Из-за спины учительницы вышла невысокая девочка с длинными волосами странного зеленоватого оттенка.

— Представься, пожалуйста.

Девочка кивнула.

— Меня зовут Мику. Я из Японии. Правда, у меня мама японка. Я очень рада, что буду учиться в вашем классе.

Сидевшая за первой партой рыжеволосая, толкнула соседа в бок.

— Костя, нет ты врубился? Это она… Точно тебе говорю.

Тот пожал плечами.

— Лиска, вроде она. Я вообще-то помню плохо. Пусть она. И что с того?

— Да потому что ты… Ты вообще обдолбанный был. А я ее по хайру узнала.

Алиса повысила голос. На задних партах переглянулись.

— Это что? Эта узкоглазая… в нашем классе учится будет? Вы издеваетесь?

Учительница нахмурилась.

— Двачевская, что ты раскричалась на всю школу?

— Ой… Извините, Анна Ивановна, я больше не буду.

— И кстати, что у тебя под глазом? Опять синяк?

Алиса, покраснев, смущенно опустила голову.

— Упала невзначай. Вы же знаете… Я такая неуклюжая.

— Верю. Мику, садись на свободное место и начнем урок.

Подхватив холщовую сумку, Мику пошла по ряду. Алиса зашипела ей в спину.

— Я с тобой еще на перемене побазарю…

В ответ та, обернувшись, показала Алисе язык и провела кончиком пальца под глазом.

— Ну что, все успокоились… Тема урока… Двачевская к доске.

— А чего сразу я? За что?

— За красивые глаза. Бери мел, пиши…

… На перемене Алиса вышла из класса и начала оглядываться.

— Ну и где она?

— Да вон же, у окна стоит. — подсказал ей Костя.

— Пошли.

Подойдя, Алиса вежливо пихнула зеленоволосую в спину.

— Слышь ты… Поговорим?

Та, обернувшись, лишь повела плечами.

— Опять ты? Тебе одного синяка мало? Могу для симметрии еще один поставить.

— Давай за котельную отойдем.

Новенькая тяжело вздохнула.

— Нахер?

Алиса удивленно посмотрела на нее.

— Чего ты сказала?

Мику снова вздохнула.

— Что слышала. Иди в жопу. — она хлопнула себя пониже спины. — Туда. Все равно ты играть не умеешь.

— Я играть не умею? Да я тебя здесь…

Костя встал между ними.

— Брэк, девки. Прекращайте.

Вокруг них уже начали толпиться ученики. Послышались взволнованные голоса.

— Драться будут.

— Ой, директора надо звать.

Алиса повернулась к собравшимся.

— Вам тут цирк, что-ли? Валите отсюда. НУ… Считаю до одного, шантрапа.

Мику засмеялась.

— Грозная. Ну что, неумеха, драться будем или как?

Алиса махнула рукой и повздыхала.

— Не будем. Может просто мне обидно стало, типа я играть не умею.

Костя вмешался.

— Лиска, ну ты же правда… Больше трех аккордов запомнить не можешь. Я тебе сколько раз показывал? Без толку все. Тебе только блатняк играть. Типа…

» Мама, мама, мама дорогая,

Прости, что воровку на свет родила.

С вором я ходила, вора я любила,

Вор воровал, воровала и я.»

Пропел он.

— И то, пока никто не слышит.

— Слушай и ты тоже? Обижусь ведь…

— На обиженных воду возят. Знаешь?

— Подожди… — Мику заинтересованно посмотрела на него. — Ты играешь?

Мальчик замялся.

— Ну… Классическая гитара, типа. Почти три года.

— Неплохо. Где учился?

— Учусь. В музыкальной школе, в «десятке».

— Стоп. Это которая на Вернадского?

— Ага. А ты откуда…

— Я там тоже учится буду. Мама записала. Сказала, что мне классику надо подтянуть. Ужас… А тебя кстати, как зовут?

— Костя.

— Мику.

Она протянула руку. Алиса тут же отодвинула Костю в сторону.

— Потом… С тобой надо закончить.

— Чего тебе еще?

— Того и этого. Короче. Если ты такая крутая, то покажешь, как правильно играть?

