Глава 31

— Кайли, нам нужно встретиться в понедельник утром, в пятнадцать минут шестого. Понимаю, это очень рано, но у меня безумно плотное расписание, а документы нужно было подписать ещё вчера. Я угощу тебя завтраком, — пообещал менеджер Трейса.

Да уж, рань несусветная. Да ещё и в чёртов день рождения. Но всем ведь плевать. Хотя Лулу и её двоюродная сестра Кармен приедут, чтобы повидать её. Она искренне надеялась, что они прилетят, потому что хотят её увидеть, а не потому, что она оплатила им билеты на самолёт и настояла на этом.

— Поли, я оставила записку, — со вздохом сообщила она, — в которой отказалась от авторских прав, и заверила свои слова подписью.

— Знаю. И клянусь, мне этого достаточно, однако в лейбле хотят, чтобы Трейс записал эту песню в ближайшее время, но не допустят его к записи, пока официально не будет решён вопрос с авторскими правами.

Ого! Блин. Она не ожидала, что он выпустит песню так скоро.

— А с кем он собирается записывать песню? — спросила она, не уверенная в том, что хочет знать ответ.

— Точно не знаю. Упоминалось несколько имён, — сказал он, и по голосу было слышно, что ему неловко.

— Ладно, Поли. Долбанные пятнадцать минут шестого утра в мой грёбаный день рождения. Встречаемся в кафе «Эксетера», и да, с тебя завтрак, — подвела она итог и положила трубку.

Чувства, которые крепко спали внутри неё с момента окончания гастролей, внезапно проснулись. И тут же всплыло воспоминание, как она рассказала Трейсу о папиной традиции петь в её день рождения.

Однажды Поли признался ей, что не лезет в личную жизнь Трейса, но, может, на этот раз он решил сделать исключение? Может, Трейс всё подстроил, чтобы они смогли позавтракать вместе в её день рождения? «Дерьмовый выбор, Кайли. Вот кем он тебя считает».

Конечно, в действительности Поли не горит желанием, чтобы Кайли подписала бумаги до рассвета. Возможно, Трейс хочет выяснить отношения, чтобы они смогли остаться хотя бы друзьями. Кайли на это надеялась. Она так по нему скучала! И без него чувствовала себя потерянной и опустошённой.

Кайли подскочила в пятнадцать минут шестого утра от звонка мобильного. Звонил Поли. Но она всё ещё надеялась, что её может ждать Трейс. В любом случае она уже опаздывала. Блин!

Кайли вскочила с дивана, умылась холодной водой и быстренько прополоскала рот ополаскивателем. Собрав волосы в хвост, натянула первые попавшиеся чистые джинсы и свою любимую футболку с Чарли Дэниелсом[23] и помчалась в кафе «Эксетера». Где её ждал Поли, нетерпеливо постукивая по часам. Её сердце оборвалось. Это был всего лишь Поли.

— Привет, у меня сегодня день рождения, Поли. Сделай на это скидку. — Она огляделась вокруг в надежде увидеть Трейса, но, видимо, не суждено. Потому что его тут не было. «Конечно же, его тут нет».

— Да-да. С днём рождения, детка, — сказал он с усмешкой.

Ну надо же, так вот какое оно, утро дня рождения. Ворчливый менеджер, к тому же не её менеджер, угощает её завтраком в дешёвой забегаловке. Это сильно отличалось от того, как папа готовил ей панкейки и пел для неё. «Добро пожаловать во взрослую жизнь».

— Ладно, — начал Поли, выложив перед ней несколько бумаг. — Первый документ гласит, что ты уступаешь Трейсу все права на песню «Другая сторона меня», которую вы написали совместно. Во втором говорится, что ты не получишь никакого признания или роялти от этой песни, а в третьем — что ты никогда не станешь записывать эту песню сама, даже под другим названием. Это документы для лейбла. И четвёртый — для меня, это стандартное соглашение о неразглашении информации о твоих с Трейсом отношениях и любых ваших контактах до этого момента. В нём говорится, что ты не станешь ни с кем обсуждать характер вашего взаимодействия во время тура или в другое время. Ты меня слушаешь, Кайли?

«Доброе утро, Поли. Как ты? Я? Я прекрасно. Спасибо, что спросил».

— Ладно… но мне нужна ручка.

