Увидев моё лицо, Янсель поднял руку в защитном жесте:
– Всё расскажу, только в процессе обучения. А сейчас давай займёмся с тобой заготовками.
Было познавательно.
Заготовки заклинания – вот полное название того, что мы делали с Янселем. Маг брал лист бумаги и разрисовывал его линиями, кружочками, закорючками, иногда вписывая слова. Потом нужно было напитать эти листы силой.
Так как для Янселя этот процесс был весьма проблематичным, то честь запитывания магией представилась мне. Ха! Раз плюнуть! Плеваться пришлось… с досады.
В первой же попытке я просто сжёг сразу всю подготовленную пачку листов, только пыхнуло зелёным светом. Выпученные глаза и отвисшая челюсть Янселя были, конечно, забавны, но мне стало стыдно.
Я ещё не понял, что натворил, но вид опытного мага был красноречив – опять что-то из ряда вон… Так и оказалось.
– Не та беда, что сдуру спалил работу, на которую ушла прорва времени, а вот последствия уничтожения… Любое заклинание можно записать просто так, и это может быть обычной записью. И даже можно сопроводить записи знаками рун, векторов приложения и границами распространения…
Вот, что обозначают эти слова и выражения? Убей – не знаю. А Янсель продолжил:
– …но если поставить знак, что подготовленная запись готова к подпитке, то всё…
Что всё? Я недоумённо взирал на мага.
– В этом случае заклинание приходит в готовность и самостоятельно чуть-чуть прихватывает магию из пространства. Всего каплю, но этого достаточно. Это уже готовое заклинание, слегка напитанное магией по факту своего существования. Его можно хранить в таком виде и в нужное время напитать силой до полного срабатывания. Или уничтожить. Аккуратно стирать написанное, плавно отпуская магию обратно в пространство. Или грубо – тогда резко высвобождается эта крохотная капля магии вместе с искажённым уничтожением заклинанием. Резкий выброс от слабого заклинания проявляется искрами, шипением, каплями воды или ещё чем-нибудь в зависимости от вида заклинания. Мы с Лагейном в детстве даже баловались таким – рвали слабые заклинания. Иной раз заигрывались до ожогов или обморожений…
А я вдруг вспомнил взорвавшийся нож деда, когда я его бросил в огонь. Это он от заклинания, что ли, взорвался?
– В нашем случае всё намного серьёзнее. Заклинание было четырёхступенчатым! То есть, ты напитываешь магией заготовку, закреплённую одним знаком, оборотень произносит клятву, что усиливает основу и закрепляется вторым знаком. Капает каплю крови, подтверждающую принадлежность именно к этой личности, что дополнительно усиливает напряжение и опять закрепляется. Итоговый знак запускает заклинание в работу со всеми условиями. Ты же понял, что само заклинание содержит множество условий, которые в свою очередь срабатывают в зависимости от той или иной ситуации? Это сильное многоходовое заклинание изначально само по себе энергетически напряжённое – я сутки конструировал его маленькими шажками. Без хвастовства, я достаточно грамотный конструктор заклинаний. Так вот, скажу тебе, что сама напряжённость основы заклинания при резком разрушении весьма опасна. Конструкционные дополнения к привязке из магии крови даже без самой крови делают его фактически смертельным. Ты же! Сжёг сразу пять… ПЯТЬ четырёхступенчатых заклинаний! Мы с тобой должны были ПЯТЬ раз мертвы! И половина парка должна быть выжжена напрочь… Ты что сделал?
Откуда я знаю? Из отповеди мага я понял только, что ничему путному нас Тимофеич не научил… Свечки зажигали… Тьфу!
– Ты же говорил, Тифчир вас всё лето учил. Давай разбираться, чему…
По окончании моего рассказа маг удивился:
– Это что же выходит, Тифчир до сих пор работает с сырой силой? И ничему другому не научился? Странно… И этот неуч – главный маг княжества?
Я припомнил, что как-то видел у Тимофеича стопку бумаг со значками, похожими на уничтоженные.
– Это уже о чём-то говорит, хотя… заготовки ему может кто-то делать. Но всё равно этого мало…
Вспомнились ограждение двора и поляны с элификом, чудесная яблоня, заклинания на ноже и бусах…
– Значит, всё-таки чему-то научился. Ещё бы! Столько времени прошло, а у власти примитивным обаянием не удержишься. Научился… Только вас учить ничему не захотел, сырой силой работать заставлял… А других оборотней обучал?
Услышав мой отрицательный ответ, маг неторопливо перебрал факты и сделал вывод:
– Только единственное приходит на ум… Тифчир заставлял вас работать сырой силой. Конечно же, ею много не сделаешь… идёт огромный выплеск магии – это абсолютно нерационально и расточительно… но, её можно просто собрать в накопители. Наверняка охранный барьер работал уловителем… Как накопители выглядят, знаешь? В основном, это драгоценные камни. Они могут быть вделаны в перстни, подвески…
Отчётливо вспомнилась любовь наставника к многочисленным украшениям с камнями. Не украшения то были, а накопители магической силы.
– Вы трое, ты с братом и вожак – сильнейшие маги. При работе с сырой силой можете выбрасывать настолько огромное количество магии, что нужды заниматься другими оборотнями просто не будет… О, Тифчир поумнел!
Взглянув на моё лицо, маг резко замолчал. А я понял, зачем Тимофеичер забрал Уруса с собой!
– Значит, Ура он забрал из-за магии? – от волнения у меня даже во рту пересохло. Если что, то у брата не будет никаких шансов к спасению. Он верит главному магу, и у него нет умений Янселя…
– Выходит, так, – маг тоже помрачнел, – ты только не переживай раньше времени. Судя по всему, тролль теперь старается действовать тоньше, без последствий, чтобы получить максимум магии. Он считает, что вы ещё долго будете в неведении. Ведь шансов встретить независимого грамотного мага, который разберётся в сути происходящего и объяснит вам, что происходит, ничтожно мало. Фактически нереально. Наша встреча ни в каком сне не могла никому привидеться! Тифчир будет стараться пользоваться ситуацией максимально долго, ему нужны…
Я сам додумал недосказанную мысль Янселя:
– Тимофеичу нужны «дойные коровы», – и содрогнулся от чудовищности сказанного.