– Мне принести своё ружьё? – пошутил её отец и подмигнул ей.

– Только если ты хочешь, чтобы я использовала его против мамы.

Они остановились возле двери Саванны. Бью поднял их переплетённые руки к губам и поцеловал тыльную часть её ладони.

– Мы ещё не обговаривали время, но мы не торопимся.

Впервые со времён детства, жар от его прикосновения губами к её коже, взобрался вверх по руке. Да, у него однозначно получается убедительно инсценировать маленькие знаки симпатии. Слишком убедительно! Саванне в голову пришла тысяча новых идей свадьбы её мечты... и в каждой присутствовала свадебная ночь, в которой эти губы исследуют всё её тело.

Дверь открылась.

– Боже мой, вы двое! Найдите уже себе укромное местечко!

Синклер обмахнула себя рукой, как веером.

Бью втолкнул Саванну в квартиру. Саркастичный ответ, уже готовый слететь с её уст, испарился в воздухе, когда она увидела обеденный стол, накрытый на семь человек. За ним стояли два дополнительных стула, которые Синклер, скорее всего, притащила из квартиры Бью. Бокалы шампанского из стекла ручного дутья, изготовленные когда-то Саванной, блестели на ирландской кружевной скатерти, подаренной ей бабушкой Смит на поступление в колледж. Прежде она пользовалась ей всего раз и понятия не имела, в каком ящике какого шкафа Синклер её отрыла. Брезент из её комнаты превратился в транспарант и теперь висел в проходе на кухню. На нём было написано большими жёлтыми буквами «Поздравляем от всего сердца!»

– Вау! Квартира выглядит сногсшибательно! Невероятно! Ты проделала столько работы!

Синклер пожала плечами.

– Мне нужно было как-то убить время. Кроме того, я хотела, чтобы этот день стал особенным, даже если он пошёл не по плану.

Подступившие слёзы жгли Саванне глаза. Она винила в своём суперэмоциональном состоянии бессонную ночь, жизнь, которая вышла из-под контроля, и свою совесть. Синклер приложил слишком много стараний ради дешёвой лжи.

Что если это не просто безобидный обман? Боже... она так не может!