Глава 14

Джастис

Прошла еще одна неделя, и хотя с Ханной я добиваюсь успеха, все еще не приблизился к тому, чтобы быть там, где действительно хочу быть, — с моей семьей.

Я устал прощаться с ней каждый вечер и просыпаться без нее. Но еще больше я ненавижу оставлять ее и Райан в этом доме каждую ночь одних и без защиты.

Я хочу больше, чем запланированные визиты. Проблема в том, что мне нужно разобраться в своих чувствах к Райан. Большую часть времени я все еще чертовски на нее злюсь, но желание трахнуть ее не проходит, притяжение между нами сильнее, чем когда-либо.

Если честно, это нечто большее. Ловлю себя на том, что хочу быть рядом с ней так же сильно, как и с нашей дочерью. Мне нравится смотреть на них вместе. Я никогда не видел, чтобы мать так любила своего ребенка.

Моя мать ненавидела меня, не могла даже смотреть в мою сторону, вот почему она теперь погребена на глубине шести футов под землей…

Позволяю этой навязчивой мысли затихнуть прежде, чем она утащит меня в глубины ада, в которых я ее удерживаю.

Пока не появились братья и Тэтчер, я не знал, что такое семья. Теперь, когда у меня есть Ханна, я понял, что есть еще более сильная любовь. Инстинкт, которому нет нужды учиться, он всегда внутри тебя, укоренился в сердце только для нее.

Я более чем готов увидеть ее снова, увидеть улыбку на ее лице, когда она узнает, что у меня для нее есть. Я вернулся в тот магазин и выкупил всю секцию гребаных Бини Бу. Держу пари, у меня их не меньше семидесяти. Эта цыпочка Джемма не стоит и половины моей маленькой девочки.

В кармане вибрирует мобильник, вырывая меня из мыслей.

Поерзав на сиденье, вытаскиваю его и вижу номер Брэкстена.

— Да, — отвечаю я.

— Ну, ма-а-ать твою. Неужто это мой брат, с которым я не разговаривал больше недели? Я подумал, может, ты телефон посеял. Теперь мне больно.

Я хмыкаю в ответ на это остроумное приветствие.

— Не прошло и недели, как я занят с дочерью. С каких это пор ты стал так чертовски во мне нуждаться?

— С тех пор, как ты переехал и бросил нас на произвол судьбы. Я изголодался, Джастис, — драматично скулит он. — Это все равно что снова жить на улице.

«Гребаная королева драмы».

Так он всегда справлялся с трудными ситуациями, — используя юмор, чтобы отбросить то, что на самом деле его беспокоит.

— Я не переезжал, — говорю я.

— Значит ли это, что ты скоро вернешься?

— В конечном итоге, — неопределенно отвечаю я.

— Что это значит?

— Это значит, что я жду подходящего момента. Ханна почти закончила детский сад, а до тех пор я не хочу ее увозить. — Я делаю короткую паузу, думая о другом препятствии на своем пути. — А еще мне нужно подождать пока мы с Райан поладим, потому что сейчас она твердо намерена никогда не возвращаться в Винчестер.

— Почему нет, черт возьми?

— Для этого есть множество причин, некоторые, я уверен, ты сможешь понять сам.

Его молчание говорит о многом. Он знает и, вероятно, даже понимает лучше, чем я, потому что всегда был более уравновешенным, чем Нокс и я.

— Я готов познакомиться с ней и стать частью ее жизни, Джастис.

— Знаю, и ты познакомишься, — обещаю я. — Нам просто нужно действовать осторожно. Я хочу сделать так, как лучше для Ханны. Она на первом месте, даже первее всех нас.

— Согласен.

— Хорошо. Как Нокс?

Я разговаривал с ним всего раз, и он вел себя тихо и замкнуто. Я скучаю по брату.

— Взвинчен, — отвечает он. — Сам знаешь, как он ведет себя, когда мы все не вместе. От этого он чертовски нервничает.

От этого я тоже нервничаю. Именно поэтому я хочу, чтобы все мои любимые люди находились в одном месте. Вот почему я поступлю правильно ради всех нас, включая Райан.

— Папа тоже по тебе скучает, — осторожно добавляет он. — Тебе нужно ему позвонить.

Горечь, с которой я борюсь каждый день, вырывается на поверхность.

— Я еще не готов иметь с ним дело.

— Ну, тебе нужно смириться. Он мучается, и хотя я понимаю, по какой причине ты злишься, мне не нравится раскол в нашей семье.

Этого раскола не было бы, если бы он с самого начала был со мной честен. Возможно, мне придется это проглотить, но эта пилюля — чертовски горькая, так что им просто придется дать мне немного времени.

Только собираюсь сказать об этом Брэкстену, но когда я подъезжаю к Райан слова застревают в горле, видя, как они с Ханной в спешке выходят из дома.

— Брэкс, я тебе перезвоню.

— Да-да, — ворчит он. — Не жди еще неделю, чтобы сделать это.

— Не буду. — Обещание обрывается, когда я отключаюсь и выпрыгиваю из грузовика.

— Папочка! — Ханна вырывается из объятий Райан и бежит ко мне.

Наклонившись, подхватываю ее на руки, чувствуя, что наконец-то снова могу дышать с тех пор, как оставил ее прошлым вечером.

— Привет, детка. Похоже, я как раз вовремя. Куда вы направляетесь? — вопрос адресован спешащей к нам Райан. Замечаю, что она в рабочей одежде; мой взгляд привлекает ее длинные стройные ноги в обрезанных джинсовых шортах и ковбойских сапогах.

— Прости, — извиняется она, задыхаясь. — Надо было позвонить тебе.

— Что происходит?

