Сэди в точности передает то, чему мы являемся свидетелями. Ад.

И именно туда мы собираемся отправить Альфу.

После того как купили первую женщину, аукцион начинает наращивать темпы, по крайней мере, ни одна из следующих женщин не должна будет подвергаться страданиям ради демонстрации «Трифекты».

- Ларкин дает Карсону добро на то, чтобы сделать ставку на четвертую девушку, - говорит Сэди, прижимая палец к наушнику.

По каналу раздается голос Ларкина:

- Делай ставку сейчас, - обращается он к Карсону. На мониторе, через камеру Алексис, мы наблюдаем, как Карсон нажимает на кнопку на столе перед собой.

Карсону просто нужно купить одну из девушек, и вот после этого к работе подключаемся мы. И ему нужно сделать это, не вызывая подозрения. Альфа использовал ресурсы компании «Ларкин и Ганнет» для проверки покупателей, и мы создали личность Карсона, основываясь на определенных фактах, которые использовались при отборе. То, что Карсон сливал за деньги информацию из департамента, на самом деле сработало в нашу пользу.

Теперь все, что ему нужно сделать, это сохранить хладнокровие и сделать выигрышную ставку, и Альфа будет в пределах нашей досягаемости.

- Мужчина слева от него, - Сэди сверяется в своем планшете со списком уже идентифицированных покупателей. - Судья Рамос собирается биться за эту девушку, - она смотрит на меня. - Карсон сможет себе позволить ставку в сто тысяч?

А цифры уже стремительно приближались к этой сумме.

- Да, - отвечаю я. - Сегодня Ларкин перевел на его счет сумму чуть больше этой. Трансфер средств выглядел как серия депозитов за последний год, - я качаю головой. - Похоже, информация, которую он сливает, действительно стоит больших денег.

Сэди прерывисто вздыхает.

- Ты ведь не спустишь ему это с рук, не так ли?

- А ты как думаешь?

Ее натянутая улыбка, как маяк. И на мгновение мне кажется, что ко мне вернулась прежняя Сэди, профайлер, который действовал мне на нервы, но на которого я всегда мог положиться. Может, это никогда и не менялось. Но если ты раскрываешь чьи-то самые темные секреты, ты просто не можешь вернуться к тому, что было раньше.

- Судья сдался, - говорит Сэди, сосредоточившись на аукционе. - У Карсона чуть больше ста тысяч. Срань господня.

Черт возьми, так и есть. На самом деле у Карсона нет и никогда не было этих денег, и фактическая сделка никогда не состоится, но я уверен, он испытывает давление из-за того, что только что отдал небольшое состояние.