— Вряд ли у тебя будет шанс. Мило, что у тебя меч, но я обещана другому мужчине. Если что-нибудь попытаешься сделать, я подам сигнал, и страж снаружи тут же придет. К сожалению, тебя тогда порежут на кусочки.

Рю сдержался. Ему не нравилось, что его постоянно недооценивали. Но он помнил об обучении. Шигеру вбил в его голову, что его способности были не для хвастовства, даже если для этого нужно было пожертвовать шансом произвести впечатление на эту девушку.

Рю начал задавать вопросы, ему был интересен новый человек в его жизни. Он не осознавал, насколько отчаянно нуждался в обществе не только Шигеру. Сколько ей было лет? Откуда она родом? Как она сюда попала? Рю всегда считал, что проституция — это то, чем кто-то хотел заниматься, или что-то, что делали представители низших каст, чтобы повысить свое социальное положение. Он никогда не думал, что могут быть другие истории, в которых у людей не было возможности выбрать свой путь. Реальность манила его, хоть он это и не понимал.

Шигеру всегда давал ему выбор. Когда они тренировались, Шигеру отдавал ему приказы, но в повседневной жизни он никогда не делал этого. Рю знал, что у него всегда был выбор. Даже обучение было его выбором. И его задевало, когда он слушал историю, в которой выбор был невозможен.

И когда Такако дошла до той части, где ее пообещали сыну Нори, он не выдержал. Он встал и зашагал по комнате. Он был взволнован и обнаружил, что хотел для этой девушки чего-то лучшего. Он пытался напомнить себе, что она проститутка, но она была и человеком, и Рю не мог это понять. Комната душила. Он хотел обнажить свой меч и что-нибудь разрезать, просто чтобы действовать. Но он понимал, что так нельзя, и остановил руку.

Он снова сел, рассерженный.

— Так не честно! Ты ничего плохого не сделала, но тебя пообещали человеку, который даже не знает тебя. У тебя должен быть выбор! Всегда есть выбор!

Такако подняла ладонь, чтобы успокоить его, и покачала головой.

— Ты, может, и прав, но мир работает не так. У нас нет вариантов. У меня нет выбора, нет способа сбежать. Если я покину дом, меня убьют, а еще мою семью за долги. Осталось только это, так что я должна вести себя благородно, извлечь из этого лучшее.

— Нет! Ты должна сражаться!

— Мне нечем сражаться.

— Должен быть другой вариант. Ты не можешь выкупить себя?

Такако рассмеялась.

— Тебе не нужно переживать из-за этого. Спасибо за заботу, но моя судьба неизбежна, просто она понятна больше многих. Не тебе переживать за меня.

Рю не мог бросить тему, но это только злило Такако. Рю видел, как его гнев бил по ее смирению, но не мог остановиться. Он слишком сильно разозлился.

В отчаянии она наклонилась и быстро поцеловала его в губы. Это было так быстро, что он не смог осознать это, но это заткнуло его.

— Послушай, я благодарна за то, что ты так переживаешь. Это многое говорит о тебе, но тебе нужно сумет отпустить это. Это важный урок, который я все еще усваиваю. Ты должен понимать, что можно изменить, а что нельзя. Тебе должно быть все равно, что с такой, как я. Ты богат, и весь мир в твоих руках. Я не знаю точно, что хотел твой отец от этого разговора, но подозреваю, что эта встреча не будет повторяться. Давай не будем беспокоиться о том, что нас ждет в будущем, а лучше проведем время вместе. Мне очень нравится твое компания — такого интересного времени у меня не было за многие годы.

Рю сдался и позволил Такако развлечь его. Он обнаружил, что, как и Шигеру, она умела слушать то, что говорили другие люди. С ней было легко разговаривать, и Рю хотелось разговаривать с ней день за днем, раскрыть свой единственный большой секрет.

Их время закончилось слишком рано, когда Шигеру постучал в дверь. Рю поклонился до пола, когда уходил, и он почувствовал, что Шигеру и Такако шокировал его жест. Он ушел с высоко поднятой головой, хотя разрывался внутри. Он понимал, что его взгляды на жизнь никогда не будут прежними.

* * *

Покинув дом Мадам, они в спешке запаслись и почти не разговаривали. Рю хотел только побыть дома со своими мыслями. Когда они покинули Новое Убежище, Шигеру позволил Рю рассказать всю историю. Когда он закончил, Шигеру продолжил идти, не говоря ни слова. Рю следовал за ним какое-то время, но затем остановился.

— Так не должно быть.

Шигеру повернулся.

— Не должно. Мир нас не слушает и не подчиняется никакому порядку. Верить в то, что этот мир переживает, верить в то, что природа каким-то образом нас защитит, глупо. Природа — не добро или зло. Она просто есть. Такако попала в ловушку обстоятельств, и я считаю ее поведение благородным.

Рю был готов сорваться на своего наставника. Как мог Шигеру утверждать, что миру все равно? Он чувствовал пульс земли своим чувством не хуже Рю. Рю не мог поверить в мир без цели. Это означало, что его родители умерли без причины, бессмысленно.

— Но зачем наша сила, если мы не помогаем тем, кто в ней нуждается?

Шигеру ответил не сразу, и Рю понял, что спорил на личную тему. Он увидел, как напряглись плечи Шигеру. Не в первый раз ему захотелось больше узнать об истории своего наставника.

Шигеру заговорил едва слышно даже для чутких ушей Рю.

