Глава 35

В салоне раздавался мягкий перестук: таксист барабанил пальцами о рулевое колесо. Карине становилось неудобно перед этим мужчиной, который явно хотел скорее закончить смену и вернуться домой. Темнокожий парень с лучезарной улыбкой по имени Нейтан и её муж уже десять минут находились в баре, куда обещали заскочить всего на пару секунд. Женщина не успела понять, когда сдержанная беседа двух врачей об их работе перетекла в практически приятельский трёп, а затем в совместную прогулку по Невскому.

Наконец мужчины показались на крыльце заведения, каждый из них нёс по стеклянной бутылке без опознавательных знаков. Когда они сели в салон, Карина по запаху поняла, что в бутылках глинтвейн.

— В Исаакиевский сквер! — скомандовал довольный Дитрих. Водитель медленно начал движение по пустеющей улице. Нейтан устроился рядом с водителем, а супруги Дитрих сели позади них.

— Что ты там забыл? — наклонилась к мужу Карина. — Второй час ночи!

— Лапушка моя, я вдруг понял, что хочу сделать то, о чём давно мечтал!

— Знаете, мы решили, что иногда нужно вести себя так, как хочется, и не бояться, что на тебя будут косо смотреть! — сказал Нейтан, защищая доктора. Сам он уже сделал несколько глотков из бутылки.

Когда машина подъехала к нужному месту, пассажиры неспешно вышли на мороз и огляделись: людей вокруг практически не было, не считая кучки молодёжи на одной из лавок. Дитрих воткнул бутылку в сугроб и уверенно направился куда-то в сторону по нетронутому белому полотну. Через три метра он остановился, присел, зачерпнул ладонью мягкого снега, слепил шарик, а затем… начал катать его, увеличивая в размерах. Не обращая внимания ни на кого, доктор уже через несколько минут сделал большой снежный шар и принялся за второй.

— Что ты делаешь? — спросила недоумевающая Карина.

— Нейтан! — док оторвался от своего занятия, протянул мужчине свой телефон и попросил: — Сними меня для историй!

— Доктор, тогда избавляйтесь от шапки, вашего лица за ней совсем не видно!

Головной убор с головы Дитриха перекочевал в руки его жены, которая так и не решила, как реагировать на заскоки супруга.

— Дорогие подписчики! — проговаривал на камеру тот. — Хочу поздравить вас с Новым годом и Рождеством! Начните своё утро с исполнения какой-нибудь вашей мечты, даже самой глупой! Или сделайте то, чего вы никогда не делали! Вот как я! Никогда бы не подумал, что заведу здесь страничку!

В качестве носа для снеговика решили использовать зажигалку доктора: она смотрелась не так внушительно, как привычная морковь, но придавала выражению лица снежного существа задорный вид. Оставив его стоять в одиночестве перед Исаакиевским собором, супруги уехали домой, снова вызвав такси. Иван долго упрашивал Нейта сесть в машину с ними, чтобы подбросить его до дома, но тот решил, что пойдёт пешком. Плотнее затянув шарф, он неспешно зашагал по скверу, грея руки в карманах дублёнки.

О том, что в квартире вместе с Сашей будет этот странный Ян, он знал после СМС с предупреждением, поэтому не спешил. Нейтану с одной стороны было радостно за Сашу, а с другой — он боялся потерять её как друга. Только Саша и его мама знали, что тревожит Нейтана, чего он боится и о чём молчит перед остальными. Молодой врач помнил, как уехала вслед за своим чудо-техником Таня Дьяконова, и опасался, что Саша поведёт себя похожим образом. Они в любом случае остались бы друзьями, но Нейтан понимал, что пустота, которая образуется вокруг него, будет настолько обширной, что мало кому удастся заполнить её. Самому завести отношения? А с кем? Саша была права, Нейт слишком мягкий человек. Девушки тянутся к нему, ожидая какой-то экзотики, страсти и драйва, а он не оправдывает этих ожиданий. Вместо этого он ведёт себя как наивный мальчишка, который боится сделать что-то не так, чтобы не отпугнуть заинтересовавшуюся им девушку.