— Paint it black что ли?

— Хотя бы.

Мику задумалась.

— Ну и смысл, если ты аккорды не запоминаешь? Ладно, блин, я тебе тогда табы распишу. Знаешь хоть что это?

— Знаю. Ты дуру из меня уж не делай.

Костя тем временем оглянулся вокруг и охнул.

— Еба, бля… Урок то уже начался. Девки бегом, а то…

… — Саш, Женя вы куда двигать хотите?

— Погуляем, а потом…

— Понятно. Тогда встречаемся как обычно. Давайте.

Рыжеволосая девочка подергала Мику за руку.

— А это ты Алиске синяк поставила ведь. А как тебя зовут?

— А меня Уля. А вы больше драться не будете? Не люблю когда дерутся.

— Да нет, не будем.

— Тогда пойдем.

— Куда?

— В гости к нам. Алиса, можно.

— Можно. Как раз и пообедаем…

… Прошло полгода.

— Лиска, а можно тебя спросить?

Алиса повернула голову, не переставая помешивать что-то поварешкой в кастрюле.

— О чем, Мику?

Та замялась.

— Ну… Это… В общем…

— Микуся… Или спрашивай, или не отвлекай меня. Я вобще-то жрать готовлю. Рожай быстрее.

— Ладно… Костя тебе кто?

— В смысле? Не поняла.

— Ну, ты с ним живешь…

— Микуся, ты охуела? Поварешку видишь, в лобешник ведь прилетит.

Та отодвинулась подальше.

— Прости, пожалуйста.

Алиса сделала вид, что плюнула на пол.

— Мать, я же тебе говорила, что он мне брат. Практически родной. А фамилии разные, потому что родители никак не могут документы на удочерение подать из-за работы. Официально оформят и фамилии одинаковые тогда будут. Говорила?

Мику вздохнула.

— Может я забыла. А просто он мне… — она шмыгнула носом. — нравится. А тут…

Алиса хмыкнула в кулак.

— Опаньки… Запала да? Ну это нормально, к нему вечно девчонки клеются. Как успехи?

Мику покраснела.

— Алиска, тебе не стыдно? Такое спрашивать?

— А что такого? Что естественно… — она приняла задумчивый вид. — Вопрос. Когда вы меня с Ульянкой на улицу гоните… Вы чем тут занимаетесь?

Лицо Мику приобрело свекольный оттенок.

— Ничем мы тут таким не занимаемся. Прекрати пошлить.

— Да ладно… Вы, главное, предохраняться не забывайтесь.

— ЗАТКНИСЬ!

На кухню вышли Костя и Ульянка.

— А вы чего тут орете, интересно?

Костя принюхался.

— Мне кажется или что-то подгорает?

Алиса замахала руками и бросилась к плите.

— Да чтоб вас. Это же жрать! Мику, помогай обед спасти.

Ульяна удивленно огляделась вокруг.

— Это чего, мы кушать не будем?

— Будем. Но попозже. Ну Микуся… Помогла называется. Спасибо.

— Пожалуйста.

… — Ой, кто-то в дверь звонит.

Алиса, сидевшая в кресле у торшера, положила шитье на журнальный столик.

— Костя, ты слышишь?

Тот снял наушники и отложил электрогитару.

— Теперь слышу.

— Тогда открой. Только спроси сначала.

Кого принесло на ночь глядя…

— Кто там? Подожди, сейчас открою.

За дверью стояла Мику. В мокрой куртке, в руках гитара в чехле, рядом большая сумка.

— К вам можно?

— Проходи, конечно.

Раздевшись Мику аккуратно смела мокрый снег с сапожек, сняла шапку, встряхнула волосы и, поставив гитарный чехол у стены, прошла в комнату.

— А ты чего это с сумкой?

— Там вещи. Ну одежда и… Я это… Я у вас поживу?

— Ой, а что случилось-то?

Алиса удивленно посмотрела на гостью.

— Не поняла, ты что с родителями поссорилась?

Та, уронив сумку на пол, замахала руками.

— ДА НЕТ! Просто… А можно позвонить?

— Звони конечно. Зачем спрашиваешь? И тапочки одень, нечего в носках…

Мику набрала номер и покосилась на Костю.

