Кейтлин посмотрела на нее.

— Потому что они не могли использовать вас для сознания вакцины. В вашей крови нет того, что им надо.

— Это также означает, что они не смогли бы тестировать ее на вас, — добавил Букер. — Надо испытывать вакцину на тех, кто уже имеет некую генетическую защиту, и только потом давать остальным.

Натаниэль разинул рот.

— Хотите сказать, те люди, что остались в Ковчегах, теперь стали лабораторными крысами?

— Наверняка, — подтвердила Кейтлин. — Как минимум те, что в лагере Айовы. Если они там разрабатывают вакцину, то и тестировать начнут там же, чтобы наблюдать за результатами.

Проведя ладонями по лицу, Натаниэль пробормотал себе под нас:

— Кошмар какой-то.

— Да уж.

Букер бросил взгляд на Кейтлин, а потом обратился к остальным.

— Слушайте, если мы сумеем пробраться мимо толпы, мимо головорезов с автоматами, и проникнуть в Ковчег... Возможно, у нас будет какой-то шанс вытащить ваших близких, — он выдержал взгляд Николь. — Включая Скотта.

Макс выдохнул, надув щеки.

— Вам понадобится намного больше людей, помимо меня.

— Полагаю, мне надо начать работать над воодушевляющими призывами, — сказал Букер, широко улыбнувшись.

Тоже заулыбавшись, Кейтлин потянулась к его руке, но остановилась, вспомнив, кто на них смотрит.

Снаружи раздались тяжелые шаги, пробегавшие мимо палатки, раздались обеспокоенные голоса.

Затем воздух пронзил кошмарный крик.