Глава 16

Натали

— Пойдем, Ли. Мне нужна надежная напарница по тренажерному залу. — Ринель пытается оторвать меня от дивана. Последнее, чего я хочу, это тренировка.

— Не начинай снова. Мы еле-еле пережили прошлую неделю после последнего раза.

— Когда Мейсон вернется, я хочу встретить его, имея симпатичную подтянутую попку.

Она смешна. У нее самое прекрасное тело среди всех, кого я знаю. Она питается не пойми чем, однако ей каким-то образом удается оставаться похожей на модель.

— Убирайся. — Я ложусь обратно на диван, поэтому ей будет непросто меня поднять. Я снова начала плохо спать. Мне снятся кошмары о том, что Лиама ранили, и я просыпаюсь с криком. Прошлой ночью было так плохо, что Аарон пришел проверить меня. Я плакала и билась в конвульсиях.

Ринель поднимает мои ноги и садится на диван, опустив их себе на колени.

— Все еще не спишь?

— Не-а. Прошлая ночь была худшей.

— Ты же знаешь, если мне что-нибудь станет известно, я тут же сообщу тебе. Оперативная маскировка пусть идет к черту. Мейсон сказал мне, что все петухи скоро будут в курятнике. Так что все хорошо.

Мы все говорим кодовыми словами. Оперативная маскировка становится приоритетной, когда они на задании. Одно дело, если противник поймает их, несмотря ни на что, но если это произойдет из-за того, что они услышали что-то с нашей стороны, то это непростительно. Раньше у нас с Аароном были кодовые слова, которыми он предупреждал меня, где и что произошло.

Это дарило мне чувство утешения в темные времена. Тяжело не знать, где или как долго, и многие из нас имеют свои способы предоставления такого количества информации, которого достаточно, чтобы держать друг друга в спокойствии. Когда они в Германии, вы знаете, что они могут позвонить. Но когда вы общаетесь ежедневно, а потом долгое время не выходите на связь — вы не можете не бояться.

— Мейсону нужна фраза получше, чем «петухи в курятнике», — хихикаю я.

— Он знает, что мне нравится, когда он грязно со мной разговаривает.

Аарон медленно спускается по лестнице.

— Привет.

— Доброе утро. — Я смотрю на часы. Его расписание полностью сбилось. Он может спать только небольшими интервалами, поэтому дремлет в течение дня. Врачи сказали ему отдыхать и не волноваться. Он посещает консультации три раза в неделю и физиотерапию в те же дни.

— Марк уже в пути, мы уедем на некоторое время.

Ринель шлепает по моей ноге и подпрыгивает.

— Мне нужно бежать. Я заскочу завтра к тебе и заберу в тренажерный зал, поскольку ты, очевидно, сегодня туда не собираешься. Но завтра — никаких отговорок.

— Ладно. — Я наблюдаю за тем, как Аарон смотрит в окно. Иногда он выглядит таким потерянным, и это разбивает мне сердце. Хотелось бы мне не быть ответственной за это.

Ринель открывает дверь и ахает.

— Вы, блядь, издеваетесь надо мной?

Я оборачиваюсь и вижу Бриттани, которая стоит в дверном проеме.

Я не двигаюсь и молчу. Жду, чтобы посмотреть, что сделает Аарон. Я дала понять абсолютно ясно, что мы не вместе, так что он имеет право делать все, что пожелает. Но я не могу отрицать, что это ранит. Впервые я могу искренне понять то, что он должен чувствовать, когда видит меня с Лиамом.

Они оба стоят, глядя друг на друга. У Бриттани слезы в глазах.

— Прости. Мне рассказали о тебе, и мне просто нужно было посмотреть, не лгут ли они. — Бриттани старается объяснить, переводя взгляд то на меня, то на Аарона.

— Тебе не следует здесь находиться, — говорит он, стоя позади меня.

— Ты жив и … — нотки страдания слышатся в ее голосе.

Я хватаю свою чашку со стола и направляюсь в сторону кухни. Не хочу смотреть на это, не желаю подслушивать их разговор. Это чересчур. Я могу любить Лиама и хотеть быть с ним, но я не могу сидеть здесь и наблюдать за Аароном с другой женщиной.

Аарон хватает меня за руку, когда я прохожу мимо, останавливая меня.

— Останься, — настаивает он. Я смотрю на него, и он не отводит взгляд. Мы стоим, пока она ждет в дверях нашего дома.

— Я не могу.

— Потому что ты все еще любишь меня.

— Потому что я не хочу смотреть на тебя с ней. Потому что она олицетворяет собой дыру в наших жизнях.

Он отпускает мою руку, но тут же снова берет за запястье.

— Я не звонил и не пытался связаться с тобой, потому что стараюсь вернуть свою жену. — Голос Аарона не дрожит. Впервые он сильный и уверенный.

Бриттани всхлипывает.

— Мне рассказали о тебе, и я ждала тебя.

Я закрываю глаза, пытаясь затолкать подальше желание закричать.

— Мне жаль, что я сделал тебе больно.

— Жаль? — Она кричит. — Жаль, что любил меня?

Аарон отпускает мое запястье.

— Нет, — его голос немного смягчается, — мы не должны были встречаться. Я просто испортил всё с вами обеими.

— Так ты выбираешь ее? Что насчет того, что у нее уже есть кто-то другой?

Я стою, повернувшись к ней спиной, потому что едва держусь. Вся боль заново всплывает на поверхность. Ложь и недоверие, которые висят в воздухе между Аароном и мной. Ночи, которые я проводила, рыдая на полу в ожидании того, что он вернется домой. Его приступы отчужденности оставляли меня в недоумении, но сейчас я знаю — он был с ней.

— Я всегда выбираю ее.

