— Если император не будет действовать, мы сделаем это сами, — раздался другой голос.

— Может, так и есть!

Император Стил смотрел на лорда Обера, его мрачное лицо было нечитаемым, толпа стала слушать лорда Тимбрала. Мика не понимала, почему император молчал. Он не должен был успокоить толпу своим ясным сильным голосом?

Мика пробилась сквозь толпу к принцессе, злые голоса стали громче.

— Они же не предлагают…?

— К сожалению, предлагают, — Джессамин внимательно смотрела на аристократов вокруг себя, словно она была мимиком, готовым изобразить их. — Лорд Обер не ошибается. Виндфаст — деликатная конструкция.

Мика не могла поверить, что аристократы открыто говорили, что им было лучше без империи, при императоре Стиле. Это не было изменой? Так было бы для таких, как она. Каждый день в Серебряном замке Мика понимала все меньше о том, как империя работала на высоких уровнях. Лорды считали себя достаточно властными, чтобы говорить открыто при правителе.

Лорд Обер подошел к ступенькам, ведущим к императору Стилу. Аристократы, поддерживающие его, тоже приблизились. Щиты-стражи напряглись, словно готовились броситься перед аристократами. Это был плохой знак.

Лорд Обер глубоко вдохнул, словно вбирал поддержку толпы, и сказал:

— Я прошу императора Виндфаста обдумать военные действия против королевства Обсидиан.

Крики зазвучали в зале, за и против предложения лорда Обера. Требования звучали от него серьезнее, чем от возмущенного лорда Гектора, который все еще требовал мести.

На жуткий миг Мика представила, как ее братья идут воевать.

Император Стил кивнул Джессамине едва заметно, и Мика пропустила бы это, если бы не следила за его реакцией.

Принцесса шагнула вперед.

— Милорды и леди, — сказала она. — Я понимаю ваши тревоги о произошедшем прошлой ночью. Но я думаю, что разговоры о войне не должны идти дальше. У меня есть новая информация.

Джессамин забралась на возвышение, чтобы все ее видели и слышали. Ее обаятельные черты идеально контрастировали с каменным лицом отца, ее красота привлекала взгляды.

— Король Обсидиана не приказывал атаку, — сказала Джессамин. — Моя служанка, Брин Тарндиер, все устроила. Я уволила ее вчера. С ней было слишком нервно. Она разозлилась, потеряв работу. Закатила истерику в моей комнате и разбила мою любимую вазу из Старфелла.

Джессамин возмущенно фыркнула, и Мика почти представила эту сцену, хотя знала, что это было выдумкой.

— У Брин оказались контакты с преступниками в городе. Она поделилась с ними деталями нашего круиза, приглашая их украсть наши украшения. То, что некоторые были из Обсидиана, не связано с войной. Я видела и преступников из Виндфаста среди напавших.

Толпа шепталась. Мика знала, что это был ее знак.

— Это так! — крикнула она голосом леди Ингрид. — На мне было дорогое ожерелье, которое украл мужчина из Виндфаст.

В этот раз Джессамин слабо кивнула.

— Мы все испугались на барже, — продолжила принцесса. — Мы должны искать преступников, а не превращать это в международный конфликт. Не будем провоцировать.

Хоть лорд Обер вел бунт до этого, он не спорил с принцессой. Он опустил ладонь на плечо лорда Гектора и заговорил с ним, успокаивая, видимо ее слова устроили его. Без слов лорда Обера толпа быстро перестала просить войны.

Мика гадала, согласился бы Калеб со словами дяди, если бы был тут. Она ненавидела обсидианцев, но не хотела рисковать семьей из-за пары мертвых аристократов. Она верила, что принцесса поступала правильно.

Когда Мика повернулась к Джессамин, она заметила, как они с отцом с пониманием переглянулись. Их общение было едва заметным, там дрогнут губы, там приподнялась бровь, но это был тайный код. Мика начинала подозревать, что расстояние между ними было маской. Стил и Джессамин продумали аудиенцию вместе. Где он был камнем, она была бархатом. Он был тучей, а она — лучом солнца. Они играли, сами создали игру, и в этот раз они победили.

Шум в зале все больше склонялся на пользу Джессамин, император Стил вмешался, чтобы закрепить победу.

— Мы решили, что бывшая служанка была в ответе за эту трагедию, — заявил он звонким голосом. — Мы будем осторожнее с будущими работниками. А теперь отложим в сторону рассказы о мести и сосредоточимся на избавлении города от преступников, которые поступили так трусливо ради камней.

* * *

Мика в облике леди Ингрид покинула тронный зал с принцессой вскоре после этого. Она заметила лорда Обера у дверей, окруженного оживленной группой лордов и леди.

— Пока что кризис подавлен, — сказала Джессамин, когда они с Микой были далеко от других аристократов. Щиты держались на расстоянии, давая им пространство для разговора.

— Вы же не думаете, что дело было в краже украшений? — спросила Мика.

— Нет, но не отчитывай меня за ложь, — сказала Джессамин. — Если мы будем воевать с Обсидианом, то не по таким причинам. Мы не можем позволить им провоцировать…

— Вы сделали то, что было правильно, принцесса, — сказала Мика. — Ложь была необходимой.

Джессамин посмотрела на нее, теребя прядь темно-рыжих волос. А потом она кивнула, словно Мика прошла проверку. Или, может, Джессамин нужно было ее пройти.

— Удивлена, что лорд Обер был таким пылким, — сказала Мика, пока они шли по коридору, их шаги разносились эхом в такт. Хот император с помощью Джессамин подавил предложение лорда Обера тут же ударить по Обсидиану, лорд Тимбрала получил поклонников за то, что требовал резкого ответа на провокацию.

— Я — нет, — сказала Джессамин. — Он не впервые занимает агрессивную позицию или непопулярную. Многие восхищаются им за то, что он готов выступать против большинства.

— Он властный, да?

— И его власть растет. Но я думаю, что он довольно спокойный, — Джессамин приподняла бровь. — Не так и плохо порой поддерживать возмущение.

— Но он обычно просить войны? — спросила Мика. — К этому привел бы удар по Обсидиану.

— Нет… это было новым.

— Хм, — Мику научили следить за внезапными изменениями в поведении людей или взглядах на случай, если их заменили. Она упустила это с Брин, и ей не хотелось повторять ошибку. — Я могу последить за лордом Обером, если хотите, — сказала она. — Может, он был…

— Ситуация сейчас деликатная, — сказала Джессамин. — Нельзя, чтобы кто-то заметил, что я делаю политические ходы после сильного заявления в этом деле. Я не хочу, чтобы ты рыскала вокруг него сейчас.

— А Калеб?

— Лорд Калеб уважает своего дядю, — сказала Джессамин. — Я обсужу это с ним, но пока что лучше помочь всем успокоиться, — она поправила диадему на голове. — Может, пора провести еще бал.

Они шли в тишине, Мика обдумывала слова Джессамин. Она ценила то, что принцесса ответила на ее вопросы. Мика и Джессамин, казалось, сблизились после баржи. Близость смерти сблизила их. Мике не хотелось признавать это, но она стала уважать принцессу.

— Вы назвали Виндфаст деликатной конструкцией, — сказала она. — Что вы имели в виду, если можно узнать?

— Семья императора ведет себя осторожно с аристократами, которых мы пригласили жить в Серебряном замке, — сказала Джессамин. — Многие — сыновья и дочери правителей, которые были бы королями и королевами своих территорий. Они послали их к нам, чтобы убедиться, что их верность империи пригодится им, — она посмотрела на Мику. — И они послали своих Талантов служить в армии с пониманием, что их территории защитят в ответ. Люди с разных земель отличаются обычаями, но все они — жители империи.

Они добрались до покоев принцессы, замерли, пока Баннер открывал двери.

— Представь, что все острова оставляли бы при себе Таланты, — продолжила Джессамин. — Они могли бы построить свои маленькие армии. Крупные острова попытались бы захватить маленькие. Они хотели бы только своей выгоды. Их народ потерял бы преимущества, которыми они пользуются с торговыми соглашениями империи. И это в лучшем случае.

Джессамин пересекла комнату к большому окну. Кристальная гавань раскинулась перед ней, сияла на солнце.

Мика подошла к ней.

— А что в худшем случае?

— Обсидиан, — сказала Джессамин, глядя на свой город. — Они чуть не уничтожили нас до этого. Мы выжили только потому, что отложили свои отличия и работали вместе, единым целым. Вместе мы сильнее. Потому мы с отцом удерживаем аристократов при дворе. Если острова Виндфаст будут биться между собой или пойдут своими путями, король Обсидиана вскоре поглотит нас одного за другим.