ГЛАВА 37

Между тем, должен признаться, я был немного раздражен. Моя история была испорчена, мой момент испорчен. Не было спасения ситуации, не было восстановления утраченной истории. Даже если бы я попытался, это была бы лишь тень того, что должно было быть — жалкая болтовня старика, вышедшего из расцвета.

Во всем виновата война.

Виновата была Вайолет.

Мир, казалось, отвернулся от меня и пытался посмеяться над моим поражением.

И хуже — хуже! — после того как короля наконец вытащили из комнаты с генералами и советниками, он повернулся ко мне.

— Ты знаешь ее лучше, чем кто-либо другой, Кассиан, — сказал он. — Найди ее. Пожалуйста.

Я покинул Большой Зал в отвратительном настроении, мои лучшие одежды развевались позади. Без сомнения, подумал я, она прячется. Еще одна эгоистичная игра от эгоистичной принцессы! Как же меня раздражала эта мысль! Я представил себе, как Вайолет подавляет хихиканье руками, слушая вместе с этим адским Деметрием, как топают туда-сюда шаги старших, как наши голоса становятся хриплыми от беспокойства.

И в тот момент я возненавидел эту девушку. На самом деле я ненавидел их всех: всех девочек, всех мальчиков, всех детей. Каждого.

Я направился в комнату Вайолет. Видите ли, я думал, что гувернантка и учителя Вайолет просто недостаточно тщательно осмотрели комнату вдоль и поперек и не проверили ее многочисленные закоулки, ниши и потайные места. Но я не нашел ее в комнате. На кровати лежало маленькое ручное зеркальце. Это была прекрасная вещь, напомнившая мне о нашей дорогой покойной королеве. Я поднял его и посмотрел на свое отражение.

Но потом произошло нечто очень странное. Моя седая борода, усталые глаза, обвисшая кожа — все исчезло. И на их месте, очень быстро, появился образ Вайолет. Она прижала руки к стеклу, подняла затравленные глаза вверх, пока они не нашли мои.

— Помоги мне, Кассиан, — прошептала она одними губами.

И Вайолет исчезла из виду.