Наступила тишина, вслед за которой последовала шум и гам.

Тут встал Лиланд и, оглядев присутствующих, рявкнул:

— Тихо!

Когда он привлек их внимание, то повернулся ко мне.

— О ком именно идет речь?

— София, — говорю я.

Его ухмылка проявляется снова, когда он оборачивается к остальным.

— Все знают Софию? Весьма энергичная блондинка?

Мужчины кивают, некоторые шепчутся друг с другом.

— Ее настоящее имя Шелби, — сообщает Лиланд. — По крайней мере, так сказала жена Пирса, когда знакомила меня с ней.

Дерьмо. Я забыл, что он видел их вместе.

Лиланд смотрит на меня и улыбается.

— Возможно, Пирс предлагает это только потому, что ему стыдно, что лучший друг его жены - шлюха. Или, может быть, потому, что он хочет, чтобы Шелби принадлежала только ему. Ты же взял ее карту бронирования на одном из наших банкетов, не так ли, Пирс?

Я делаю глубокий вдох, стараясь сохранять спокойствие.

— Это не мое личное дело. Это на благо всей организации. Я предлагаю нанять кого-то очень умного и очень талантливого, кто принесет в клинику новые и инновационные методы лечения. Принесет ли это пользу моему отцу? Да. В краткосрочной перспективе. Но в долгосрочной перспективе это принесет пользу всем вам. — Я делаю паузу и жду, пока кто-нибудь ответит. Но в комнате тишина, поэтому я продолжаю: — я так понимаю, это означает, что вы не заинтересованы. Спасибо, что уделили мне время.

Возвращаясь на свое место, я слышу голос отца в микрофон.

— Я изучил методы лечения, о которых говорил Пирс, и нашел их весьма интригующими. Я имею в виду не только лечение от рака, но и от других болезней. Думаю, исследование должно быть представлено до того, как мы примем решение.

Рядом с ним появляется Мартин.

— Давайте проведем неофициальное голосование. Поднимите руку, если вы заинтересованы в рассмотрении кандидатуры доктора Каннингема на должность в клинике.

Более трех четвертей зала поднимает руки. Но только из-за моего отца. Они не слушают меня, но слушают его. Я в шоке, что он меня защищает, но потом понял, что дело не во мне. Он пытается спасти себя. Отец думает, что умирает, и хватается за спасательный круг. А я ему его и предложил. Теперь ему просто нужно убедить остальных согласиться.

— Пирс, — зовет меня человек позади.

— Да? — Я поворачиваюсь и вижу Спенсера Тернбаума, обращающегося ко мне с заднего ряда. Он банкир и великолепный бизнесмен. На несколько лет старше моего отца.

— Ты сказал, что доктор Каннингем уже работает в частной клинике?

— Да.

Спенсер направляет свое внимание на всю комнату.

— Я предлагаю купить клинику, в которой он работает, но о нас будет знать только доктор Каннингем.

— Зачем она нам? — спрашивает кто-то.

— Нам нужно больше мест, — говорит Спенсер. — И это нас защитит. Если бы кто-то обнаружил, что все мы ходим только в несколько медицинских клиник, то они могли бы сложить кусочки паззла вместе и увидеть, что мы все связаны. Это привело бы к расследованию нашей деятельности, а также о самой клинике и предлагаемом лечении. Для нас было бы гораздо менее рискованно владеть частными клиниками, обслуживающими обеспеченных людей, а не только нас.

— Это отличная идея, заслуживающая дальнейшего обсуждения, — соглашается Мартин. — Предлагаю продолжить разговор на эту тему. Есть возражения?

Я смотрю, поднимет ли руку Лиланд, чтобы возразить, но он этого не делает. Не знаю, почему он всегда против меня. Да, я был довольно груб с Кэтрин, когда видел ее в последний раз, но по-другому иначе нельзя. Она почти раскрыла наши секреты Рэйчел, и мне нужно было положить конец заблуждениям Кэтрин о том, что когда-нибудь мы сможем быть вместе.

