"Почему в нашу самую первую встречу, Геннадий назвал меня именно ведьмой? Почему ведьмой, а не феей, к примеру?" - думала она. Но смутное беспокойство было слишком слабым, чтобы остановить её на полпути. Любопытство, разожженное уже виденными чудесами, и чудесами будущими, которые она уже предугадывала, вкупе с огромным влиянием на неё Геннадия, просто не позволяли позорно отступить, а, тем более, вернуться назад, в прошлое, на скромную роль безвестной секретарши. Да и что-то просыпалось в её душе, что-то древнее, могучее, то, чему она всё равно не могла противиться, даже если бы и захотела.

– Безусловно, ты, как джентльмен, подаришь мне десять минут на сборы? - Мария кокетливо заулыбалась, переминаясь с ноги на ногу. - А можно ещё полчасика, что бы накраситься?

– Мы не в армии, дорогуша! Отдыхай, я ещё билеты не купил. Конечно, можно и наколдовать их, но это будет дольше. Проще наколдовать деньги, чем билеты, которые я никогда не видел. Иди в комнату, там я приготовил тебя целый чемодан одежды, кстати, советую надеть шубку - на улице сейчас зима.

– Я догадывалась, - спокойно ответила Мария. - А чемодан ты мне наколдовал? Вместе с одеждой?

– А ты думала, я буду месяц по магазинам ходить? Не волнуйся, одежда вполне настоящая, из лучших парижских магазинов. Считай, что тебе там её продали, только их продавцы об этом не знают. Или не помнят.

– Всё, я поняла, что колдовство - достаточно сложная наука, - перебила его разглагольствования Мария, вытянув вперёд руку. - А я хочу отдохнуть перед этой странной поездкой…

– Ты и не представляешь, какой странной она будет! - прошептал Геннадий одними губами, уставившись на неё так, словно девушка находилась перед ним без одежды. Словно он досконально знает все её изгибы: души и тела.

***

Ближе к вечеру Геннадий без стука ввалился в её комнату с шубой в обнимку. Он швырнул её в Марию, развалившуюся на диване, и пролистывающую ворох колдовских книг, которые она обнаружила на кровати, рядом с чемоданом.

Рассматривая его содержимое, она с глубоким стыдом обнаружила предметы интимного туалета: трусики, лифчики, ночные рубашки. Спортивный костюм вполне мог пригодиться в поезде - тёплый, на меху. Зубная паста с щёткой, мыло, расчёска, даже пудреница с косметикой её любимых цветовых оттенков. Ей стало действительно страшно - Геннадий сумел заглянуть в самые дальние уголки её души.

Чтобы забыть о неприятном впечатлении, она и принялась старательно читать книгу с названием: "Краткий курс колдовства". Всего книг было тринадцать томов.

В валике из шубы оказались сапоги почти такие же длинные, как рыбацкие, перчатки и шапка. Всё меховое и чёрное.

"Как траур", - подумала Мария. "Типично ведьмовская одежда".

– Можно подумать, я еду на Северный Полюс! - возмущённо произнесла Мария, осматривая и примеряя брошенные им вещи. - Да и на Полюсе, я думаю, уже глобально потеплело.

– Сейчас у природы больше в моде глобальное похолодание, - заметил Геннадий. - В Англии сейчас тоже зима, и минус двадцать пять градусов. Короче, холодно.

Мария встала, поправив серый брючный костюм, который выбрала в чемодане. Свою одежду, в которой она пришла из дому, Мария выбросила, с лёгким сердцем променяв на парижские новинки.

Девушка дотронулась до своих длинных белокурых волос: - Может, заплетёшь мне косу? - нерешительно попросила она.

Гена кивнул.

Она уселась в кресло, спиной к нему: - Возьми заколку, ею скрепишь свой шедевр. Да смотри у меня, чтобы петухов не было!

Он ненадолго задержал руки на её плечах, повёл по шее… а затем быстро и ловко заплёл косу.

Мария одновременно попыталась надеть сапоги, но, сообразив, что может остаться без скальпа, замерла в удобной позе и расслабилась.

