Двое, переглянувшись растворились в вечернем сумраке.

— Вы куда?

— Глянем.

Вернулись через несколько минут.

Один показал Коню золотые часы и цепочку, другой пачку денег.

— Блин, у Лиски глаз алмаз. Все видит, все замечает. Ей бы наводчицей быть, цены бы не было.

Тот пожал плечами.

— Как маленькие. Детство играет? И куда это девать?

— Хромому сдадим. Опять же повод чтобы зайти.

Конь повернулся.

— Апач, деньги возьмешь? Считай ваша доля.

— Спасибо, не пустые. Юджи, тебе же нужны?

Женя замахала руками.

— Ты что, не надо. Леша, не смотри на меня как… Спасибо.

— Ладно. Будем считать, что это на сберкнижку пойдет.

— Витя…

— Алиска, ты лучше заткнись, не зли меня больше.

— Не буду.

— Куда сейчас?

— Домой, куда еще. Завтра вставать рано.

Конь одобрительно кивнул.

— Это правильно. Давайте.

— А вы?

— А мы погуляем еще. Отдохнем.

Один из блатных передал Ульянку Седому. Она вздохнула.

— Наверно дальше спать буду. До свидания, тогда.

Женя с сожалением оторвалась от Смуглого.

— Завтра как обычно.

— Встретишь?

— Конечно. Куда я денусь.

…Помахав на прощание мужчины скрылись в темноте. Пошли дальше. Мимо домов в которых одно за другим гасли окна. Седой с посапывающей на руках Ульянкой подошел к Жене.

— Можно спросить?

— О чем?

— Да интересно просто, где ты научилась ногами работать?

Та пожала плечами.

— Я же народница. Ну народными танцами занималась. На шпагат легко сажусь. Не веришь?

Она почесала затылок.

— Только показывать не буду. Прикид не тот. А остальное… Лешка поднатаскал. Сказал, мол моя девушка должна уметь постоять за себя. Помогает. — она ушла вперед. — Мику…

Алиса, догнав Азада, улыбаясь ткнула того в спину.

— С пропиской тебя, бродяга.

— То есть?

— Ну ты теперь, типа, окончательно свой. Никто не тронет. И Ульянке спасибо скажи.

— За что?

— За тебя слово свое веское сказала. И учти, что за нее сразу на нож поставят. Любого. Я серьезно. И вообще… Они ведь шутить не любят и шуток не понимают. И чужих не привечают. Вот только про дела их не спрашивай.

— Оно мне надо? Ты лучше скажи. Конь в законе?

Алиса замедлила шаг.

— Считай, что да.

— И откуда ты его знаешь?

— Давно уже дело было. Он меня вытащил… Мы с Ульянкой у него жили. — она горько усмехнулась. — Две соплюхи на блат-хате…

— А когда он тебя ругал…

— Да это он постоянно. — Алиса неожиданно остановилась. — Хочешь лучше сказочку расскажу. Раз уж разговор зашел.

— Давай, попробуй.

— Как там в сказках начинают? Мол, жили-были. Вот и жил-был Витька Конев. Обычный пацан, да. И был у него старший брат. Он в милиции работал. Да ничего в этом особенного, надо же кому-то и там работать. И вообще… Это присказка была. А сказка… Витька как-то в драке, защищая брата, человека убил. Брат ведь. Он ему вместо отца был.Как иначе-то? А тот его посадил. Хороший мент, да? Правильный. Ну и посадили-то Витьку Конева. Пацана зеленого. А вышел Конь. Вор со звездами на коленях. А тут… Дальше рассказывать?

— Продолжай.

— Мать их… Болела она, рак. А Конь на зоне чалился. Передали ему, мол матушка у тебя помирает… Он прошение написал буграм, чтобы отпустили его попрощаться. Под охраной, как полагается. Отказали. Он тогда в побег ушел. Успел мать похоронить… Все как надо сделал, а потом сдался. Мол, больше ему на воле делать нечего. А брат его… Не было его на похоронах. Понимаешь? Да и… Вздернулся он потом. То ли по пьяни, то ли совесть замучила. Кто ж теперь знает…

» Мало-помалу, но чем дальше в лес,

Тем громче плач.

