– Согласно полученным сведениям, господин Грахиаш, занимающий пост управляющего замка Лесной, обвиняется в подстрекательстве к беспорядкам, разжиганию межрасовой розни против оборотней, организации убийств, что подрывает безопасность княжества и доверие населения к власти князя. Грахиаш и ряд лиц, частично выявленные следствием, и другие лица, подозреваемые в соучастии, будут арестованы до окончания следствия и вынесения решения Его Светлости и Сиятельности князем Светланом Вторым. Сведения о случившемся, будут запротоколированы, заверены свидетелями, участниками и соучастниками преступных действий, и уже сегодня будут отправлены Его Светлости и Сиятельности князю Светлану Второму. По мере выявления новых доказательств преступлений против безопасности княжества и других нарушений, новые сведения также будут отправлены в Окреш дополнительно. Приказ об аресте всех подозреваемых и о начале следствия отдал я, Тишауш Весёлый, двусотник третьей объединённой гвардейско-стражницкой двусотни войск Княжества Осиян. Да будет сиять наше княжество!

По толпе прокатилось эхом – да будет сиять…

А двусотник-то, двусотник! Шпарил без остановки, как по писанному читал – ни разу не сбился, не поперхнулся.

Грахиаш стоял, разинув рот и выпучив глаза. Похоже, никак не мог поверить услышанному. Попытался что-то сказать, но гвардейцы жёстко остановили, быстро разоружили всю компанию и повели куда-то за казармы.

Воняющую группу стражей, что приходили обыскивать наши комнаты, повели туда же. Обгадившихся всё-таки отделили и под конвоем повели в мыльню.

А к нам приблизился Весёлый, пристально разглядывая оборотней по очереди, и обратился ко мне:

– А скажи-ка…

– Лагор.

– А скажи-ка мне, Лагор. Этот ваш парень в замке, – и покосился на Марина, – он…

– Старший, – я спокойно смотрел в глаза Весёлому. Сильный мужик. Характером сильный!

– Но не особенный?

– Да.

С весёлым изумлением двусотник хлопнул ладонями по ляжкам и расхохотался:

– Ох, Грахиаш – и болван! И похоже, не только он… Столько людей попадались в эту словесную ловушку. И всё равно никак не могут запомнить, что старший у оборотней – совсем не главный!

Ну, да!