— Пусть на все будет Его Воля. Хорошо, я сделаю как ты просишь. Пойдемте…
— Ой, а куда?
— Нужно все подготовить. — повернулся. — Ты поможешь?
Мику притормозила.
— Дяденька, а это… извините. А есть какая-нибудь рубашка? А то, я по телевизору видела… Водой ведь обливают, а я в форме…
Батюшка чуть улыбнулся.
— Вон там переоденься. Позвать бы старух надо, чтобы помогли…
— Никого, дяденька, не надо.
… Когда вода в деревянную купель была налита, а свечи горели из боковой комнатушки вышла Мику в белой рубахе.
— Длинная, подвернуть пришлось. А теперь…
Я подвел ее к купели.
— Повторяй…
Она пожала плечами.
— ТЫ ЧТО? Я ЗНАЮ, ЧТО НАДО ГОВОРИТЬ. ЗНАЮ.
Она повернулась к нам.
» Верую во единого Бога Отца Вседержителя, Творца неба и земли, всего видимого и невидимого.
И во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, единородного, рождённого от Отца прежде всех веков, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рождённого, не сотворённого, одного существа со Отцом, через Которого всё сотворено;
для нас людей и для нашего спасения сошедшего с небес, принявшего плоть от Духа Святого и Марии Девы и сделавшегося человеком,
распятого за нас при Понтии Пилате, страдавшего и погребённого,
воскресшего в третий день согласно с Писаниями (пророческими),
восшедшего на небеса и сидящего одесную Отца,
и снова грядущего со славою судить живых и мёртвых, Царству Его не будет конца.
И в Святого Духа, Господа, дающего жизнь, исходящего от Отца, поклоняемого и прославляемого равночестно с Отцем и Сыном, говорившего чрез пророков.
И во единую, Святую, Вселенскую и Апостольскую Церковь.
Исповедую единое крещение во оставление грехов.
Ожидаю воскресения мёртвых
жизнь будущую. Аминь.»
Протянула мне руку.
— Дай нож.
Взяв его, она вздернула вверх волосы и чиркнула лезвием.
— Хватит притворяться.
Батюшка подошел было к ней, но она отстранилась.
— Не надо. Не бойтесь только теперь.
Она осторожно встала в купель и радостно засмеялась.
— Я ВЕРНУЛАСЬ!
Священник отшатнулся. Сверху на Мику полилась чистейшая вода. Едва ощутимый аромат благовоний, вспыхнувшие лампады…
«Спас на крови —
Спасись и живи,
Спать не спеши,
Не туши свет,
Не говори «нет» —
Спас, Спас на крови,
Спас, Спас на крови, спаси нас!
Мало ли нам, малым,
Заспанным и усталым,
Заснувшим в кровати,
Забывшим свет,
Сказавшим «нет»,
Шагнувшим в снег
Горети-горевати,
Горькое горе жевати,
Веревочки развивати,
Витушечики вить,
В колотушечики бить,
Баклушечки колотить
На крови, да на кровати,
Скатертью стол накрывати,
В чарку слезу роняти —
Спас, Спас на крови,
Спас, Спас на крови, спаси нас!»
Поток воды иссяк. Священник сделал было шаг к Мику и упал на колени, закрываясь руками. В купели до потолка вспыхнуло пламя. Прямо в него влетел белый голубь.
— ЧТО ЭТО, ЧТО? ГОСПОДИ…
Братушечка-братик,
На плечо меня взвали,
Дотащи до святой земли,
Отыщи ее вдали —
Спас, Спас на крови,
Спас, Спас на крови, спаси нас!
От дождя, от ножа,
От волка, от дурака,
От ночной мороки,
От кривой дороги,
От песка в глазах,
От страха за страх,
От всего спаси,
Спас на небеси!
Я встал около купели. Мы все были здесь, все пришли. И моя Дочь, стоявшая среди огромных волков, и моя Любовь… Все… И молодой мужчина с уголовными наколками на пальцах, расправив крылья и улыбнувшись, поднял голову. Рядом девушка с непослушным хохолком на голове… И тот кто в прошлой жизни носил кличку Конь, положил мне ладонь на плечо. Брат… Все пришли. Те кто сейчас и те кто будут.
И из огненной купели, раскинув руки, на пол церкви ступила Мику. Сокол на плече, черные волосы, белая рубаха, алые крылья, крест на груди… В ее руке мелькнул огненный клинок.
Спас, Спас на крови,
Спас, Спас на крови, спаси нас!..»
Пламя опало. Я подошел к батюшке, который опустив голову, стоял на коленях. Рядом, одернув мокрую рубашку, присела Мику.
— Батюшка…
Он посмотрел на нас. По его лицу катились слезы.
— ЧТО, ЧТО Я ВИДЕЛ СЕЙЧАС?
— РОЖДЕНИЕ. — Мику встала. — Я стала такой, какой должна быть. Я стала собой.
Она помолчала.
— И я не больше не Мику. Я Мария. Отец Сергей… Это ведь мое истинное имя. Да?
Тот только качнул головой, соглашаясь.
— Да, ты Мария. Не я нарекаю тебя им, но Он Сам. Я лишь подтверждаю Его Волю.
Она лукаво улыбнулась.
— Но… Можете звать меня и Мику. Я не обижусь. Ой… Переодеться же надо. Вся мокрая.
… — Значит Конец Света идет… Все как предсказано было. А ты тот кто спасет нас.
— Батюшка… Кто же кроме вас, кроме людей этот мир защитит? Я лишь помогу…
— Да как же ты один против Тьмы встанешь? Хоть ты и…
— Не один он будет. Я рядом буду стоять.
— Девочка моя… Ты хоть понимаешь, что говоришь? Как ты сможешь… Против Зверя, что есть…
— ЗАПОМНИТЕ. Я ЯКУДЗА, БАТЮШКА И Я ВОИН ГОСПОДА. ЧТО Я МОГУ? ТОЛЬКО СРАЖАТЬСЯ ВО ИМЯ ЕГО.
Мы встали из-за стола. Священник вздохнул.
— Вам бы к участковому зайти. Он же власть у нас, знать должен.
— А что у вас здесь случилось-то? Деревня какая-то странная…
Батюшка только махнул рукой.
— Был колхоз, а потом… Председатель в городе пропал, молодежь почти вся уехала. Приезжают иногда конечно. Да и… Забыли про нас там что-ли? Может и к лучшему это. Не лезут… А мы потихонечку сами.