Шли по земле, не касаясь небес,

Вор да палач.

Каждому с рожденья было ровно дано

Смеха да слез,

Ты только знай, выбирай по себе ремесло,

Как повелось…»

Остальных догнали уже в своем дворе.

— Вы где там застряли? Мы вас ждем.

— Ну что домой?

Женя обернулась к Саше.

— Проводишь меня?

Тот кивнул.

— Конечно.

— До завтра. Не проспите. Сашка…

Тот почему-то засмущался.

— Подумаешь один раз опоздал. Спокойной ночи.

… Зайдя в квартиру и включив свет, Алиса вздохнула.

— Дом, милый дом. Дошли.

— Седой, неси Ульянку в зал, укладывай ее. Да потом разуешься. Костя, диван разложишь или помочь?

Когда диван был разложен и застелен, а Ульянка похрапывала, сбив ногами одеяло, Мику повернулась к Косте.

— А теперь тобой займемся. Пошли, Лиска, где у нас аптечка была?

В своей комнате Костя снял майку, повернулся. Седой покачал головой.

— Ну… Похоже залетаешь не впервой. Там что было, сломанные ребра?

Парень махнул рукой, мол ерунда.

— Давайте уж, латайте, да спать пора.

Девчонки нахмурились.

— Руками не махай, только. Сколько в прошлом году в больнице пролежал? Два месяца…

— А на спине, под лопаткой, шрам откуда?

— Заточка. Сами то…

Алиса пожала плечами.

— А мы что? Подумаешь нос пару раз… Да Микусе по голове прилетало. Все равно там кость.

— Лиска, сука…

— Извини, молчу.

Седой только вздохнул.

— Кончайте… Дети. Лучше гляньте, что там в аптечке есть. Мику, повязку сними.

Алиса, порывшись в коробке, достала какой-то тюбик.

— Вот смотри, пойдет?

— Что это?

— Клей. Медицинский. БФ-6 называется. И йод с зеленкой есть.

— Это то, что нужно. Костя, давай-ка… Теперь бинтуйте. Только аккуратней.

… Когда с перевязкой было закончено, Мику вздохнув, зевнула.

— А теперь спать. Костя, будильник заведи.

— На сколько поставить?

— Как обычно. Лиска пошли, а то я здесь усну.

Расставив и застелив раскладушку, мужчина лег. Прикрыл глаз. Это типа у тебя выходные веселые были. Ладно, спим…

                                                         ПОНЕДЕЛЬНИК.

 «ДЕТИ, В ШКОЛУ СОБИРАЙТЕСЬ,

ПЕТУШОК ПРОПЕЛ ДАВНО…»

Л. Н. МОДЗАЛЕВСКИЙ. «ПРИГЛАШЕНИЕ В ШКОЛУ».

… Утро началось со звонка будильника и костиного крика, сопровождаемого ударом кулака в стену.

— ГЕРЛЫ, МАТЬ ВАШУ, ПОДЪЕМ!

Седой, сделал вид, что он проснулся и как был в трусах вышел в коридор. Что за шум?

В коридоре его чуть не сбила с ног раздетая Ульянка.

— ГДЕ МОЯ ФОРМА!

Мимо нее в ванную пробежала Алиса. Из-за двери в зал высунулась еще не проснувшаяся Мику.

— Люди, а лифчик никто не видел?

Алиса в ответ крикнула из ванной.

— У Кости в комнате посмотри.

— Лиска, с… иди в жопу, нету его у нас. Мику, ты сама поди его куда-нибудь закинула когда спать ложилась. Алиса… Ты бы лучше ванную быстрее освободила и чайник хотя бы поставила.

Через пару минут из зала раздался удивленный голос Мику.

— А кто лифчик за кресло бросил? Я что-ли Да ну, бля…

Седой только тяжело вздохнул и пошел на кухню. Кому легко?

Вскоре туда подтянулись остальные.

— А чем тут пахнет?

Мику посмотрела на сковородку, стоящую на столе.

— Яичница. С колбасой.