— Мне нужно на работу.

— Думал, ты не работаешь по выходным.

— Обычно, нет, но сегодня вечером не хватает персонала, и им очень нужна моя помощь, и мы могли бы использовать дополнительные… — она замолкает прежде, чем успевает закончить фразу.

Сжимаю челюсть, думая, что она даже не нуждалась бы в деньгах, если бы я был здесь с самого начала. Однако, откладываю этот спор на другой раз.

— Так куда ты ведешь нашу дочь?

— Я хожу к мисс Пегги, — отвечает Ханна. — Она остается со мной, если мама работает, а я не в школе.

Понятия не имею, кто такая мисс Пегги, но мне не нравится мысль о том, что кто-то чужой присматривает за ней.

— Она живет от нас через улицу, — торопится объяснить Райан. — Она любит Ханну и очень хорошо о ней заботится.

— Возможно и так, но сейчас необходимости в этом нет. Я здесь и останусь с ней.

— Ура! — ликует Ханна. — Можно, мамочка, пожалуйста? Я хочу остаться с папой.

Я бросаю на Райан тяжелый взгляд, пусть только посмеет сказать «нет». Будь я проклят, если кто-то другой будет заботиться о моем ребенке, когда я рядом.

— Ты уверен? — спрашивает она, зубами теребя нижнюю губу, — привычка, показывающая, что она нервничает, и которая творит безумные вещи с моим членом. — Я вернусь домой далеко за полночь.

— Она моя дочь, Райан, а не просто ребенок, с которым я нянчусь.

Тяжело вздохнув, она опускает плечи.

— Знаю. Прости, что огорчила тебя. Я это не нарочно. Мне позвонили всего двадцать минут назад, и я, не задумываясь, сделала то, что обычно. Мне следовало сначала спросить тебя, хочешь ли ты с ней остаться.

Удовлетворенный таким ответом, кивком принимаю извинения и смотрю на Ханну.

— У меня есть для тебя кое-что.

— Что? — взволнованно спрашивает она.

Поставив ее на ноги, я открываю заднюю дверцу, показывая мягкие игрушки, сложенные на сиденье.

Ее маленький ротик приоткрывается.

— Святая корова! Они все мне?

— Все до единой.

Ее визг пронзает воздух, когда она бросается к моей ноге, крепко ее обнимая.

— Спасибо. Спасибо. Спасибо!

Моя грудь раздувается от ее счастья, ее улыбка дороже любых денег.

Она запрыгивает в грузовик и начинает их пересчитывать.

Взглянув на Райан, вижу, что она смотрит на меня с нежной улыбкой на прекрасном лице.

— Ты ее балуешь.

— Она этого заслуживает.

— Это совершенно не обязательно. Ты ведь понимаешь, да? Ей ничего не нужно, кроме тебя.

— Я у нее есть. — Когда этот ответ, кажется, ее не удовлетворяет, я подхожу ближе, заставляя ее запрокинуть голову. — Я пропустил больше пяти лет ее жизни, Райан. Дни рождения, Рождество и многое другое. Я наверстываю упущенное. Не забирай это у меня.

В ее глазах вспыхивает чувство вины.

— Вполне справедливо. Перед тем как я уйду, тебе что-нибудь нужно?

Мой взгляд падает на ее губы, я вижу румянец, окрашивающий ее щеки, и прежде чем могу остановиться, на моем лице появляется ухмылка.

— Нет. Все будет хорошо.

С трудом сглотнув, она делает шаг назад.

— Если я тебе понадоблюсь, мой номер у тебя есть. Увидимся, когда я вернусь домой.

Я киваю, и она залезает в грузовик к Ханне.

— Пока, милая. Увидимся утром, — говорит она, целуя ее в щеку.

При виде ее упругой задницы в этих коротких гребаных шортах член шевелится; пальцы сжимаются в кулак, усмиряя желание предъявить права и завладеть ею.

— Пока, мамочка.

Райан отступает и оборачивается, ее улыбка исчезает, когда она ловит выражение моего лица. Я не делаю никаких попыток скрыть свои мысли, позволяя ей увидеть именно то, о чем только что думал.

— Пока, — задыхаясь, шепчет она, ее лицо пылает.

— Пока.

Не отрываю от нее глаз, следя за каждым движением, пока она не исчезает в своей маленькой машине и не уезжает.

— Нам придется сходить много раз, чтобы перетаскать все это в мою комнату, — приглушенный голос Ханны возвращает меня к реальности и заставляет обернуться. Ее руки полны плюшевых животных, их так много, что даже не видно ее лица.

Посмеиваясь, делаю шаг вперед и беру у нее несколько, чтобы она могла спрыгнуть на землю.

— Пойдем, я помогу тебе, а потом мы сходим куда-нибудь поужинать и поесть мороженого.

— Мороженое? — оживляется она. — На мороженое я согласна.

— Так и знал, что ты не против такого плана.

Совершив нелегкий подвиг, мы, в конце концов, поднимаем все игрушки в ее комнату, а потом, как я и обещал, отправляемся в город. В итоге, я веду ее в местную закусочную, где обедаю сам. По тому, как ее приветствуют официантки, когда мы входим, это место ей, кажется, хорошо знакомо.

Женщина средних лет, которая обслуживала меня несколько раз, очень удивлена, увидев нас вместе.

— Ну, еще раз привет, — приветствует она меня, прежде чем посмотреть на Ханну. — Как поживаешь, милая Ханна?

— Все хорошо, мисс Таня.

Женщина тычет большим пальцем в мою сторону.

— А что это за красавчик с тобой?

— Мой папочка, — гордо заявляет она, улыбаясь от уха до уха.

Удивление вновь отражается на лице дамы.