— У тебя хороший продукт, — сказала Мика. — Это твоя заслуга.

— Возможно, — Квинн взглянула в окно, там темнело. — Я почти закрылась. Давай я куплю тебе выпить в благодарность.

— Я была бы рада, — Мика хотела осмотреть ночью район складов, но она надеялась, что Квинн будет хорошим источником информации об обществе зельеваров. Может, она встретит тех, кто поставляет Квинн кровь Талантов. Она усмехнулась. — Мне пошла бы на пользу ночь отдыха.

— Тогда решено.

Квинн убрала бумаги в мастерскую, пока Мика проверяла новые зелья, что они были запечатаны, и завернула их, чтобы отнести на спине. Ей нужно было осторожно обходиться со свертком этим вечером. Ей хорошо платили, но зелья стоили больше, чем у нее было за всю жизнь.

Закрыв магазин, Квинн повела Мику в бар на крыше недалеко от Переулка зельеваров. Фонари стали загораться в городе, от этого свет звезд тускнел. Они забрались по скрипучей лестнице в людном доме, который был чуть лучше того, в котором жил Пит. Большая крыша была заполнена потертой деревянной мебелью и освещена свечами на столах. Клиенты занимали почти половину столов, тихо болтали за пивом и холодным вином. Бар был отдален от обычного хаоса Кристальной гавани, и звуки города были приглушенными. Мика могла почти представить, что они были в пабе в городке, если бы не вид на Серебряный замок вдали.

Группа мужчин подняла бокалы Квинн, когда она прошла их столик. Она только кивнула им.

— Зельевары, — сказала она Мике. — Два года назад они даже не смотрели мне в глаза, двуликие гады.

— Почему?

— Им не нравятся чужаки. Думали, что я была простушкой с острова, пока я не стала создавать свое имя, — Квинн кивнула на дальний угол крыши, волосы покачивались у ее подбородка. — Выбери нам столик, пока я беру напитки.

Мика выбрала столик у низкой стены, окружающей крышу, разглядывала группу зельеваров краем глаза. Они были в хорошей одежде из качественного льна и шерсти, скромной для аристократов в замке, но дороже всего, что носили ее братья в свободное время. Хотя бы один из зельеваров был Талантом, Щитом, который спокойно водил ладонью сквозь огонь свечи на их столе. Его непроницаемая кожа точно была полезной с кипящими котлами.

Квинн вскоре присоединилась к ней с графином охлажденного вина с кусочками фруктов и двумя тяжелыми стеклянными кубками. Зельеварщица наполнила их бокалы и подняла свой.

— За хорошую прибыль!

Вино было сладким на языке Мики, но она осторожно сделала маленький глоток, ей нужно было оставаться настороже ночью.

— Как ты стала зельеваром? — спросила она у спутницы. — Ты говорила, что тебя принял зельевар, когда ты прибыла в Кристальную гавань. Так ты научилась?

— Я уже могла немного делать тогда, — сказала Квинн. — Я научилась основным зельям дома. Я много экспериментировала и нашла новые рецепты, которые считала особыми. Этого не хватало для большого города.

— Ты неплохо справляешься, — сказала Мика. Верными клиентами Квинн были принцесса и один из самых властных лордов.

— Да, но было сложно, — она провела пальцем по ободку стеклянного кубка. — Я продавала зелья в глиняных чашках с телеги сначала. Нужно быть в отчаянии, чтобы купить зелья у босого ребенка с телегой. Но мои зелья работали, и пожилой зельевар услышал обо мне. Он хотел уже отойти от дел, и ему нужен был ученик, который заберет его бизнес. Он научил меня использовать в смесях кровь Талантов.

— Так делают не все зельевары?

— Верно. От этого все еще некоторым людям не по себе.

Мика посмотрела на свой напиток, красная, как кровь, жидкость мерцала в свете свечи. Она ощущала себя неуютно от этих слов, хотя Квинн и Пит убеждали, что Таланты сами отдавали кровь.

— Можно выпить просто кровь Таланта, чтобы получить его способность?

— Нет, — Квинн поежилась. — Ужасное предложение.

Мика моргнула.

— Ты используешь… не важно. Зелья с кровью делает кого-то Талантом временно, да?

— Отчасти, — сказала Квинн. — Зелье дает прилив сил, скорости или защиту, но это не превращает человека в Талант. Когда они используют эту энергию, так сказать, все проходит.

— Это утомляет человека? — спросила Мика. — Если использовать зелье скорости, потом будет плохо?

Квинн покачала головой.

— Они питаются от зелья, так что это не утомляет. Подумай о принцессе, использующей зелья энергии. Ты же не видела, чтобы она потом отсыпалась?

— Вроде, нет, — Мика нахмурилась, глядя на кусочки яблока в кубке. Зелья не объясняли неуправляемые вспышки Таланта у Калеба, пил он их намеренно или нет. — Зелье может дать человеку больше одной способности за раз?

Квинн постучала пальцами по бокалу.

— Может, на пару секунд. Никто еще не получал такое, чтобы работало на долгое время. Представь, если бы можно было кого-то сделать сильным, быстрым и непробиваемым. Таких не остановить.