— Мам… Ага дошла и даже не замерзла. Ну короче я ему сейчас все скажу и обрадую. Как договорились. А ты завтра зайдешь? Как папа? Невозмутимый? Ну и хорошо. Ладно, спокойной ночи.

Все заинтересованно посмотрели на нее. Первой не выдержала Ульянка.

— А чего ты рассказывать будешь?

— Давай колись, мать.

— Что-то у меня плохое предчувствие…

— А я предупреждала тебя о последствиях…

— Лиска, ты лучше молчи. Самурайка…

Мику смущенно потупилась.

— Костя… Вобщем… Есть обычай. Традиция. Чтобы суженные перед свадьбой пожили вместе. Ну там узнать получше друг друга, привыкнуть… Хозяйство общее. Короче вот.

К счастью Алиса успела пододвинуть Косте стул.

— Микуся… Ты охренела? Нет ну я все понимаю, но… КАКАЯ НАФИГ СВАДЬБА! Нам же пятнадцать лет. Три года до… до совершенолетия. Ты хоть врубаешься?

— Ух ты! — обрадовалась Ульянка. — Свадьба! Ура! Чур я фату буду нести.

— Уля… Какого…

Алиса, подперев ладонью щеку, покачала головой.

— Микусенька, ты гениальна в своей простоте. В этом ведь что-то есть, Костя.

— ХВАТИТ! Ничего в этом нет. И вобще… Это хрень какая-то.

Мику неожиданно захлюпала носом, потом закрыла лицо руками и сев на пол, заревела.

— Значит ты меня разлюбишь… Ты уже меня не любишь. Ты меня… А я… Ты…

Женская логика, однако.

Ульянка нахмурившись, стукнула Костю по спине.

— Ты дурак совсем. Ты зачем Микусю обидел? Она же плачет.

Алиса присела рядом, утишая подругу.

— Мику… Ну все мужики сволочи. Знаешь же.

Та всхлипнула.

— Нет! Костя… Он… Хороший, только…

Алиса повернулась к парню.

— Чего сидишь скотина бесчувственная! Тут твоя… можно сказать будущая жена рыдает, а ты…

— Короче. — она встала. — Давайте миритесь, а мы пойдем чайник включим. Уля, за мной.

… Алиса осторожно заглянула в комнату. Костя с Мику сидели обнявшись на диване.

— Самурайка… Прости меня, дурака. Пожалуйста. Просто неожиданно как-то.

— Прощу, если поцелуешь.

— Можно?

— ОЙ! Алиса выйди, мы…

— Да ладно, пойдемте чай пить.

— А сумка, там же…

— Потом разберем.

С кухни раздался ульянкин голос.

— Где вы там, тут чай стынет.

… — Улька. Вздумаешь проболтаться кому-нибудь… Я тебя сама…

— Да не скажу я никому ничего. Честное слово.

… — Ну Катерина, что с этим безобразием делать будем?

— Коля, какое безобразие? У Мику семья приличная. Мама детский врач. Отец инженер. И сама она девочка серьезная, воспитанная, хозяйственная. Чем не пара? Любят они ведь друг друга.

— Да ведь рано им еще об этом думать. Школу еще не закончили, а…

— Закончат. Три года быстро пролетят. И… Вспомни какими мы были в их годы. Что творили. Как вместе из дома убегали, как…

— Ну не знаю. Нет, ты права конечно. Влезать в это танком, запрещать, давить… Не дело. Короче. Сын, иди сюда. Значит, Костя. Мешать мы вам и запрещать не будем. Да и… Но запомни. Внуков нам еще рано. Понял?

— Пап, ну ты скажешь… Мы ничего такого…

— Ладно-ладно… Теперь давай зови свою невесту. Хоть познакомимся поближе что-ли.

                                  ТЫСЯЧА ДЕВЯТЬСОТ СЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМОЙ ГОД.

                                                                  ВСТРЕЧА.

Уже не лето, но еще не осень. Межсезонье. Еще по прежнему тепло и прогретый на солнце асфальт, и рано снимать летнее. Но в воздухе уже чувствуется слабый запах палой листвы, а по ночам стелется осенняя дымка.