— Не плачь.

Он произнёс это давным-давно, не так ли? Что ему больно, когда мне больно.

Я глажу волосы у него на затылке, и мы остаемся в таком положении, кажется, целую вечность.

На какое-то мгновение мы с Эйденом остаемся вдвоем, отгороженные от всего мира.

Я даже забываю, что мы на публике, и некоторые проезжающие машины могли видеть, происходящее, во всех подробностях. Черт, даже если бы они не увидели, они бы заметили, как трясется машина из-за грубых толчков Эйдена.

По правде говоря, мне наплевать на то, что они видели.

Единственное, что меня волнует, это человек, лежащий надо мной и защищающий меня от всего мира.

— И что теперь? — бормочу я через некоторое время.

— Теперь мы возвращаемся к тому, с чего все началось.