— Вам двоим нужно поговорить, — говорю я, и Аарон снова хватает меня за руку.

— Ты лжец! Ты говорил мне, что мы будем строить жизнь вместе! Ты обещал, что бросишь ее, и что? Сейчас ты хочешь поиграть в любящего муженька? — Я поворачиваюсь и вижу ее лицо. Ее руки сжаты в кулаки. Она смотрит на меня, а затем возвращает взгляд к нему. — Разве ее имя ты кричал, когда делал нашего ребенка? Нет. Так что пошел ты и твои дерьмовые извинения. — Бриттани плачет, и моя боль в виде слез стекает по моему лицу.

— И ты пришла ко мне домой? — Аарон кричит на нее.

— Боже, ты эгоистичный мудак! Ты говорил мне, что мы поженимся. Ты говорил мне, что она холодная и бесплодная. Ты сказал, что я дарила тебе тепло, в котором ты нуждался, и что я давала тебе то, о чем ты даже не догадывался, что потерял. Я любила тебя. Я давала тебе то, без чего, по твоим словам, ты не сможешь жить. — Голос Бриттани громкий и полон боли.

Я ненавижу ее. Ненавижу за то, что она заставляет меня слушать это. И ненавижу Аарона за то, что он удерживает меня здесь против воли.

— Вы двое — самые эгоистичные люди, которых я знаю. Вы заслуживаете друг друга! — кричу я и сбрасываю руку Аарона. — Как ты смеешь приходить ко мне домой? Как ты смеешь удерживать меня здесь и заставлять это выслушивать? Это не любовь. Это разрушение. Нельзя обижать того, кого любишь, снова и снова. — Я буквально выплевываю слова на него. — И ты, — я перевожу свое внимание на Бриттани, — ты просто не можешь остановиться, не так ли? Недостаточно дважды меня уничтожить, тебе нужно было вернуться, чтобы отправить меня в нокаут? Есть ли место, где ты не причинишь мне боли? Ты спала с моим мужем, ты забеременела, и когда он не выбрал тебя… ты заявилась сюда. Ты хочешь его? Забирай! — Я говорю это и взбегаю вверх по лестнице.

— Натали, подожди! — Аарон зовет меня, но я продолжаю идти.

Оказавшись в своей комнате, я молюсь, чтобы мне не пришлось больше ничего выслушивать. Ребенок всегда на первом месте. Это малая часть того, чего я простить ему не смогу. Я знаю, что не по причине отсутствия попыток мы не смогли забеременеть естественным путем, а у них это получилось.

Через несколько минут Аарон открывает дверь.

— Убирайся, — говорю я подавленно.

— Ли, пожалуйста.

— Нет, мне не нужно было видеть это.

Он проходит в комнату, которая когда-то была нашей спальней.

— Мне нужно, чтобы ты видела. Я выбрал не ее.

— Аарон, ты не понимаешь. — Я смотрю в окно и глубоко вздыхаю. — Проблема не в ней, проблема в нас. Да, мы пережили так много, пытаясь забеременеть, что, на мой взгляд, где-то на этом пути сломались. Я стала женщиной, которой тебе было недостаточно, а ты не был мужчиной, в котором я нуждалась. Мы подвели друг друга. Но вместо того, чтобы поговорить об этом, ты ушел и переспал с ней.

Он тихо сидит на краю кровати, а я не чувствую злости. Я просто выдохлась.

— У тебя был не просто секс на стороне, у тебя был роман. Полноценный я-бросаю-свою-жену-и-завожу-ребенка роман. — Это напомнило мне о второй части моей аргументации. — А затем ты соврал, опять. Ты вернулся и сказал мне, что это было только один раз.

Аарон слегка поворачивается и берет меня за руку, но я выдергиваю ее.

— Я знал, что потеряю тебя.

— Разве ты не думаешь, что мы оба заслуживаем быть счастливыми?

— Это все, чего я хочу. Чтобы мы стали такими же, как раньше, — признается Аарон.

Как бы я хотела, чтобы он поняла меня.

— Мы никогда не сможем стать такими, как раньше. Я уже не та женщина, на которой ты женился. Я прошла через многое. Много узнала о том, кто я и чего хочу от жизни. Я хочу мужчину, который встанет рядом со мной и пройдет сквозь огонь, держа меня за руку. Я хочу мужчину, который, даже если мы еще не встречаемся, оставит женщину и придет ко мне в больницу. Который будет сидеть возле меня, когда я в этом нуждаюсь. Поддерживать меня, когда я плачу, и дарить мне любовь, даже если это вредит нам. — Я встаю и подхожу к ночному столику. Я вижу обрывок бумаги, который нашла в его одежде во время своего приступа ярости. — Я нашла это, — говорю я, передавая листок ему.

Аарон берет бумагу, и его глаза темнеют.

— Я собирался уйти от тебя.

— И ты сделал это в тот день. — Я держусь за комод, чувствуя легкое головокружение. Сегодняшний день был безумным, и я еще ничего не ела.

— Я так и не отдал это тебе. Я не смог.

Слова повисают в воздухе между нами, но их нужно произнести. Вина за эти слова тяжелым бременем давит на меня.

— Нам нужно разойтись. Мне необходимо двигаться дальше.

Аарон встает и берет меня за руку.

— Я никогда не намеревался сделать тебе больно.

— Как ты мог подумать, что это не причинит боли? Я была беременной, пока ты делал своей любовнице ребенка. Как ты мог спать с ней, а затем приходить домой и разговаривать со мной о том, что наш ребенок наконец-то появится на свет. Если ты не хотел ранить меня, тебе не следовало возвращаться. Но вот в чем дело — я люблю Лиама. Я знаю, что это так невероятно больно для тебя, но только с ним я хочу быть.