Пустые бутылки плавают в некогда потрясающем бассейне. На дне видны стаканы и мусор. Еще больше бутылок и пищевых отходов валяется на мощеном патио, а дорогие плетеные садовые стулья и остальная мебель опрокинуты или испачканы. Тяжелые керамические горшки, в которых когда-то росли декоративные пальмы и другие растения, лежат на боку — некоторые из них разбиты, а вокруг рассыпана земля.

По всему саду, словно конфетти, разбросаны окурки, а случайные предметы одежды кажутся брошенными тут и там, словно забытые домашние животные, которых владельцы оставили на обочине дороги и больше никогда за ними не возвращались. Есть даже обувь — парная и одиночная, мужская и женская.

Но чего нет в этом «райском» уголке, так это моего брата.

Боковой вход заперт, поэтому я направляюсь к входной двери и достаю ключ. Нейт выдал каждому из нас по запасному комплекту, когда они с Лив решили позволить останавливаться в своем доме всем, кто желал отдохнуть у моря.

Для них не имело значения, находились ли они дома или летали по всему миру, им обоим нравилось, когда мы рядом, а вилла оказалась достаточно большой, чтобы разместить почти всю семью Фокс — что и случалось не раз. Нейт особенно любил, когда весь клан Фокс прилетал к нему на остров как к себе домой.

Что я могу сказать? Мы — одни из тех раздражающе сплоченных родственников, которые редко устают от общества друг друга, и понимаем, что таких, как наша семья, мало, поэтому не относимся к подобной сплоченности, как к должному. Вот почему, когда позвонил Нейт, совершенно не имело значения, к кому он обратился. Каждый из нас бросил бы все, чтобы помочь ему и быть рядом.

Потому что мы — Фоксы. И это заложено в нашей ДНК.

Вставляю ключ в замок, открываю дверь, и первое, что меня поражает — это запах.

Он затхлый, тяжелый от сигаретного дыма и застарелой вони алкоголя. Здесь пахнет совсем не так, как в типично девственном доме Нейта, за которым каждую неделю ухаживает целая толпа уборщиков или который был наполнен цветами, когда здесь жила Лив — Нейт дарил ей буфеты почти ежедневно.

Наряду с отвратительным запахом вилла еще и грязная. Внутри так же ужасно, как и в саду, но стоя здесь, возле двери, я могу видеть лишь главный холл и большие стеклянные двери, ведущие в основное жилое пространство.

Пустые бутылки из-под спиртного усеивают практически все поверхности, а блюдца, которым не место в холле, используются в качестве пепельниц — как и горшки для растений вместе с декоративной посудой. Мебель выглядит так, как будто ее забрали из местных пивных, а не элитных дизайнерских магазинов, в которых, как мне известно, закупались Нейт и Лив.

— Нейт, ты дома? — кричу я у входа в главную жилую зону, не в силах сдержать гримасу отвращения из-за состояния виллы.

Ответа нет, но до меня доносится звук движения наверху.

— Нейт, это ты? — кричу я с нижней ступеньки лестницы. Несколько месяцев назад я бы без колебаний поднялся наверх и нашел Нейта, но в данный момент понятия не имею, кто может находиться рядом, и будет ли брат доволен моим вторжением в его личную жизнь.

— Да, — раздается хриплый ответ. — Я спущусь через минуту. Захвати нам чего-нибудь выпить. Мне водки со льдом.

— Ты выпьешь блядский кофе, — бормочу я себе под нос, а потом громко кричу в ответ: — Сейчас что-нибудь найду. Честно говоря, я бы не оказался от кофе. У меня упадок сил, и мне необходим кофеин.

Никакого ответа, кроме приглушенных ударов и стука.

Я оставляю Нейта наедине с собой, бросаю сумку на самый чистый участок пола, который случайно оказывается сбоку от лестницы, и направляюсь на кухню.

Когда я вхожу туда, то тут же об этом жалею.

Чертов свинарник.

Слава Богу, наша мать этого не видит, иначе бы она все здесь окурила, а потом окунула в чан с отбеливателем.

— Ну что за херня, Нейт, — бормочу я, швыряя гнилые и заплесневелые продукты в черный пакет, который нашел в одном из ящиков, потому что мусорное ведро переполнено, и с него все валится на пол. — Я не подписывался на уборку дома.

— Э-м-м, прости за беспорядок, — робкий голос Нейта доносится из-за моей спины, пока я сгребаю кучу мусора со столешниц в другой пакет.

— Брат, какого хрена? Это не просто беспорядок, это апокалипсис какой-то, — машу рукой перед собой, указывая на упомянутый бардак, словно у Нейта нет глаз, и он не может видеть его сам. — Даже не знаю, зачем начал убираться, потому что здесь ни конца, ни края, — я совершенно не сдерживаю эмоции.

Бессмысленно пытаться прибраться на мусорном полигоне.

— Никто и не просил тебя убираться, засранец, — выплевывает Нейт, защищаясь.

Застенчивость исчезает из его тона, сменяясь ядом.

Брат проносится мимо меня к холодильнику, достает наполовину початую бутылку «Грей Гуз» и начинает искать чистый стакан — ну удачи тебе в этом, ага.

— Я сварю нам кофе, — мой тон не допускает возражений, пока взглядом я обшариваю кухню. — Когда смогу найти достаточно места в раковине, чтобы вымыть гребаный кофейник или кофеварку. Чувак, не могу поверить, что ты так тут все засрал. У тебя, что, тусовка не прекращалась целый месяц, или вроде того?

