Он кивнул.

— Верно.

— А могут, наоборот, с андроида выгружать данные? Для перепроверки работы процессора, например?

Чже уставился на меня, а я понял, что озвучил слишком конкретный вопрос. Он сдержанно ответил.

— В таком случае им потребуется интернет-соединение, и хоть считается, что это однонаправленная сеть, но я не исключаю такой возможности. Они следят за всем, чем только можно.

Я окинул взглядом комнату отдыха, она оказалась пуста. И задал следующий вопрос, глядя на дверь, а не на Чже.

— А если я захочу отключить своего андроида от моего Wi-Fi?

— Зависит от того, что это за андроид, у них у всех разные параметры по времени отключения от интернета. И в конечном счете этот срок выйдет, и комитет автоматически будет уведомлен.

Я вздохнул.

— Так я и думал.

— Я опущу скользкую тему и деликатность твоих вопросов, и спрошу, Ллойд, у тебя все в порядке? Какие-то проблемы? — Черт, вопросы, конечно, провокационные, на один так точно не следует отвечать. — Иначе бы ты не спрашивал. — Чже снова подался вперед и прошептал: — Только глупостей не совершай. Они все равно все узнают.

Не то чтобы я повелся на его теорию заговора по поводу цифровой глобализации, или по поводу действий правительства, но доля правды в этом безумии была. Они наблюдают. Может не само правительство, но корпорацию САТ я уже начал в этом подозревать. Повод же у них был? И то, какие вопросы Майлз задавал, и как он их задавал, и эти его паузы… Все это меня настораживало.

Я не доверял САТ настолько, чтобы лично собирать информацию. Но причин, чтобы этим занялся Чже, ведь нет?

— Могу я попросить тебя кое-что поискать для меня? Ты ведь держишь руку на пульсе по поводу таких вещей, правильно?

Чже улыбнулся, словно я только что оценил его личный вклад в борьбе с цифровым монстром. Я посчитал это за согласие.

— Можешь выяснить, к чему имеют доступ такие компании, как корпорация САТ? Как только андроид подключается к домашнему роутеру, что им становится доступно?

Глаза Чже расширились, рот приоткрылся.

— Корпорация САТ?

Я кивнул, полностью себя выдавая. Теперь не было смысла что-то скрывать от Чже.

— Охренеть!

— Только, чтобы никто не узнал, — добавил я. — Но…

— Но эта компания — акула среди мелких рыбешек.

— Знаю.

— И ты им не доверяешь.

Я покачал головой.

— Нет. Не доверяю.

Его глаза сузились.

— Предоставь это мне. Я знаю некоторых людей, некоторых подпольщиков.…

Вот черт. Он что, «Даркнет» имеет в виду?

Чже быстро кивнул.

— Посмотрим, что смогу нарыть. Дай мне несколько дней.

— Здорово. Спасибо.

Чже ушел с видом секретного агента на задании, а мне стало легче от того, что решился попросить. Я провел дневные лекции и не мог дождаться возвращения домой. Шон встретил меня крепкими объятиями, будто также сильно не хотел отпускать меня, как и я его. Он погладил меня по спине, провел руками по заднице и нежно помассировал плечи. Я таял в его объятиях, и боже мой, было чертовски приятно. Наконец он отстранился и нежно меня поцеловал.

— Как прошел день?

— Нормально, — ответил я. — А твой?

— Довольно неплохо, — ответил он, потянув меня за руку в направлении дивана, где мы и сели. — Я опять прибрался, заказал тебе еду и посмотрел это. — Он повернулся к голографическому экрану телевизора. — Очень интересно.

Я уставился на экран. Что за хрень?

— Сериал «Домой и в путь»? — неверяще спросил я.

— Да. Очень увлекательно.

Увлекательно? Боже мой, ага.

Драматический телесериал «Домой и в путь» не сходит с экранов телевизоров в Австралии на протяжении восьмидесяти лет. И он вовсе не… увлекательный. Он ужасный. Всевозможные сюжетные линии разыгрывались тысячу раз, персонажи умирали и чудесным образом вновь воскресали, только уже без памяти. Это такая предсказуемая лажа, которая не понятно, как держится столько лет на экранах.

— Я листал каналы, — сказал Шон, — и увидел, что там играют андроиды.

А, ну конечно.

— Да. Это шоу, созданное, чтобы изобразить реальную жизнь.

— Этого андроида, например, зовут Альф. У него необычное произношение.

Я улыбнулся. — Правда?

— Да, — на полном серьезе ответил Шон. Затем он указал на экран, где на стоп-кадре застыла блондинка. — А это Шэрон. Она человек. Ее лучшая подруга путалась с бывшим мужем Шэрон. А Альф подружился с ее бывшим и в курсе этой интрижки. Шэрон хочет, чтобы Альф все рассказал, но Альф не может причинять вред или лгать людям. Он не хочет вредить другу, но и Шэрон должен ответить правдиво. Вот такая дилемма.

Я с трудом сдержал улыбку.

— Да, представляю.

— Что смешного?

— Ничего, — солгал я. — Просто ты невероятно обворожителен.

— Обворожительный. Тот, кто пробуждает сильные теплые чувства или приводит в восхищение.

Я потянулся к нему и поцеловал.

— Да. С андроидами полно фильмов и всяких шоу. Если хочешь, можем список составить. Я даже не предполагал, что ты захотел бы сопоставить себя с героями ТВ.