– Твоей самолет летит в 19.45, - сказал Гена и отошёл от неё, не переставая глазеть. - Все данные я написал на бумажке и положил в карман шубы. В другом кармане - перчатки. Билеты в том же кармане, где и бумажки. Не перепутаешь? Кстати, в кармане чемодана я оставил для тебя деньги.

– Спасибо, - Мария неуверенно улыбнулась. - До сих пор не понимаю, почему ты это всё для меня делаешь?

– В первую очередь я делаю это для себя, - признался Геннадий. - Позже ты всё узнаешь. Некоторые вещи следует осознавать постепенно. Иначе можно с ума сойти… с горя, - парень усмехнулся, показывая, что шутит. Он вообще казался ей шутом - печальным и умным. И коварным.

– Итак, моя дорогая леди-шпионка, вас будут ждать возле поезда. Или даже уже в самолёте. Кто-нибудь из наших обязательно тебя встретит. Если же нет… всякое в жизни случается, я записал тебе номер автобуса и время его отхода. Не опаздывай, если будешь одна. Второго такого автобуса уже не будет в течение года, понятно? А может, и десяти лет. Но, я думаю, попутчики тебе найдутся, которые всё объяснят. Предчувствие, знаешь ли.

– Да, но как я отличу колдунов от обычных пассажиров? - растерянно проговорила Мария. Мне что, к каждому надо подходить, и спросить, не волшебник ли он? Зачем столько таинственности?

– Это не таинственность. Это - судьба.

– Теперь мне всё понятно! - саркастически заметила она, подходя к затерянной в полутьме входной двери.

– Готова?

– Готова, - тяжело вздохнула девушка.

– Тогда вперёд, тебя дожидается такси.

– Волшебное?

– Мария! Нет, не волшебное, а настоящее! Машину я мог бы наколдовать, но вот водителя… Хочешь монстра за рулём? Иди уже.

Он неожиданно обнял её, прижав к груди: - Береги себя!

***

Уже благополучно усевшись на сидении в самолёте - она летела первым классом - и, ожидая начало полёта, Мария тосковала. Её так и подмывало вскочить и убежать. Домой, обратно к старой бабушке, с которой она так и не успела проститься. Правда, по дороге она успела заехать в банк и перевести на бабушкин счёт все свои деньги, оставив себе мелочь. Интуиция подсказывала ей, что в ближайшем будущем деньги ей не понадобятся.

Она глазела в иллюминатор на длинную взлётную полосу и думала, думала… Прежде всего о Геннадии. О той странной силе, что влекла к нему, о том, как он сумел заставить забыть её обо всём. Поверить ему - и отправиться куда-то к чёрту на кулички, по одному его слову. Не сомневаться ни единой минуты. Даже не подумать, что её могли загипнотизировать. О том, что она спит, и все свои необычные приключения видит во сне.

– Но я же не сплю! - тихо, но уверенно прошептала она вслух, сжав лицо холодными от уличного мороза ладонями. В самолёте, конечно, было тепло и уютно, но ладони всегда отогревались у неё в последнюю очередь.

Больше всего Марию удивляло, что её сознание не травмировалось происходящими чудесами. У неё абсолютно не возникало желание ущипнуть себя, или укусить; таращить глаза в пространство; долго и мучительно философствовать на тему: спит она, или же всё-таки бодрствует. Даже не возникало вполне объяснимого в подобных ситуациях желания проконсультироваться с первым попавшимся психологом. Она ощущала себя абсолютно нормально, может быть, только несколько заторможенной.

К тому же, Мария Золотарева знала, что сны никогда не бывают такими яркими и такими долгими. Обычно снов она вообще не видела, точнее, не вспоминала по утрам.

Мария почем-то не чувствовала и особенного счастья, она ощущала себя не как молодой романтик, вдруг встретившийся с пригрезившейся мечтой, а, как деловой человек, подписавший контракт с этой самой мечтой. Рутинный контракт на приключения.

Словом, всё происходило, как должно было произойти, и ведьма это чувствовала.

Наконец самолёт начал разгоняться, девушка на всякий случай потрогала ремень - пристегнулась она надёжно. Сразу вспомнились неприятные картины разбитых самолётов, которые последнее время разбивались с завидной регулярностью, будто желая попасть в книгу рекордов Гиннеса. Дабы одолеть возникшую нервозность, Мария начала разглядывать своих ближайших соседей.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: