— Нет, подготовкой обычно занимается специальный персонал. Они все привозят на место.

— Ну, ладно. — Я и не представляла, что есть еще и «специальный персонал».

— Поехали, красавица, — протягивает мне руку Тэлон, — тебе понравится, поверь мне.

Мы выходим из дома и проходим по подъездной аллее к припаркованному длинному черному лимузину, рядом с которым стоит водитель в смокинге. Он немного старше, чем я себе представляла, ему, наверное, около шестидесяти. Когда мы подходим, он открывает для нас дверь и церемонно приветствует:

— Мистер и миссис Валентайн, добрый вечер.

— Спасибо, Макс, — отвечает Тэлон, здороваясь с мужчиной за руку, и мы забираемся в машину.

— Ого! — впечатлено восклицаю я, когда водитель закрывает за нами дверь. — Никогда раньше не сидела в лимузине. — Я осматриваюсь вокруг, поудобнее устраиваясь на комфортабельном длинном диванчике из светлой кожи, лицом к подсвеченному синими огоньками бару.

— Думаю, со мной у тебя много чего будет в первый раз, Аз.

— Похоже на то.

Мы отъезжаем от дома, и Тэлон обнимает меня за плечи, притягивая к себе.

— Мы могли бы заняться сексом прямо тут.

— Вообще-то не могли бы, потому что для этого нужно, чтобы я на это согласилась, а я не согласна.

Смеясь, он прижимает меня к себе и целует в макушку.

— Ну, я должен был попытаться, Мармеладка… Трудно устоять, когда ты такая красивая.

— Ты сам ничего.

— Я тебе уже говорил, как мне нравится одежда, которую ты сшила?

— Да. А мне она нравится на тебе.

— Для меня очень много значит то, что ты ее сшила. Понимаешь, реально сделала для меня классные вещи. Даже если ты их сделала только для того, чтобы я не стоял на сцене голый и сексуальный. Все равно круто, что кто-то специально для меня подогнал мою одежду.

— Я люблю делать что-то своими руками. Мне самой понравилось. И все же я предпочитаю, чтобы твой пресс принадлежал только мне. На правах жены, понимаешь ли, и все такое.

Тэлон наклоняется к бару, берет бутылку воды, открывает и, прежде чем поднести ее ко рту, предлагает сделать глоточек мне. Я в ответ качаю головой и поворачиваюсь к затемненному окну. Я не бывала в Бостоне с самого детства, когда моя семья еще была похожа на настоящую. По крайней мере, так могло показаться стороннему наблюдателю. Однако уже тогда внутренний климат был непоправимо испорчен.

***

Когда мы приезжаем в клуб, я невольно заражаюсь царящим вокруг радостным возбуждением и волнением. Вокруг полно людей — народ тусуется и в нескольких барах, и на огромном танцполе, и даже на сцене, расположенной в глубине. Еще есть зал на втором этаже, там расположен еще один бар и несколько зон для отдыха с огромными диванами и низкими столиками. Музыка грохочет так громко, что я едва слышу собственные мысли, но это и неплохо, потому что прямо сейчас я готова бежать отсюда куда глаза глядят. Клубная жизнь — это явно не мое.

Пока мы пробираемся сквозь толпу, я крепко держу Тэлона за руку, но каждые несколько шагов его кто-нибудь останавливает, чтобы поздороваться и поболтать. Очевидно, эти люди его знакомые, а не фанаты. Я так думаю, потому что это мероприятие посвящено открытию клуба, и все присутствующие должны были получить именные приглашения. Сумасшедших фанатов, попавших в зал прямо с улицы, здесь нет. Должна признаться, каждая клеточка моего тела трепещет каждый раз, когда он представляет меня, как свою жену, а особенно, когда нас останавливает репортер, чтобы сделать фото. Тэлон приобнимает меня за талию и целует в щеку, пока фотограф щелкает затвором своего аппарата. После этого репортер задает нам несколько вопросов о том, когда мы женились, как меня зовут, и чем я занимаюсь. Я очень удивилась, когда посыпались вопросы обо мне, но, к счастью, справилась без проблем: отвечала с улыбкой и не превратилась в жалкое, смущенно бормочущее что-то себе под нос существо.

Наконец мы оказываемся в комнате, где собрались и, готовясь к началу шоу, оживленно общались остальные члены группы.

— Чувак, где ты, засранец, взял такие джинсы? — спрашивает Шторм, как только мы заходим. Мне нравится, что Тэлон так сильно похож на братьев. Красивые выразительные глаза и волнистые длинные волосы — их отличительная черта. Все они — ярые любители татуировок, что, хоть это и странно, я с каждым днем нахожу все привлекательнее и привлекательнее. Благодаря русым волосам Тэлон немного выделяется на фоне остальных, поскольку у других парней волосы очень темные, но все равно очевидно, что все они братья. Еще здесь его кузен Вэндал — во всех отношениях темная лошадка. Смуглая кожа, гора мышц, темные глаза, длинные, черные как смоль волосы. И он очень тихий, грустный и задумчивый. Когда мы зашли, он, притаившийся в дальнем углу комнаты, едва кивнул в нашу сторону.

— Азия мне сшила. Рубашку и шарф тоже она сделала, — продолжает восторженно говорить об одежде Тэлон.

Все поворачиваются в мою сторону. Вот бы сейчас можно было провалиться сквозь пол!

Ашер пробует на ощупь рубашку Тэлона, разглядывая добавленные мной элементы.

— Очень круто, — хвалит он. — Можешь еще что-то сделать?

— Остынь! — отталкивает его руку Тэлон. — Не знаю, хочу ли я, чтобы вы все выглядели так же круто, как я.

Я начинаю смеяться и чувствую, как начинают гореть щеки.

— Я буду очень рада заняться дизайном для любого из вас.

— Я вообще-то хотел попросить ее сделать сценические шмотки для нас всех, но решил сначала уточнить у вас, парни.

— Конечно, чувак! Что за вопрос? — снова включается Шторм, разворачиваясь ко мне. — Нам нужно все это серьезно обсудить. Сшитые на заказ сценические костюмы пользуются спросом. Будет здорово, если прямо у нас в семье найдется человек, который может для нас их создавать. Попробуй разобраться со стоимостью и дай знать, чего и сколько тебе будет нужно.

— Ладно… — застенчиво отвечаю я, абсолютно не готовая к этому внезапному вниманию. Шить одежду для известной рок-группы? Это же просто мечта! Я уже несколько лет шью одежду для себя и иногда продаю кое-что в небольших местных магазинчиках. И, конечно, время от времени мои наряды покупает Кэт, но чтобы придуманную мной одежду носили музыканты? От одной этой мысли у меня начинает кружиться голова.

Тэлон притягивает меня к себе, чтобы поцеловать, а затем снова поворачивается к своим братьям и кузенам.

— Завидуйте, мудилы. Я раздобыл себе самую классную девчонку!

— Давно пора. — Шторм слегка толкает его в голову. — И нам всем повезло с классными девушками.

— У меня нет классной, и она мне ни к чему. Но вот от плохой и грязной я никогда не откажусь, — заявляет Мика с другого конца комнаты, но при этом подмигивает мне, когда я поворачиваюсь к нему. Думаю, все они отличные парни, даже если на первый взгляд кажется, будто они грубоваты и странноваты.

Мой муж осторожно отводит меня в тихий уголок, подальше от остальных.

— Как ты, Мармеладка? Все в порядке? Знаю, ты не любишь толпы народа.

— Ага, — киваю я, улыбаясь и глядя ему в глаза. — Все хорошо.

— Что скажешь, хочешь заняться нашими сценическими шмотками?

— Еще бы. Ты вообще представляешь, как это для меня будет круто? Я сама еще не успела осознать, как это произошло.

— Осознавай скорее, малышка. Ты, похоже, только что нашла себе постоянную работу. Мне надо валить, готовиться, настроиться, потусуешься пока с Эви, ладно?

— Хорошо. Жду не дождусь, когда увижу, как ты играешь.

Он еще раз целует меня в губы, прежде чем отойти.

— Надеюсь, я тебя не разочарую.

Ашер не спеша подходит к микрофону посередине сцены и улыбается публике. Эта улыбка так похожа на улыбку его младшего брата, есть в ней что-то мальчишеское и одновременно сексуальное. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, когда этот незнакомый красавец провел меня к алтарю, хотя на самом деле прошло всего лишь несколько недель.

— Во-первых, хочу поблагодарить всех вас за то, что решили отпраздновать вместе с нами и остальными музыкантами открытие классного клуба «Ржавый нож»! Некоторые из вас знают, что это первое заведение, в котором мы играли. Это было очень давно, и тогда место называлось «Мышиная нора», что было очень к месту.

Он снимает со стойки микрофон и подходит к краю сцены, ожидая, пока толпа перестанет кричать.

— Ладно, перед тем как мы начнем, я хотел бы поделиться с вами несколькими новостями. — Он кивает в сторону Шторма, который в ответ шутливо кланяется. — Мой брат Шторм теперь помолвлен и скоро женится на девушке, которую большинство из вас знает как Снежную Цыпочку. — Толпа начинает вопить еще громче, а Эви, которая сидит рядом со мной, только улыбается. Эви мне очень нравится. Она почти моя ровесница, невероятно милая и приветливая. Они со Штормом — прекрасная пара, судя по тем нескольким моментам, когда мне приходилось быть рядом с ними.

Ашер подходит к Вэндалу, который стоит у соседнего микрофона с тем же непроницаемым выражением лица.

— Вэндал тоже больше не принимает заявки! — Среди девушек в толпе раздается общий неодобрительный возглас, а Вэндал только слегка усмехается. — И его младший братишка Лукас, по совместительству мой кузен, который не смог быть здесь с нами сегодня, тоже отныне занят! — На этот раз недовольных криков от женской части аудитории слышится еще больше.

Ашер пересекает сцену и становится рядом с Тэлоном. Усмехаясь, осматривает его с головы до ног, а затем снова поворачивается к зрителям с озорной улыбкой.

— Сами, наверное, заметили, что мой младший брат, который с первого дня в группе, выступал без рубашки, сегодня надел-таки классные шмотки. И я готов поспорить на сто баксов, что причиной тому его недавняя женитьба, а значит, его пресс официально снят с рынка.

Толпа ревет, и Тэлон, смеясь, поднимает вверх обе руки. При виде обручального кольца на его пальце в животе у меня начинают порхать бабочки.