Глава 25

После любовных утех Шайло ненадолго задремала, но вскоре проснулась и обнаружила, что уже стемнело, а Кейден стоит у окна и смотрит на улицу. Он был обнажен, и со спины выглядел как живой Адонис, стопроцентно настоящий мужчина. Он всегда был в отличной физической форме, и она, как женщина, не могла это не оценить.

— По какой причине ты меня оставил?

Услышав ее голос, он повернулся и пересек комнату, чтобы присоединиться к ней в постели.

— Я проснулся, потому что мне показалось, что внизу во дворе я услышал шум.

Она усмехнулась, прижимаясь ближе к нему.

— Наверное, бродячая кошка. Даже когда ворота закрыты, они время от времени шастают вокруг дома в поисках еды, поэтому вечером я не выношу мусор.

Кейден крепче ее обнял. Она ни словом не обмолвилась о том, что он уходит, и даже не попросила его остаться на ночь. Завтра им обоим нужно на работу. Но он хотел кое-что узнать, и сейчас для этого было самое подходящее время.

— Итак, что ты собираешься делать с доктором Эйкеном? — спросил он, глядя на нее сверху вниз.

Она подняла бровь и усмехнулась.

— А зачем тебе это знать? Взыграли чувства собственника?

— Да, — абсолютно честно ответил он. Ему не понравилось видеть ее в тот вечер в ресторане с другим мужчиной, и когда они вернулись с ужина из Саттон-Хиллз, он не упустил из виду, что доктор Эйкен оставил ей на автоответчике сообщение, хотя она еще его не прослушала.

С минуту она молчала, а потом сказала:

— Хороший вопрос, и в каком-то смысле из-за этого я чувствую себя плохо.

— Из-за чего именно?

— Во-первых, из-за встречи с ним. Это было наше первое свидание, хотя, по словам Седрика, он уже давно мной интересуется. Я подумала, что это был бы хороший способ вернуться к свиданиям, чтобы двигаться дальше. Седрик предупредил меня, чтобы я не встречалась с Уоллесом, если до сих пор тебя не забыла. Тогда я, правда, так думала.

— А теперь, когда мы снова вместе...?

Она вздохнула.

— Я поговорю с ним. Он хороший парень.

Кейден пожал плечами.

— Может, и так. Но я лучше.

Шайло отодвинулась, посмотрела на него и усмехнулась.

— Ты действительно так думаешь?

— Мне нужно доказать это еще раз? — На самом деле ему было не важно, каким будет ее ответ, потому что он все равно собирался заняться с ней любовью. Раз он не остается здесь на ночь, то, когда уйдет, хочет заставить ее скучать и тосковать по нему и только нему. Они договорились не торопиться, но он намеревался тщательно выстраивать отношения. Он хотел быть единственным мужчиной, о котором бы она думала во сне и наяву.

— Ты слишком долго не отвечаешь, — сказал он, откидывая покрывало с ее обнаженного тела.

— Я думаю.

— А о чем тут думать? — спросил он, скользя ладонью между ее ног. — Но раз тебе нужно об этом думать, то, возможно, я недостаточно убедителен.

Он раздвинул ее бедра, а затем проник пальцами в ее жар. Он услышал, как у нее перехватило дыхание. Ему нравилось, как это звучит. Услышав ее стон, он понял, что отыскал нужную точку.

— Ты, Кейден Грейнджер, нехороший человек, — сказала она, задыхаясь и едва выговаривая слова.

— А ты, Шайло Тиммонс, очень чувственная женщина. — И это не было ложью. Как он ей и говорил, он мог заниматься сексом с другими женщинами, но любовью занимался только с одной. С ней. И только с ней.

Нависнув над ней, он склонил голову и кончиком языка провел дорожку вдоль ключицы, наслаждаясь издаваемыми ею в ответ звуками. Еще ему нравился вкус ее кожи, ее аромат. Ему нравилось в ней абсолютно все.

— Ты ведь не собираешься быть хорошим, правда? — спросила она хриплым шепотом.

Он наклонился и улыбнулся ей.

— Напротив, милая. Я намерен быть хорошим. Таким хорошим, что ты едва сможешь выдержать.

С этими словами он наклонился и поцеловал ее, но не просто поцеловал. Он овладел ее ртом с неконтролируемой жадностью. Лаская, обследовал каждый его уголок, а затем стал посасывать ее язык, отчего даже сам застонал. И все это время его пальцы были заняты, увлажняя ее так, как ему нравилось.

Он оторвался от ее губ, все его тело сотрясалось от неистового поцелуя. Проклятье, как безумно жарко, приятно, и это почти истощило его в одном смысле, но оживило в другом. Он убрал руку у нее между ног и, пока она смотрела на него, скользнул пальцами себе в рот, облизывая и посасывая их, чтобы она поняла, как сильно он наслаждается, пробуя ее влагу на вкус.

— Кейден...

Его имя, сорвавшееся с ее губ, вызвало эрекцию, начавшую безжалостно пульсировать. Его тело было напряжено от желания, которое могла удовлетворить только она. Сунув руку под подушку, он достал пакетик с презервативом, который положил туда ранее, разорвал его и быстро надел. Ему нужно было оказаться внутри нее и чертовски хотелось остаться там до завтра.

Другими словами, сейчас он нуждался в ней.

Боже, он намеревался заниматься с ней любовью до тех пор, пока ни у одного из них не останется сил на что-либо. Должно быть, их мысли были одинаковы, потому что они одновременно потянулись друг к другу. И когда он накрыл ее своим телом, она так крепко обхватила его ногами, будто никогда не собиралась отпускать.