«Просто поставь подпись над пунктирной линией и вычеркни себя из его жизни навсегда». Давай же.

— Кайли, — недовольно пробормотал Поли, протягивая ей ручку. — Прежде чем подписывать, сядь и прочитай внимательно документы.

— Я тебе доверяю, Поли, — ответила она и подписала первый документ. — И Трейсу тоже, — тихо добавила она. А ещё девушка верила, что он так сильно хотел вышвырнуть её из своей жизни, что сделал это официально.

— А теперь послушай меня, Кайли Райанс, — сказал Поли, выхватывая ручку у неё из рук. — Нельзя никому доверять, понимаешь? Я работаю на Трейса, а другие менеджеры работают на своих артистов, так что ни на секунду не думай, что если кто-то хорошо к тебе относится, то не подсунет на подпись что-то, что сможет тебе навредить. Учти, что теперь тебе нужно брать с собой Чаза или юриста всякий раз, когда тебя просят подписать какой-либо документ.

Он наклонился вперёд и удерживал её взгляд, пока она не ответила:

— Поли, на часах полшестого утра, и, честно говоря, Трейс уже не может ранить меня сильнее. Ты хочешь, чтобы я подписала эти грёбаные бумаги или нет?

У Кайли лопнуло терпение. Она хотела поскорее со всем этим покончить и свернуться калачиком в своей постели, пока не придёт время отправиться встречать друзей в аэропорту. Слава богу, завтра у неё запись в студии. Накопилось слишком много страданий и боли, которые рвутся превратиться в строки и ноты.

Поли вздохнул и снова протянул ей тяжёлую чёрную ручку.

— Ладно, но я настаиваю. Отныне читай всё, что подписываешь, и давай прочитать Чазу и юристу.

— Хорошо, папочка, — без раздумий ответила она. Кайли подписала все документы и взяла меню. — Что ты будешь? — спросила она собеседника, который уставился в мобильник вместо того, чтобы изучать меню.

— У меня сейчас ещё одна встреча, но я предупредил официантку, что плачу за твой завтрак, так что заказывай всё, что хочешь.

Поли собрал подписанные документы и убрал их в папку.

— Ты не останешься? — Она попыталась скрыть жалобные нотки в голосе. Не вышло.

— С днём рождения, Кайли. Надеюсь, ты отправишься на гастроли с «Витамин Вотер», — сказал Поли, поднимаясь с диванчика.

— Как ты…

— Это маленький городок, — ответил он на незаданный вопрос, прежде чем развернуться и покинуть кафе.

Боже, Чаз только недавно сообщил, что компания рассматривает её кандидатуру. И её должно было это порадовать. Но после подписания юридических документов, напомнивших ей, что с Трейсом Корбином её больше ничего не связывает, в ней не осталось и капли энтузиазма.

Когда подошла официантка, Кайли попросила кофе навынос и опустила голову на стол в ожидании заказа. Даже после всех перипетий с Трейсом она не чувствовала себя настолько использованной и одинокой, как в эту минуту.

Подниматься со стаканчиком кофе в квартиру было адски тяжело. Потому что тот казался свинцовым, а кофе словно весил не меньше пятидесяти килограмм. Она скучала по папе. Воспоминания о нём глубоко ранили её, ведь сейчас он был бы разочарован в ней.

Дочь, которую он воспитывал, никогда не позволила бы себе из-за глупых чувств к мужчине забыть о карьере. Высоко подняв голову, пока поднималась по лестнице, Кайли решила покончить с этой дуростью. Она не такая. Она мечтала перебраться в Нэшвилл, потому что от отца ей достался музыкальный талант, и, чёрт возьми, она не даст ему пропасть впустую.

Возле двери Кайли взглянула на часы. Пять сорок. Две минуты минуло со времени, когда папа обычно влетал в её комнату с гитарой. Она глубоко вздохнула и вытерла лицо, с трудом сдерживая подступающие слёзы.

В воздухе витал запах панкейков и бекона, и Кайли показалось, что у неё галлюцинации. Скорее всего, он прицепился к ней ещё в закусочной. А если сейчас она увидит в квартире отца с гитарой, распевающего «С днём рожденья», то ей нужно к психиатру, и срочно.

Но когда Кайли открыла дверь квартиры, именно это она и увидела.