— У меня нет для тебя хорошего ответа. С тех пор, как я взял тебя, я спрашивал себя, что я делал. Когда мы вернемся домой, наступит время для моей истории, и как я стал таким. История не приятная, но я надеюсь, что конец будет хорошим. Может, надежда пустая. Я не знаю, как исправить мир, или даже проблемы одной девушки в Новом Убежище. Может, я трус, раз не пытаюсь, но, возможно, моей целью было направить тебя по нужному пути. Я не знаю, Рю.

Шигеру сделал паузу, искал идеальные слова. Ничего не вышло.

— Я просто не знаю. Я не знаю, как сделать лучше для других. Надеюсь, ты достаточно взрослый, чтобы понять.

Рю молчал. Шигеру еще никогда не казался таким человечным. Он никогда за почти десять лет не проявлял слабости. Рю растерялся. Мир, казалось, вращался вокруг него, хотя все и было застывшим.

Они продолжили идти молча. Рю было сложно соображать. Было трудно удерживать мысли более чем на несколько вдохов. Он никогда серьезно не думал о своем будущем. У него уже было достаточно сил, чтобы победить почти любого, кто бросит ему вызов, но он не знал, что он делать со своей силой. Часть его мечтала стать героем, спасать попавших в беду людей. Но кого он мог спасти? Кто попал в беду? Такако?

Рю спросил Шигеру, могли ли они немного отдохнуть. Шигеру мгновение разглядывал его и согласился, хотя и с предупреждением:

— Близится буря. Лучше пораньше найти укрытие.

Рю посмотрел на небо, ощутил ветер кожей. Он согласился с Шигеру. Близилась буря, и сильная. Но ему нужно было привести разум в порядок.

Они сели, и Рю сосредоточился на дыхании, как его учил Шигеру много лет назад. Он направил чувство в стороны, пока не ощутил снова связь с миром. Чувство снова блуждало, будто его выпустили из тесной клетки. Он снова мог дышать.

Медитация Рю раскрыла интересную информацию. За ними шли четверо мужчин, скрывались из виду. Они задумали жестокость. Рю встал и сообщил Шигеру. Тот кивнул. Он уже знал. Рю ругал себя за то, что так отвлекся, что не заметил бандитов.

— Они ждут бури, чтобы напасть. Это привычно для бандитов. Так выжившим сложнее добраться до убежища, и их почти невозможно выследить.

Волна страха хлынула на Рю, и он пытался подавить ее. Воспоминания о матери и крови грозили переполнить его. Это было как в пять лет. Но он тренировался. Шигеру снова и снова говорил ему, что он был сильным. Но сомнения и страх не отпускали Рю. Даже присутствие Шигеру не успокаивало, а буря близилась.

Рю подумал о Такако, которую несправедливо держали в доме проституток. Его страх рассеялся. Если он не мог защитить ее, какой от него был толк? Пора было узнать. Он взял свои вещи и пошел дальше, снег дул в лицо.

Шигеру пошел следом, радуясь его решению. Рю спросил, мог ли Шигеру найти путь домой в бурю, и Шигеру ответил положительно. Рю пытался найти силы в спокойствии Шигеру. Если что, Шигеру его защитит.

Снег и ветер мешали видеть дальше пары десятков шагов. Рю не мешало это. Он ощущал, что бандиты приближались, готовились сделать ход. Когда они появились перед Шигеру и Рю, Рю был рад, что ожидание закончилось.

Четыре тени появились, и Рю заметил, что Шигеру не трогал свой меч. Послание было понятным. Это был бой Рю. Рю сосредоточился, ощутил, что это было не так. Шигеру был готов прыгнуть, но пытался создать впечатление, что это был бой Рю.

Справедливо. Рю смотрел на врагов, искра страха вспыхнула в нем. Их было четверо, они все были больше Рю. Они явно убивали раньше. На их лицах не было радости, только мрачная решимость выживания. Он пытался сосредоточиться, но не мог отогнать мысль о матери, умирающей в такую бурю. Это грозило подавить его мысли и концентрацию.

Слов не было, и конфликт был решен за миг. Рю ощутил движение бандита далеко слева, почти сразу же ответил напарник далеко справа. В этом бою не было чести. Все четверо устремились к Рю, собирались убить его, а потом Шигеру, четверо на одного, как они часто делали.

От их движений Рю стал использовать чувство. Он знал, не думая, откуда прилетят удары, куда они будут нацелены. Он знал, куда нанести удар, и видел, как вся битва развернется еще до того, как его меч был обнажен. Все, что оставалось делать, это действовать, и обучение Шигеру в этом отношении было всесторонним.

Следующей сознательной мыслью Рю было то, что он не пострадал. Ни один клинок не приблизился к нему, а четыре бандита умирали или были мертвы на земле вокруг него. Рю медленно огляделся, осознавая все это и то, что произошло. Он посмотрел на свои руки и увидел окровавленный меч.

Его сила вызывала отвращение. У бандитов не было шанса противостоять навыкам, которые он выработал. Он считал, что в тот день, когда ему на самом деле придется использовать навыки, это будет в благородном состязании, а это сражение казалось несправедливым. Было слишком легко забрать человеческую жизнь. Потребовалась всего пара движений, и четверо мужчин больше не ходили по этой планете. У этих мужчин, вероятно, были семьи, люди, которые заботились о них, и они были убиты мальчиком, который и не задумался. Рю сжал меч, рухнул на колени, и его стошнило.