Трусиха. Что ж, по крайней мере, я это признаю.

Звук захлопывающейся двери номера выгоняет меня из ванной. Ромео едва смотрит в мою сторону, но указывает на стол, где он разложил кофе и, возможно, рогалик.

— Ешь.

Я не знаю, что сказать, так что хоть раз в жизни я держу свой чертов рот на замке.

Он едва дает мне достаточно времени, чтобы проглотить рогалик и сделать несколько глотков кофе.

— Поехали. Я не хочу делать никаких остановок без крайней необходимости.

— Даже в туалет? – поддразниваю я.

Ничего.

Я использую еще один шанс. — Мы можем сначала поговорить?

— Нет.

Он поворачивается и уходит. Я спешу в ванную, видимо, в последний раз, хватаю свои вещи и встречаюсь с ним снаружи.

С утренним солнцем, освещающим нас, на этот раз поездка не такая ужасная. Я действительно наслаждаюсь ветром, развевающим мой конский хвост позади меня, и ощущением Рида под моими пальцами.

Слишком скоро он сворачивает на улицу моих родителей. Какого черта?

— Ромео, что ты делаешь? — Кричу я, когда он потрудился остановить байк на подъездной дорожке к дому моих родителей.

— Привез тебя домой, как и обещал.

Почему я решила, что он возьмет меня с собой домой? – Но...

Моя машина уже стоит на подъездной дорожке. Я могу только представить, что должны думать мои родители. Что сказали им проспекты, которые ее привезли? Скорее всего, ничего.

— Слезай, Афина.

Медленно я перекидываю ногу через байк, балансируя на его плече.

— Мы вообще не будем разговаривать?

— Здесь не о чем говорить.

— Даже после вчерашнего вечера?

Его челюсти крепко сжимаются, прежде чем он отвечает. — Это была ошибка.

Он дает мне около двух секунд, чтобы отстегнуть сумку, прежде чем уехать, оставив меня на подъездной дорожке перед домом моих родителей.

Все, что я могу сделать, это смотреть, как он уезжает.