- Ее муж сказал, что не сможет жить с женой, которая будет от него зависеть, поэтому сбежал. Через год он женился на своей секретарше. Похоже, у них и так был роман.

Бен помолчал минуту, а потом добавил:

- К счастью для Моны, зрительный нерв не был поврежден, только периферические нервы. Есть вероятность, что они смогут восстановиться, но никакой гарантии нет. В какой-то момент она начала видеть больше света и цветов, но теперь говорит, что этот эффект исчезает. Однако доктор сказал, что шансы на то, что зрение вернется или что она потеряет его навсегда, пятьдесят на пятьдесят.

Шана глубоко вздохнула, думая о печальной ситуации, в которой оказалась Мона. Нужно услышать нечто подобное, чтобы понять, что твои проблемы - те, которые ты считала такими грандиозными - на самом деле не столь велики.

- Она кажется милой.

- Она милая, - повторил Бен. - Она очень напоминает мне вашу маму.

Шана подняла бровь.

- Чем же?

- Они обе бойцы. Помню, как доктор впервые сообщил, что у вашей мамы рак. Она была полна решимости не позволить этому сбить ее с толку, и каждый день я наблюдал, как она делает все возможное, даже зная, чего ей этого стоило. Ее сила придавала сил мне. Могу представить, что чувствовала Мона, когда ее муж ушел и бросил в тот момент, когда она больше всего в нем нуждалась. Но она не свернулась калачиком и не умерла. Она устроила свою жизнь и сделала то, что должна была сделать. Она все еще преподает в университете и живет одна.

- Дети?

- Нет, ее муж утверждал, что никогда их не хотел. Теперь у него и его новой жены их двое. Для Моны это стало ударом ниже пояса.

Шана откинула голову назад и пристально посмотрела на отца.

- Ты, конечно, много знаешь о женщине, с которой всего несколько раз болтал у кабачков, помидоров и цуккини.

Бен откинул голову назад и рассмеялся.

- Это были долгие разговоры, но теперь я приглашаю ее на свидание, чтобы узнать еще лучше.

Шана услышала в голосе отца волнение.

- И это то, чего ты действительно хочешь? Лучше узнать Мону?

Сияние улыбки отца коснулось Шаны с другого конца кухни, когда он ответил:

- Да, я действительно хочу лучше узнать Мону.

***

Шана не удивилась, услышав звонок Джулс, как только вернулась в свою квартиру два часа спустя. Шане потребовалось целых двадцать минут, чтобы все рассказать сестре. Это заняло бы меньше времени, если бы Джулс не прерывала ее каждые две минуты, чтобы задать вопрос.

- Вот так, Джулс. Папа любит ее и говорит, что она напоминает ему маму.

Джулс с минуту молчала, а потом сказала:

- Но она не мама.

Шана закатила глаза, услышав вызов в голосе Джулс.

- Пожалуйста, не надо, Джулс. Это папина жизнь, и он сам решает, как ему быть и с кем. Надеюсь, ты не собираешься все ему усложнять. Полагаю, мы обе можем согласиться, что пришло его время быть счастливым. Он любил маму, и мы это знаем. И он оставался с ней и в хорошие, и в плохие времена. Я не знаю много мужчин, преданных своим женам, каким был отец.

- Да, думаю, он мог бы походить на отца твоего красавчика, который убил свою жену.

- Он не мой красавчик. И откуда ты знаешь о родителях Джейса?

- Спрашивая меня об этом, ты хочешь сказать, что ничего о них не знаешь?

- Конечно, знаю.

- Я получила информацию из исследований. В ту ночь я не могла заснуть, поэтому решила позволить Грете развлечь меня. Я не могла вспомнить фамилию Моны, чтобы проверить ее, поэтому проверила мужчину, к которому ты неравнодушна. Он когда-нибудь говорил тебе, считает ли своего отца виновным?