Он вошел в нее, чувствуя, как сжимаются ее внутренние мышцы, наблюдая за ней, ощущая каждое движение. Он сжал зубы в чувственном рычании и почувствовал, как его стальная эрекция проникла в нее до самого основания.

А потом он начал двигаться, быстро входя и выходя из нее, действуя каждой частью своего тела. Она приподняла бедра, встречая удар за ударом. Он чувствовал, как по ним распространяется жар. Это подпитывало интенсивность их любовных ласк и заставило его увеличить темп и ритм.

Когда его тело выгнулось, она была рядом с ним. Когда он сделал последний рывок, прежде чем его мир разлетелся вдребезги в оргазмическом взрыве, она тоже была захвачена этим взрывом. Сила оргазма заставила его крепче сжать руки на ее бедрах, а ее — крепче обхватить ногами его спину.

— Кейден!

— Шайло!

Они одновременно взывали друг к другу, а их миры продолжали взрываться от наслаждения, такого острого и пронзительного, что у них перехватило дыхание. И когда он упал на бок и потянул ее за собой, борясь за глоток воздуха, единственное, о чем он мог думать, — что ему дали еще один шанс с этой женщиной. Его женщиной. И он дал еще одно обещание — никогда больше ее не подводить. Несмотря ни на что, их жизни были вплетены друг в друга. Она принадлежала ему. Он принадлежал ей, и у нее никогда больше не будет причин сомневаться в этом.

***

— Рада, наконец-то познакомиться с тобой, Джейс, — сказала Джулс, улыбаясь мужчине, в которого влюбилась сестра. — И, прости, что пришла так поздно. Пришлось немного вздремнуть. В противном случае я представляла бы опасность на дороге для себя и других.

— Тоже рад, что мы, наконец, встретились, — сказал Джейс. — Я много о тебе слышал.

Они с Шаной сидели на диване в гостиной, а Джулс — напротив них, в кресле с откидной спинкой. Джейс заметил сходство между ней и Шаной. Обеим достался нос Бена, но на этом сходство заканчивалось. У Джулс было больше отцовских черт, чем у Шаны. Шана говорила, что больше похожа на маму. Но, по его мнению, обе женщины были прекрасны. Джулс была на дюйм или два ниже Шаны, и он не мог представить ее в роли полицейского, арестовывающего парней крупнее ее. По словам Шаны, Джулс была экспертом в области самообороны и меткой стрельбы.

— Рада, что ты отдохнула, — сказала Шана. — Я беспокоюсь о тебе.

Джулс посмотрела на Джейса и подмигнула.

— Типичная старшая сестра, хотя и старше всего на несколько месяцев.

— Двадцать месяцев, — возразила Шана. — Это больше, чем несколько.

— Ладно, поправка. Джейс, записывай, Шана на двадцать месяцев старше меня.

Джейс улыбнулся. Дух товарищества между Шаной и Джулс был схож духу товарищества между ним и братьями, и ему нравилось их слушать.

— Ну и как продвигаются свадебные планы? — спросила Джулс.

Шана потянулась к ладони Джейса, сжимая ее.

— Как ты знаешь, свадьба будет небольшая, только семья и близкие друзья. Планируем человек пятьдесят.

— Слишком мало, — сказала Джулс. — Я могу чем-нибудь помочь, чтобы ускорить процесс?

— Зачем? — спросила Шана, ухмыляясь. — Хочешь, чтобы я вышла замуж до того, как станет все видно?

Джулс откинула голову и рассмеялась.

— Если тебя это не беспокоит, то меня и подавно. Это ты всегда была ярой сторонницей правил и мнений людей. Противоположность мне... если только это как-то негативно не сказывалось на папе.

Джейс понимал, Джулс была своего рода бунтаркой. Она плясала под свою дудку и больше ни чью. Но ясно, что она волнуется, как ее действия могут повлиять на отца, и это его восхищало.

— Насколько я понимаю, ты служила в полиции, а теперь работаешь частным детективом. Звучит интересно, — сказал Джейс. Хотя он наслаждался разговором с Джулс и Шаной, но не мог выбросить из головы слова, сказанные ранее Шаной. Она предположила еще одну возможность относительно почти смертельного несчастного случая с Кейденом.

— Джейс?

Он взглянул на Шану.

— Да, милая?

— Я как раз рассказывала Джулс, какой вкусный был ужин. Ханна отлично потрудилась.

Он обнял Шану за плечи, прижимая к себе.

— Как и всегда. Нужно было пригласить тебя, Джулс. Смогла бы познакомиться с моими братьями и Ханной. Она для нас как член семьи.

Джулс отставила чашку с кофе в сторону.

— Спасибо, но я не смогла бы приехать. Вернувшись, я превратилась в ходячего зомби. По дороге из аэропорта я заехала к папе. Он меня накормил, а потом я отправилась домой и спала как младенец. Но я, вне всякого сомнения, с нетерпением жду встречи с твоими братьями, и с Ханной тоже.

— Кстати, о братьях Джейса, — сказала Шана, выпрямляясь на диване, ее лицо стало серьезным, — вчера вечером с одним из них произошел инцидент, и я хотела бы услышать твое мнение по этому поводу.

— Конечно.

Шана рассказала Джулс все, что поведали им Кейден и Шайло. Джейс наблюдал за выражением лица Джулс, она ловила каждое слово Шаны. Он видел, как работает ее мозг, впитывая и анализируя каждую деталь.