— ХОЧУ!

Когда сковородка опустела, Алиса удивленно взглянула на Азада.

— А ты чего тут голый-то торчишь? Одевайся, тоже пойдешь. Да… Форму свою одень. Ну для солидности, типа.

— Куда?

Алиса, хмыкнув, повертела пальцем у виска.

— Не проснулся еще что-ли? В школу.

— Зачем?

— Надо. Дело на миллион. Давай быстрее. А посуду потом помоем. Микуся, ты когда-нибудь расчесываться будешь?

… Наконец позавтракав, одевшись и собравшись, вышли во двор, влившись в толпу школьников с портфелями и ранцами. На улице им помахали Саша с Женей.

— Привет!

— Здорово! Жень, чего вздыхаешь?

— Да ну. Если бы я его не разбудила, до сих пор бы дрых… Сонька.

Пройдя по улице, мимо торопящихся на работу прохожих, вышли к кирпичному трехэтажному зданию, еще похоже довоенной постройки. Вместе с детским потоком прошли внутрь.

В рекреации, изучив расписание, Алиса повернулась.

— Ладно. Время еще есть. Мику, хватай Седого, пошли к директору. Уля, я на перемене к тебе зайду. Костя, сумки наши захвати пожалуйста. Вперед.

— Подожди, а мне зачем к директору?

— Не бойся, больно не будет.

… Мужчина, сидевший за столом и читающий какие-то бумаги, поднял голову на аккуратный стук в дверь.

— Кто там? Входите.

В дверной проем просунулись две девичьи головы.

— Можно, Сергей Борисович?

— Двачевская, Токугава… Что же вы прямо с утра-то. Ну что опять плохого случилось?

— А, ну тут это. — девчонки протолкнули в дверь Седого. — Мы вам кочегара привели, вот.

— Кого?

— Кочегара. Вам, нам, короче школе же нужен.

Директор удивленно посмотрел на вошедшего мужчину.

— Вообще-то нужен. А вы, простите, кто?

Алиса переглянулась с Мику.

— Да это дальний родственник костин. Берете?

— Двачевская, ты сейчас где? На базаре? Что за выражения? Не стыдно? А теперь давайте бегом в класс, а мы… разберемся.

— Ага. Нас уже нет. Микуся, за мной. — Алиса махнула рукой. — Увидимся.

Директор повернулся к Седому.

— Родственник значит. Дальний. А зовут вас…

— Азад.

— А меня Сергей Борисович. Давайте я вам поясню. Нам действительно нужен кочегар. Прежний знаете-ли… Запил, мерзавец, чуть аварию не устроил. Пришлось уволить. А тот кто остался один зимой не справится. А можно узнать, что у вас с лицом, извините, конечно за нескромный вопрос.

— Авария на производстве.

— А кем вы работали? Впрочем неважно. Документы у вас конечно с собой?

— У меня их нет.

— Как это нет? Не понял?

Седой вздохнул.

— Украли, скорее всего. В поезде. Знаете как бывает. Лег спать, проснулся, а в карманах…

Директор сочувственно покачал головой.

— Понимаю… В милицию обращались?

— Да пока нет.

— Вот это вы зря. Ну хорошо. По всякому конечно бывает. А вот скажите, только честно, пьете? Чтобы неожиданностей потом не было.

— Да нет, не особо.

Сергей Борисович постоял еще немного с задумчивым видом, потом повернулся к секретарше.

— Светочка, если кто будет меня спрашивать, я в отделе кадров. Пойдемте.

Поднявшись на третий этаж и подойдя к кабинету директор открыл дверь.

— Вера Николаевна…

Пожилая женщина, сидевшая за столом, подняла голову.

— Я здесь. Что случилось7

— Вера Николаевна, дорогая, вот это — директор показал на Седого — наш новый кочегар. Оформите, как полагается. Есть правда проблема, но… В общем, я пошел. Дела, отчеты…

Женщина пожала плечами, потом показала на стул.

— Садитесь.

— Спасибо.

— Как вас величать-то? Ох, а лицо-то… Простите конечно.

— Ничего, я привык. А зовут Азад.