- Полагаю, он считает его невиновным, так как он с братьями все еще находятся с отцом в близких отношениях. На самом деле, в эти выходные они поедут его навестить.

- Так вот почему ты хотела встретиться с добрым стариной Чарльзом? Он должен был стать заменой?

- Нет.

- Это ты так говоришь. И во сколько Чарльз заедет за тобой сегодня вечером?

- Не во сколько. Он не позвонил.

- Что? - удивленно воскликнул Джулс. - Чарльз наконец-то поумнел и больше за тобой не таскается?

- Наверное. Печально, что на этот раз я действительно хотела куда-нибудь сходить.

- Так чем займешься сегодня вечером?

- Я подумала, не позвонить ли Глории, узнать, не вернулась ли она с рейса, и если да, то не хочет ли сходить в кино.

- Ну, ты всегда можешь позвонить Чарльзу, узнать, почему он не позвонил, а потом пригласить его на свидание. Но несколько недель назад ты заявила, что мужчины тебе не нужны, так что поступи так, как иногда поступаю я, и иди одна.

- Возможно, я так и сделаю, - сказала Шана, не обращая внимания на то, что сестра бросает ей в лицо ее же слова.

- Будь осторожна, если пойдешь одна. Теперь, мне нужно сделать пару звонков, поговорим позже.

- Подожди! Когда ты вернешься домой?

- Пока не уверена. Вероятно, не раньше чем через две недели. Поговорим позже.

Шана повесила трубку. Она должна была бы привыкнуть к тому, что сестра часто уезжает, но никак не могла.

Шана направилась в спальню и чихнула в третий раз за день, заметив, что горло немного болит. Она надеялась, это не простуда. Нет ничего лучше, чем остановить болезнь до того, как она начнется. Завтра она позвонит врачу, чтобы записаться на прием. Последнее, в чем она нуждалась - это чтобы что-то мешало ей делать свою работу.

Через несколько минут она узнала, что рейс Глории из Китая задерживается, поэтому решила заняться физическими упражнениями, затем взяться за последний роман Дж. Д. Робба и почитать в постели.

Позже ночью, скользнув под одеяло с книгой, Шана почувствовала, что ее губы снова начало покалывать, и как бы сильно ей не хотелось, она не могла не думать о Джейсе и ее влечении к нему. Хотя ее родители прожили в любви такой прекрасный брак, до сих пор они с Джулс не построили своих отношений. Шана полагала, Джонатан станет ей идеальной парой, пока не обнаружила, что он просто водил ее за нос только ради того, чтобы выведать информацию об одном из ее клиентов. Тогда она поняла, что никогда не должна терять бдительность.

С тех пор она встречалась с мужчинами, но отношения строились на ее условиях, и ей не нравилось, когда ее торопили - например, делить постель с мужчиной. Это был один из недостатков Чарльза, поэтому она продолжала держать его на расстоянии. Даже с его настойчивостью, он не дал ей повода думать, что она окажется для него чем-то большим, чем завоеванием. Иногда Шане казалось, что она слишком много об этом думает. Почему бы не переспать с ним, ведь серьезные отношения - это последнее, к чему она готова? Но для нее это стало делом принципа. Ей не нравилось, когда на нее давили.

Джейс хотел ее - она прекрасно это знала, но он не оказывал на нее никакого давления, тем более она сказала ему, что между ними не будет романа. Шана должна была признать, если кто и оказывал на нее давление, то это была она сама.

Почему ее так влекло к нему, и почему его образ, так явно выжжен в ее мозгу? И почему его вкус, казалось, отпечатался у нее на языке? И почему сейчас, думая о нем, она представляла себе сплетенные обнаженные тела на шелковых простынях?

Простынях, принадлежавших ей.

Отказываясь думать о Джейсе, она свернулась калачиком в кровати, приняв позу, в которой обычно читала, и открыла книгу на том месте, где остановилась. Шана была полна решимости погрузиться в чужую личную жизнь. Даже если персонажи вымышленные.