— Да. Сколько я ее знаю. Думаю, это качество ее дома. Дар дома Мерек — их смелость, хотя порой она граничит с безрассудством.

— Или наглостью, — она хотела задать Дамиену вопросы, возникшие из-за леди Брирен, но не была уверена, что хотела знать ответы. А если Дамиен заботился о ней только из долга и доброты души? Ее плечи напряглись, старые страхи вернулись. Дамиен женился на ней, только чтобы спасти себя?

Она развернулась.

— Я приведу себя в порядок перед вечером.

— Хорошо. Я погуляю с Тэгисом по замку.

Селена пошла в их спальню к миске и графину, которые заметила раньше. Вода была чуть теплой, слабо пахла розами.

Она вымыла ладони, потом лицо и шею. Она замерла и смотрела на миску, вода капала с ее пальцев. Эта поездка будет сложнее, чем она думала. Другие дома вскоре узнают правду о доме Рейвенвуд. И ее ждало сражение в пейзаже сна и…

Она сглотнула, пальцы задрожали, страх охватил ее сердце. Она сжала пальцы, а потом потянулась к полотенцу неподалеку.

Что случится в следующие дни? Как сложатся ее отношения с другими домами? Кем она решит быть? За кем последует?

Утром ответа не было. А город Люкс Каста заполнил гул рожков с первым светом.

Великий лорд Варин умер на рассвете.

35

Тем утром знамена дома Люцерас сменили черными флагами. В замке все было накрыто черным, от картин до статуй.

Замок охватила серьезная атмосфера, схожая с тканью на украшениях. Слова говорили шепотом. Слезы проливали за закрытыми дверями. Свет солнца озарял Люкс Каста, не переживая из-за дома Люцерас и их горя.

Селена стояла у длинных окон в их спальне и смотрела на все с высоты. Она не знала лорда Варина, не ощущала то же горе, что и все. Дамиен расстроился, и она оставила его в гостиной.

Она вздохнула и прошла к кровати. Переговоры, что понятно, на время отменили. Смерть лорда Варина была печальной, но империя Доминия ждать не будет. Союзы нужно было заключить официально, готовить народы, иначе они проиграют. Селена понимала, что, как только ее мать узнает о смерти лорда Варина, она тут же использует смятение в свою пользу.

Она прижала ладонь к голове, боль пульсировала во лбу. Она не видела сны с той ночи, как Дамиен заступился за нее, и это начинало сказываться на ее теле. Необходимость увидеть сны была не менее важной, чем поспать, но она закрывалась от этой части себя, как могла. Но вскоре сны вернутся, пробьют дамбу. И она подозревала, что тогда вернется и Темная леди.

День тянулся медленно. Селена старалась оставаться в комнате и не мешать печали остальных. Завтра проведут похороны лорда Варина. Через какое-то время начнутся переговоры, но кто знал, к чему это приведет?

Прошел ужин, но в пределах их комнаты с тихим разговором между Дамиеном и их небольшой командой. Свет снова пропал из глаз Дамиена.

Он переживал из-за смерти лорда Варина так же сильно, как из-за своей семьи? Их семьи все-таки были близки, и он испытал смерть своего отца всего два года назад. Наверное, он понимал, что переживали Люцерасы, а она оставалась чужой в их горе.

Селена покачала головой, надевая ночную рубашку.

Дамиен вошел через минуту.

Она закончила расчесывать волосы и опустила гребень на стол.

— Как семья Люцерас? — спросила она, оглянувшись через плечо.

Дамиен закончил переодеваться и ответил:

— Горюют. Лорд Варин болел какое-то время, но никто не ожидал, что он умрет так скоро.

Она кивнула, но ощущала себя отстраненно. И это ее беспокоило. Она прошла к кровати и отодвинула одеяла. Почему она ничего не чувствовала? Ей было все равно? Ее сердце вернулось за железные двери без ее ведома?

Селена задула свою свечу и забралась в постель. Одеяла были холоднее, чем она ожидала, так что она сжалась в комок, укуталась по шею. Через мгновения кровать прогнулась, и она ощутила, как Дамиен устроился рядом.

Они тихо лежали. А потом Дамиен придвинулся и обвил ее руками, притянул ближе. Его дыхание было теплым у ее шеи, его тело согревало, прогоняло холод из кровати. Он молчал, просто обнимал ее.

Селена медленно расслабилась в его объятиях. Может, он нуждался в этом. Нуждался в ней. Она прильнула ближе и закрыла глаза. Даже если она не испытывала то же горе, что и он, она могла его утешить вот так. Она не хотела терять его.

* * *

Толпа людей собралась во дворе и замке Левеллон следующим днем, чтобы выразить уважение дому Люцерас и покойному великому лорду Варину. Солнце ярко сияло над городом, теплый ветер дул на улицах.

Селена держала Дамиена за руку, они шли по людным коридорам замка к дверям тронного зала. Она заметила, что Тэгис хмурился, держась ближе к Дамиену, его ладонь точно лежала на рукояти меча. Карл шел справа от нее, мрачный, следил за толпой.

Они добрались до зала, люди стояли по бокам, позволяя аристократам и меньшим домам попасть вперед в просторной комнате. Они пошли между толпами людей, и Селена ощущала их взгляды, их вопросы давили на ее разум, хоть в тронном зале и было тихо. Они пришли горевать по их лидеру, а она была не одной из них. Пальцы Селены были холодными в хватке Дамиена, но она не знала, было дело в холоде в ней, или просто его ладони были всегда теплее, чем ее.