— Или вроде того, — угрюмо бормочет Нейт, уже не пытаясь найти стакан и делая большой глоток прямо из бутылки. Сделав несколько глотков, он вытирает рот тыльной стороной ладони и разворачивается в сторону гостиной. Его налитый кровью взгляд стреляет в меня вспышками огня и ярости, прежде чем брат полностью поворачивается спиной ко мне и черным пакетам, заполненным его же мусором.

Полчаса спустя, пока Нейт держится подальше от меня, я осматриваю то, что сумел прибрать в этом свинарнике, и сдаюсь.

Ополоснув руки под краном, а затем вытирая их о собственные шорты, так как поблизости не видно ни чистых полотенец, ни салфеток, я вытаскиваю телефон из заднего кармана и посылаю Джейку сообщение.

Слушай, Брат. Объясню позже, но не мог бы ты организовать выездную команду уборщиков, чтобы они приехали к Нейту как можно скорее. И я имею в виду не уборщицу со шваброй и ведром, а полный клининг. Мне срочно нужна выездная команда.

Наблюдаю, как на моем экране почти сразу появляются точки. Меня не удивляет, что Джейк постоянно держит в руках телефон, ожидая от меня новостей.

Без проблем, приглашу завтра клининговую компанию. У моего помощника должны остаться кое-какие местные контакты. Все плохо? Как Нейт?

Вытираю ладонью лицо и запрокидываю голову, чтобы посмотреть на самую чистую часть кухни — потолок — но даже там присутствуют пятна чего-то, о чем я даже думать не хочу. Прежде чем успеваю сформулировать ответ на вопрос, мой телефон снова вибрирует с сообщением от Джейка. Брат все такой же нетерпеливый, как и обычно.

Не пытайся подобрать слова, Айз. Я знаю, какой ты. Просто скажи, как есть. Насколько все плохо?

Я немедленно отвечаю:

Вилла разгромлена. Представь себе утро после какого-нибудь феста. Я пытался навести порядок, но едва ли смог что-то сделать. Нейт предпочитает меня избегать. Вместо этого компанию ему составляет бутылка «Грей Гуз». Так для тебя нормально?

Джейк отвечает через несколько секунд.

Я зафрахтую самолет и буду там к утру.

Именно такого ответа я и ожидал. Но это не поможет.

Нет! Дай мне несколько дней. Если не справлюсь с ситуацией сам, ты будешь первым, кого я вызову в качестве подкрепления. Ладно?

Следующее сообщение брат отправляет не сразу. Вероятно, потому что в тот момент Эмма уговаривает Джейка «сойти с карниза», прежде чем тот выполнит свою угрозу и появится здесь до восхода солнца.

Ладно. У тебя есть три дня. Эту хрень нужно остановить. Наш брат губит себя, Айз. И я не собираюсь сидеть сложа руки.

Пишу ответ:

Согласен. Эмма разговаривала с Лив? Та в последнее время общалась с Нейтом? Что-то ведь должно было стать катализатором этого кошмара. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как они расстались, и хотя их расставание сильно повлияло на Нейта, он, казалось, решил жить дальше.

Джейк тут же отвечает.

Лив уже давно отдалилась от Эммы. Жена пыталась с ней связаться, но Оливия постоянно использует отговорки. Эм ужасно расстроена, ведь они дружили с самого детства. По ее словам, Лив точно не общалась с Нейтом в последнее время. Но она может ошибаться, так что спроси его сам.

Заканчиваю разговор сообщением:

Хорошо, так и сделаю. Буду держать тебя в курсе, Джей, скоро поговорим. И спасибо за вызов уборщиков. Скажи им, пусть наденут защитные костюмы.

Мой экран тускнеет, прежде чем снова зажечься и показать эмодзи с поднятыми вверх большими пальцами. После проверки журнала звонков, где нет никаких уведомлений от Флинна, я направляюсь в главную гостиную, чтобы разыскать Нейта и его подружку-бутылку.

На первом этаже его нет, так что я задаюсь вопросом, а не пошел ли он наверх или совсем ушел из дома. В этот момент до меня доносится звук, падающий на бетон, пустой бутылки, поэтому я направляюсь наружу, к грязному бассейну.

А вот и Нейт, распростертый на деревянном шезлонге, подушка на котором порвана и покрыта пятнами. Одна рука брата свисает к полу, где кончики пальцев целует пустая бутылка, а другой рукой Нейт прикрывает глаза, словно заслоняется от лунного света или дремлет.

Но судя по неудобному положению его тела я могу сказать, что брат вовсе не дремлет. Он находится в пьяном оцепенении.

Очевидно, пол бутылки «Грей Гуз», которую он взял из холодильника и теперь лежащую пустой на полу, была не первой его порцией за день и даже не второй.

Пока я смотрю на Нейта, замечая, как подергиваются его пальцы, а изо рта вырывается тихий храп, то задаюсь вопросом — а получится ли у меня ему помочь. Потому что я понятия не имею как бороться с зависимостью или помочь кому-то в таком состоянии. Я прекрасно разбираюсь в мыслях и чувствах, даже во внутренних демонах. Но сейчас Нейт, похоже, сражается с самим дьяволом, и я беспокоюсь, что не готов к предстоящей битве.