В течение оставшегося часа участники обсуждают плюсы и минусы покупки клиники, в которой в настоящее время работает Логан. «Дюнамис» не будут лично ее покупать, вместо этого клинику приобретет один из наших членов, занимающийся медицинским бизнесом и уже владеющий несколькими медицинскими учреждениями. Организация финансирует покупку, но не будет с ней связана.

После обсуждения мой отец тратит несколько минут, объясняя исследование, о котором ранее упоминал. К концу собрания участники решают сделать предложение Логану. Вообще-то, именно я буду его делать.

— Если он примет наше предложение, — предупреждает меня Мартин, — ты станешь его куратором.

Куратор следит за людьми, работающими на нас. Обычно старшие члены группы выступают в роли кураторов, но так как я предложил Логана, имеет смысл, что именно я буду его куратором, и это значит, что если он облажается, мы оба будем наказаны.

— Прекрасно, — соглашаюсь я.

— А что насчет шлюхи? — спрашивает кто-то в задней части комнаты.

Мартин кивает.

— Да, что вы думаете о просьбе Пирса освободить коллегу?

Я использую навыки, полученные от тренировки языка тела, чтобы скрыть все эмоции; сохраняя лицо пустым, мое тело расслаблено. Если члены организации поймут, насколько я заинтересован, они не позволят. Я все еще «проблема», и мне никто не протянет руку помощи.

— Я голосую против. — Я слышу голос и узнаю его, даже не глядя. Конечно же, это Ройс. — Как член общества, Пирс обязан завербовать этого человека, ничего не прося взамен. Кроме того, его просьба – это то, чего мы никогда не делали. Прежде чем даже подумать над этой просьбой, нам нужно донести ее до членов высшего уровня.

Я не удивлен, что Синклер пошел против меня. Он злится, потому что я избегаю его с тех пор, как он навязал мне свое задание. Он считает, что мы должны остаться друзьями, хотя его выходка чуть не убила мою семью.

— Что думают остальные? — Мартин снова задает вопрос.

Я слышу позади себя голос Джека.

— Если доктор Каннингем так влюблен в эту девушку, как утверждает Пирс, то я предлагаю ее отпустить. Мы все знаем, как женщина может проникнуть в твою голову и мешать сосредоточиться на работе. Мы договорились, что хотим нанять этого человека, и лично мне не нужно, чтобы какая-то глупая и легко заменяемая девка стояла на пути этого или мешала его работе.

Джек сказал «глупая девка», чтобы убедить членов клуба, что ему наплевать на Шелби. Но я знаю, что это не так. Каждый раз, когда я рассказывал ему, как Ройс над ней издевался, было заметно, что Джек хотел помочь, но не знал, как. Но, теперь все изменилось.

— Согласен, — говорит Мартин. — Мы доведем этот вопрос до членов высшего уровня, но пока, кто не против с решением освободить девушку?

Более половины зала поднимает руки.

— Тогда решено, — заключает Мартин. — Я проинформирую членов высшего уровня, и они примут окончательное решение. На этом сегодняшнее заседание завершается. Мы встретимся снова в следующем месяце.

Мой отец догоняет меня, когда мы выходим из комнаты.

— Тебе нужно поторопиться. — Он хватается за мою руку, похоже, вот-вот потеряет сознание. Выглядит ужасно, бледен и тяжело дышит.

— Отец, почему бы мне не отвезти тебя домой? Я не думаю, что тебе стоит садиться за руль.

Он тут же отпускает мою руку.

— Я прекрасно сам умею водить машину! Теперь позаботься о докторе и скажи мне, когда все будет сделано.

Я возвращаюсь к себе в офис и звоню Логану.

— Не мог бы ты встретиться со мной за ужином?

— Думаю, что смогу, но зачем?

— У меня есть нечто, что может тебя заинтересовать.

Мы встречаемся, и он принимает мое предложение работать на нас. Логан еще не все знает, но я сказал ему, что мы секретная группа, и он не нашел это странным. По его словам, врачи, с которыми он работал в Европе, контактировали с аналогичными группами. Я в курсе, что такие группы существуют, но понятия не имел, что о них знает Логан. Действительно, насколько тесен мир.