«Если она с головой уйдёт в эту любовь, я вернусь в Америку», — подумал Нейтан. На самом деле возвращаться на родину, чтобы жить там постоянно, он не хотел. Ему вполне хватало возможности летать туда два-три раза в год, чтобы провести недельку с близкими. Из Петербурга в эти минуты Нейтана гнала скорее обида, природа которой оставалось для него загадочной. Он полюбил этот город, но за все эти годы так и не нашёл здесь себя.

Когда Нейт подошёл к дому, то увидел, что на кухне горит свет. Поднявшись в квартиру, он услышал тихие разговоры за столом, и сам почему-то стал всё делать очень тихо: аккуратно прикрыл за собой дверь, разулся и на цыпочках зашагал к свету.

— Таня? — как вкопанный встал Нейтан.

— Господи, почему мы тебя не слышали?! — вскочила со стула Дьяконова. Напротив неё сидел Ян. Он коротко кивнул Нейтану, который ещё не знал, как ему относиться к такому соседству в эту ночь, поэтому тоже кивком поприветствовал Яна. Сделать это в соборе он не счёл нужным.

— А где Сашка?

— Спит, — одновременно ответили Таня и Ян. За последние полчаса они явно нашли общий язык, хотя ещё месяц назад Таня бы поклялась, что выцарапает этому наглецу глаза при встрече. Пока девушка наливала воду в чайник, Нейт сел напротив Яна и демонстративно хрустнул пальцами.

— Я смотрю, ты времени зря не теряешь.

— Ты прав. Оно слишком ценно, чтобы терять его, — осторожно ответил Ян, но постарался скрыть неуверенность.

Нейтан помолчал несколько секунд и расслабился.

— Согласен. Всё нормально. Я знаю Сашку и могу её понять. Сразу догадался, почему она меня просила позже прийти.

Тут из комнаты Саши послышался её хриплый голос: она звала Яна. Коротко извинившись, он покинул ребят и ушёл к ней. Кружку, из которой пил Ян, Таня отправила в мойку, а сама села на его место и положила руки на стол. Нейтан не видел подругу несколько месяцев, поэтому не отводил от неё взгляд.

— Знаю, растолстела, — отмахнулась Дьяконова. — На нервах заедала булками.

— Прекрати, для меня ты не изменилась совсем. Что с нервами?

— Илья мне вытрепал их все, вот я и уехала от него, — гордо вытянула шею Таня. Этим она давала понять, что жалеть её не нужно — напротив, за Дьяконову стоит порадоваться.

— Всё образуется. Если люди тянут тебя на дно, сбрасывай их с себя.

— Он не тянул, он скорее сам куда-то тянулся от меня. Я не видела его целыми днями, а когда предлагала провести время вместе хотя бы в выходные, он морщился, будто я ему в рот запихиваю лимон. А когда я ему сказала, что хочу открыть кондитерскую, он меня высмеял. Ляпнул, что я не рождена для бизнеса.

— Глупости. Ты умеешь делать то, на что есть спрос. Это уже повод подумать о своём деле, — сказал Нейтан и взял Таню за руку. Он уже сбился со счёта, сколько раз за последние часы ситуация заставляла его козырять умными фразами. Руки Тани были горячими и очень мягкими. Нейтан только сейчас обратил внимание, какие у неё красивые ногти. Почему-то ему захотелось погладить их подушечками пальцев, но Таня кашлянула, словно ставя его на место. Нейт убрал руки и какое-то время боялся даже шевелить ими.

— Ты как, устал? Хочешь спать?

— Не очень.

— А давай… — предложила она — фильм в наушниках посмотрим! Что-то там подозрительная возня в Сашиной комнате началась, вот и не будем слушать.

Сдерживая смех, Нейтан полез в шкафчик за ноутбуком.