Мика могла такое представить. Мышцы, Пятна и Щиты должны были работать вместе на поле боя, и требовалась дисциплина и верность, чтобы достичь общей цели. Она могла лишь представить, что будет, если бы у солдата было все три способности, и если бы они еще и могли менять облик при этом.

А если кто-то понял, как это сделать? А если кто-то использовал кровь пропавших Талантов, чтобы вызвать много способностей сразу? Они могли создать армию, какую не остановить. Мика сделала большой глоток вина, пытаясь смыть картинку ее братьев, бьющихся с такой армией. Она подавилась кусочком фрукта, попавшим в горло. А ведь она хотела оставаться настороже.

— А мимики? — сказала Мика, когда снова смогла дышать. — Зелье может кому-то изменить облик?

— Это считается слишком опасным, — сказала Квинн. — То, что кто-то выпивает зелье, не означает, что они могут управлять своими чертами или безопасно менять их.

— В этом есть смысл, — сказала Мика. — Я для этого училась… и я родилась со способностью.

— Именно, — Квинн схватила графин и наполнила их кубки. — Щиты не требуют контроля. Та женщина сделала состояние, продавая Непроницаемый настой, который защищает тебя, даже когда ты спишь, — она указала на веселую небольшую женщину с серебристыми волосами и морщинками вокруг глаз. — Скорость и сила — где-то между. Если беспечно принять такое зелье, можно навредить себе или кому-то еще.

Мика кивнула, думая, как рискованно было для Калеба не знать, когда у него проявится какое-то качество. Она не должна была думать о Калебе.

— Те зелья все еще безопаснее, чем менять зельем облик, да?

— Верно.

— Так кровь мимиков не покупают?

— О, я все еще могу ее использовать, — сказала Квинн. — Она помогает в косметике. Я могу сварить зелья, которые изменят цвет глаз или комплекцию, и ими не нужно управлять. Но может выйти нечто ужасное, если смесь не идеальная.

Мика представила, как у кого-то обвиснет кожа, как в ее облике старушки. Она поежилась.

— Почему ты спрашиваешь? — Квинн склонилась, свет свечи мерцал в ее темных глазах. — Ты хочешь продать?

— Нет, не в том дело, — Мика замешкалась. Мастер Кив и принцесса были заняты Обсидианом, и расследование зависело от нее. Квинн была полезным источником. Мика надеялась, что могла доверять ей. — Ты слышала об исчезновениях Талантов? — сказала она. — Я думала, это связано с их кровью.

Квинн отклонилась, чуть нахмурившись, и Мика забеспокоилась, что оскорбила ее. Она поспешила уточнить:

— Уверена, уважающий себя зельевар…

Квинн подняла руку, прерывая ее.

— Лучшее осторожнее задавай так много вопросов.

— Что? Почему?

— Это большой город, но маленький остров.

— Что это значит?

Квинн оглядела крышу пронзительным взглядом.

— Ты не первая спрашиваешь об исчезновении Талантов, — она поднесла кубок к губам и заговорила в него. — Видишь мужчину у бара, говорящего с леди?

Мика незаметно оглянулась. Мужчина был с красным лицом, пузом и мышиными волосами, прилипшими к потному лбу. Он громко смеялся с женщиной с полными губами в корсете, подчеркивающим ее пышную фигуру.

— А что он?

— Он из городской стражи. Я слышала, они злятся, когда люди проявляют интерес к пропавшим Талантам.

— Я тоже слышала, что городская стража говорит людям молчать, — Мика вспомнила, что Мышцы рассказали ей о страже, угрожающем другу гребца, чтобы тот не говорил о складе у причала. — Они как-то замешаны.

— Слушай. Я бы на твоем месте в это не лезла, — сказала Квинн. — Эти проблемы того не стоят.

— Какие проблемы?

Квинн не ответила. Она налила им еще по бокалу, но Мика ощущала, как обстановка между ними стала холоднее. Она боялась, что потеряла Квинн как источник.

Она вспомнила о флаконе в кармане. Она вытащила его флакон без ярлычка и передала над столом.

— Вряд ли ты знаешь, какие зельевары используют такие бутылочки, да? Ярлычка не было.

Квинн разглядывала флакон в свете свечи.

— Такие встречаются часто, — сказала она. — Такого размера и формы можно найти в половине магазинов в Переулке зельевара, — она вытащила пробку и осторожно понюхала. Ее глаза расширились от того, что она ощутила в запахе. — Зелье было сильным. Где ты это взяла?

— Долгая история.

— Как я и сказала, таких бутылочек сотни. Их делают тут, в Кристальной гавани. Прости, не смогла больше помочь.

— Ты уже сильно помогла, — сказала Мика. Теперь она была уверена, что капитан баржи купил зелья в городе. Знать бы, за чьи деньги.

Бар на крыше стал людным, и Мике с Квинн пришлось склониться, чтобы слышать друг друга. Они перешли к безопасным темам, обсуждали свои семьи. Родители Квинн работали в соляных шахтах в Талоне, хотя они умерли, и она уехала зарабатывать в Кристальную гавань. Мика не уточняла свою историю, говорила понемногу, как и учили в Академии. Поразительно, как долго можно было говорить почти ни о чем.

Тучи стали собираться сверху, скрывая звезды. Воздух стал тяжелым, сулил дождь. Мика порой поднимала кубок к губам, но не пила, ощущала предвкушение, не связанное с погодой.