— Иметь представление обо всех группах населения очень важно.

— Да, это на самом деле так. Можем посмотреть чуть позже, если хочешь. — Я взял его за руку. — Может прогуляемся? Ты весь день просидел взаперти.

Шон немного помолчал, словно обдумывал ответ.

— Да. Думаю, неплохо было бы прогуляться.

Я снова надел пальто, Шон накинул свое, и мы отправились к реке. Уже темнело, небо было безоблачным, поэтому вечер был ясным и прохладным. Головы прохожих в основном были опущены, а воротнички подняты, и все были погружены в собственные мысли. Но только не Шон. Он осматривал округу с любопытством и восторгом в глазах, как и всегда, стремясь узнать все по максимуму. Он протянул мне руку, чтобы мы могли идти, взявшись за руки, и я с радостью переплел наши пальцы.

И пока мы были на улице, я воспользовался возможностью открыто поговорить. Я понятия не имел, мог ли САТ каким-то образом прослушивать напрямую нейросети и аудиоканалы Шона, но сама мысль, скрывать что-либо от него, была мне ненавистна.

— Сегодня я разговаривал с Чже. Это мой друг на работе, он специалист в области IT. Он помешан на всем, что связано с интернетом. И у него есть друзья, которые могут найти то, чего другим не под силу. Я попросил его, по мере возможностей, накопать информацию по корпорации САТ.

Шон выдержал паузу.

— Зачем? Если хочешь что-нибудь узнать, я найду что угодно в интернете.

— Эту информацию нелегко получить в интернете. Но в даркнете можно.

Шон снова какое-то время помолчал.

— Даркнет. Некая оверлейная сеть, доступ к которой возможен только с помощью специального программного обеспечения, конфигураций или авторизации, зачастую с использованием нестандартных протоколов связи.

— Да. Секретные приемы. Типа таких, как если бы САТ могла получить доступ к твоему процессору и скачать данные без твоего согласия.

Шон кивнул.

— И ты доверяешь своему другу Чже?

— Доверяю. У него есть странные догадки о том, насколько сильно правительство все контролирует, поэтому с секретностью Чже знаком. Он сказал, что потребуется несколько дней.

— А мы тем временем чем будем заниматься?

— Мы будем делать вид, что ничего не происходит. И вести себя так, как они от нас и ожидают.

Шон одарил меня своей плутовской улыбочкой.

— А они ожидают, что мы вернемся домой, и ты займешься проверкой — сколько же моих внутренних сенсоров ты сможешь активировать за раз?

Я разразился смехом.

— Думаю да, такого поведения они могут ожидать.

Шон развернулся к дому.

— Тогда не хотелось бы их разочаровывать.

***

На следующий день с Чже я не увиделся, хоть и искал его. Кто-то сказал, что видел его ранее, но на кафедре естественных наук возникли какие-то проблемы с программным обеспечением, которые требовали незамедлительного вмешательства. Я немного был разочарован, но посчитал, что если у Чже появится какая-то информация, то он сам меня найдет.

Вернувшись домой, я как обычно, попал в крепкие объятия Шона. Он встретил меня в дверях, обнял и уткнулся лицом мне в шею.

— Я скучал по тебе, — пробормотал он. Затем чуть отстранился и поцеловал. — Разговаривал с Чже?

Я приложил палец к губам и покачал головой, затем кивнул в сторону Z-роутера.

— Нет, он был занят.

Шон моргнул и выгнул бровь. Потом подошел к столу, взял блокнот и ручку и сел на диван.

— Я прибрался сегодня, — сказал он неестественно механическим голосом. — И посмотрел «Домой и в путь». Бедный Альф находится в довольно затруднительном положении, а Шэрон ведет себя некрасиво… — Шон продолжал пересказывать сюжет дурацкого шоу, которое ему нравилось, и одновременно писал в блокноте.

Я сел рядом, и Шон передал мне то, что написал.

Мы должны беспокоиться по поводу его отсутствия?

Я устремил на него взгляд.

— Я уверен, что Альф найдет выход. Он же не может лгать или скрывать правду, поэтому я уверен, что в конце концов все получится, — сказал я, пока писал свой ответ.

Нет. На работе технические проблемы, требующие срочного решения. Все хорошо.

— Думаю, ты прав, — сказал Шон, отвечая сразу на оба вопроса. — Ты голоден? Достану тебе поесть.

Я потянулся к нему и поцеловал.

— Ужин — это хорошо.

Я забрал блокнот и пошел следом на кухню. Невероятно умный ход со стороны Шона, самому додуматься до такого молчаливого способа общения. И определенно, такие способности не заложены в андроидов.

— Я сам сегодня себя овощем чувствую, — произнес я, делая запись в блокноте.

Молодец, что придумал использовать ручку и бумагу!

Из холодильника Шон достал ужин из овощей, широко мне улыбнулся и улыбающимися губами поцеловал. Затем поставил еду разогреваться и быстро черкнул мне на листе бумаги.

Спасибо.

И такое общение, с помощью записок, стало для нас особым. Во время ужина, после, за просмотром телевизора. Шон считал это увлекательным и забавным.

Теперь, когда мы закончили читать «Моби Дика», может выберешь что-нибудь другое?

О. Я совершенно не ожидал этого.