ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Огонь срывался с моих пальцев, от Земли камни гудели под моими ногами. Воздух окружил меня, Вода била по скале, словно тянулась ко мне.

Все четыре стихии бились за контроль, а я с трудом могла дышать.

Огонь бушевал, я чуть повернулась влево. Другие кричали, убегали, боясь моей силы.

Я не хотела этого. Я не хотела, чтобы меня боялись. Я не хотела такого.

Но я не могла управлять этим.

Я не смогла управлять этим, когда Вода захватила меня, а с Огнем будет хуже.

Я помнила, как кто-то говорил мне, что Огонь был самой сложной стихией. Потому что, что бы ни случилось, она будет всегда внутри, пытаясь вырваться. Магам Огня требовалось больше контроля, чем другим, и они становились каменными, пытаясь все сдержать.

Тиган смеялся и шутил с Вин, но он был поразительно сдержанным в бою, тренировался сильнее всех, кого я знала.

Истон был таким же. Он использовал так много силы, чтобы просто управлять Огнем в бою, вместе с Землей.

Я помнила, как встретила маленького огненного дракона, смотрела, как он танцует над пустыней на территории Огня.

В том огне была невинность, но в огне во мне такой невинности не было.

Я помнила, как использовались огненные цветы кактусов на территории Огня, когда Истон магией убирал нэгов, пытавшихся убить нас.

Когда я только встретила Истона, я стояла с Родесом, пыталась защититься только Воздухом. Тогда у меня был только он.

Я помогла Воздухом Огню Истона, и мы работали вместе, не зная, кем были друг для друга. Не зная друг друга вовсе.

Я помнила это, но этого было мало.

Я не была тем невинным огнем. Я не была спокойным магом.

Я была неуправляемой, и я не могла сдерживаться.

Река Огня окружила меня, медленно ползла, создала круг, не пуская друзей и других ко мне.

Я не могла думать, едва дышала, три другие стихии бились во мне, то ли пытались остановить, то ли защищали меня, то ли боролись с Огнем, чтобы захватить меня вместо него. У них не получалось.

Огонь был слишком сильным. Я никогда не смогу управлять им с точностью.

Я сожгла замок, превратила воспоминания детства Родеса и Розамонд в пыль.

Я была огнем, пеплом и ничем.

И я не могла остановиться.

Бой закончился, те, кто выжил с другой стороны, убежали, и я видела магов Воздуха и Воды с нашей стороны, которые гнались за ними. Но я не могла сосредоточиться.

Я не знала, выжили ли Кредо или Лига, или что с ними случилось. Я не знала пока ничего.

Я не знала, были ли друзья близко, выжили ли они. Я ощущала только огонь на лице. Знала, что так наступит мой конец.

Может, мне нужно было сделать это, собрать все четыре стихии и остановить мятеж. Другие выживут без меня.

Те, кто дожил до этого момента.

Потому что Родес умер за меня, как и Брэй, Арвин и Холдар, и многие другие.

Они умерли, а я выжила.

Но теперь Огонь заберет меня, потому что я не могла остановить его.

Он пел мне песней смерти и судьбы.

Я не хотела умирать, но верила, что это был конец.

Никто не мог пересечь огонь. Я слышала крики, но не знала, хотели они убить меня или остановить.

Может, они знали, что я сгорю изнутри, и ничто не потушит огонь, даже другие мои стихии.

Люди должны были бояться меня. Я боялась себя.

А потом кто-то прокричал мое имя, и я словно услышала эхо. Кто это мог убыть? Я не понимала, почему.

А потом ощутила ладони на своем лице. Истон был тут, его лицо было опалено, но Огонь бежал по его телу, его магия защищала его от моей, пока он прижимал меня к себе.

— Управляй Огнем. Ты можешь, моя Лирика. Я в тебя верю.

— Нет, — мой голос был песней. — Я не могу. Я сделала так много, но этого не хватило. Никто не говорил, что будет так. Я хотела Огонь, но не это. Теперь он тут, и я не могу им управлять.

— Я говорил, что буду рядом. Я тут. Если ты сожжешь себя, я сгорю с тобой.

Я толкнула его, но он не отпустил меня.

— Ты обещал, что не умрешь за меня, — рявкнула я.

— Да, и я не умру за тебя. Я умру с тобой. Потому что тебе нужно покончить с этим. У тебя есть контроль. Он в тебе. Тебе нужно просто найти его.

— Я пытаюсь!

— Пытайся сильнее. Ты можешь. Я в тебя верю.

Его губы прижались к моим, и огонь плясал между нашими ртами, на наших телах, укутывая нас.

Я прижалась к нему, нуждалась в его поцелуе, в его вкусе, в последнем миге покоя перед концом, где будет лишь пепел.

Он поцеловал меня сильнее. Я выгнула спину, пытаясь сдержать все, что было во мне, все, что я сделала.

Я не думала, что убью, но я покончила многие жизни. У них не было шанса. Они кричали, а потом умерли, и их тела и кости стали пеплом. Из-за меня.

Но я не могла допустить смерти друзей. Если я умру, что будет с моим Огнем?

Он навредит другим? Я не хотела, чтобы Розамонд, Вин или кто-то еще умер из-за меня.

Я не хотела, чтобы Истон умер из-за меня или со мной, как бы он это ни называл.

Я целовала его в ответ, слезы катились по моим щекам. Огонь медленно отступал.

Он поднялся с нашей кожи, пришел Воздух. Я упала на колени, но Истон поймал меня, крепко обнял, поцеловал в лоб, и я не выдержала, слезы лились по моему лицу, тело сотрясалось от всхлипов.

Тело дрожало, и я хотела, чтобы это закончилось.

Словно из меня что-то вытаскивали. Душу, сердце… что-то.

Я видела пепел вокруг, грязь и сажу на лицах других, глядящих на меня.

Они боялись меня? Наверное. Кем была я? Чем была я? Почему я не могла спасти мир?

Как я могла, если не спасала тех, кого любила?

Не могла спасти себя.

Истон снова вернул меня.

Я спасла нас от лорда, но не смогла остановить силу в себе.

Я не знала, что могла презирать часть себя.

Я была Жрицей Духа, но я не могла справиться сама.