Люцерасы стояли ниже трона, свет из высоких окон падал на каменный стол, окружая пьедестал, где лежал лорд Варин.

Холод в ней растекался.

Леди Брирен стояла справа от пьедестала, она была в кожаной и льняной одежде, рядом с ней хмурый мужчина был одет схоже. Они кивнули Дамиену и Селене, занявшим место рядом с парой. На лице яростной леди не было слез, ее глаза не были красными, щеки не опухли. Просто серьезный вид. Леди Брирен вспоминала смерть своего отца?

Дамиен тихо стоял, глядя на семью Люцерас, на тело лорда Варина. В его глазах тоже не было слез. Эмоции проявлялись лишь в том, как крепко он сжимал ее ладонь.

Время шло, собрание тихо стояло в тронном зале. Леди Адалин часто прятала лицо и вытирала глаза. Селене стало ее немного жаль. Она не хотела бы стоять при толпе, горюя по отцу. Чего они ждали? Разве они не пришли попрощаться с лордом Варином? Казалось пыткой, заставлять семью ждать при такой толпе.

Селена отвела взгляд. Она не была готова смотреть на лорда Варина. Странный страх охватил ее, и она боялась, что он сломает ее, когда она посмотрит на тело.

Через минуты священник в белом прошел к лорду Элрику и встал возле пьедестала. Его лысая голова блестела на солнце. Он окинул комнату взглядом и поднял руки. Он заговорил, его голос нарушил тишину комнаты.

Уголок губ Селены ехидно приподнялся. Его слова были без сердца. Не такие эмоции она видела, когда Дамиен говорил о Свете. Она подозревала, что священник и не был истинным последователем Света, просто выполнял долг.

Она не слушала священника, голос гудел в ее ушах. Взгляд приближался к пьедесталу, но она сдерживалась. Она не видела мертвое тело в жизни, только во снах. Но казалось, что между ней и телом была связь, и ее взгляд вскоре упал на лорда Варина.

Мертвый мужчина лежал на камне, одетый в бело-золотое, руки были скрещены, а глаза — закрыты. Его седые волосы и борода были расчесаны. Он словно спал, но кожа и губы были бледными.

Холод охватил ее тело, словно когти смерти сжали ее горло. Она ощущала, что в нем не было души. Перед ней была только пустая оболочка. У лорда Варина уже не будет ни снов, ни жизни.

Где он был теперь? Настоящий лорд Варин? Что было по другую сторону вуали? Куда уходила душа, когда тело умирало? Кто там был? Темная леди? Дрожь пробежала по ее спине, она вспомнила леди в черном. Она ждала ее там?

Селена вдруг поняла, что священник, пока говорил, делал странные движения руками. Она выдохнула, готовая покинуть это место.

Но священник ушел, женщина в схожей одежде заняла его место. Селена сжала свободную руку в кулак. Им придется терпеть еще больше пустых слов?

Белое одеяние женщины трепетало вокруг ее тела, пока она стояла у пьедестала. Она запела ясным, как колокольчик, голосом.

Селена медленно разжала кулак, песня заполнила ее разум. Слова были на старом языке, но она почти понимала их, словно они звучали на современном языке.

Девушка пела о Свете, Селена была уверена в этом, и песня звучала как водопады, цветы и песни птиц. Словно жизнь пела Свету.

Как лучи солнца после бури, песня женщины прогнала из нее холод, оставив нежное тепло.

Песня закончилась на протяжной низкой ноте. В зале было тихо. Никто не двигался и не говорил.

Селена застыла, очарованная. Она хотела услышать песню снова, наполниться ею, словно песней, которую народ Нор Эсена пел на Фестивале Света.

Миг был нарушен тихим всхлипом леди Адалин.

Люди вокруг пьедестала пошевелились и стали медленно расходиться. Толпа за ними подвинулась ближе к лорду Варину. Леди Брирен повернулась и кивнула Дамиену и Селене, а потом ушла со своим супругом.

Дамиен поймал взгляд лорда Лео, пока леди Адалин прятала лицо в плече лорда Элрика. Лорд Тирн сдерживал эмоции. Дамиен кивнул, и старший Люцерас кивнул в ответ.

А потом Дамиен сжал ее руку и развернулся, повел Селену из тронного зала. Они шли к своим покоям, Селена взглянула на Дамиена. Тяжесть, нависшая над замком, вместе с песней пробили туман онемения на ней.

Впервые смерть ощущалась реальной. Реальнее, чем в пейзаже сна. Смерть приходила за всеми. И с грядущей войной смертей будет много.

Но, может, как показывала песня, во тьме смерти был свет.

36

— Вот.

Амара посмотрела на одного из пилигримов, к которым она присоединилась пару дней назад на пути к Люкс Каста. Юноша улыбнулся ей, глаза блестели, когда он протянул ей миску каши. Утреннее солнце заливало поляну, где небольшая группа пилигримов остановилась на ночлег. Роса висела на длинной зеленой траве. Деревья покрылись почками, пели птицы. Весна прибыла сюда раньше, чем в горы Магир.

Амара взяла миску и чуть не буркнула ответ, но поняла, что пилигримы вели себя не так. Она улыбнулась и сказала: