- Твари? Какие твари? О чем вы говорите?

- Я думаю, они имеют в виду этих тварей, Керри, - крикнул пилот, указывая в сторону пляжа.

Армия мохнатых монстров вырвалась из джунглей и помчалась по пляжу и поляне. Вертолет поднялся выше. Разъяренные чудовища с воем устремили взоры в небо, скрежеща зубами и яростно потрясая кулаками. Одно из них держало человеческую руку, размахивая ею как дубиной. С чувством вины Джерри понял, что эта рука принадлежала Шонетт.

Он притянул Бекку к себе, зарылся лицом в ее волосы и заплакал.

- Всем пристегнуться, - крикнул пилот.

- Боже мой! - Керри уставилась на жуткую сцену внизу. - Если СМИ узнают об этом до того, как телекомпания сможет похоронить это, нам крышка.

- К черту, - крикнул Трой. - Похоронить? Что это за корпоративная херня от яппи? Люди, блядь, мертвы, чувак! У меня большое желание вышвырнуть твою задницу за дверь.

- Ты уверен, что они все мертвы?

Трой посмотрел на Джерри и Бекку, но никто из них не обратил на него внимания. Он снова повернулся к Керри и кивнул.

- Я чертовски уверен, чувак.

- Наш техник связи связался с другим выжившим - Стефаном. Он должен был встретить нас на посадочной площадке.

- Он тоже мертв.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что я просто знаю, черт возьми. Стефан мертв. Как и остальные. Если мы сейчас вернемся, мы тоже будем мертвы.

- Ну, даже несмотря на это, мне нужно сделать несколько звонков. Нужно срочно сообщить руководству сети. Я звоню своему начальнику. Мы попробуем связаться со Стефаном тоже.

Он пошарил в кармане пиджака и достал спутниковый телефон. Трой рванулся вперед, выхватил его у него и швырнул в открытую дверь. Он упал в толпу разъяренных существ.

- Эй, - крикнул Керри, - что ты делаешь?

- Игра, блядь, окончена, чувак. Игра, блядь, окончена.

- Ты - мудак.

Ухмыляясь, Трой пожал плечами. Он прислонился спиной к сиденью и вздохнул. Он взглянул на Джерри и Бекку, но они были заняты только друг другом. Трой решил не мешать. Он заметил, что когда Джерри принес ее, Бекка была голой. Это было трудно не заметить. Его взгляд остановился на изгибе ее поясницы, но потом он отвел глаза.

Хорошо бы они прислали мне гребаное приглашение на свадьбу. Черт, лучше бы я был шафером.

Трой похлопал себя по голове, успокаиваясь, что его любимая кепка все еще на нем, в целости и сохранности. Затем он снова повернулся к медику.

- Эй, Керри? Позволь мне спросить тебя кое о чем.

- O чем?

- Есть ли на борту этого гребаного корабля кто-нибудь, кто может дать мне гребаную сигарету?

Вертолет взмыл в рассвет, оставив остров во тьме.

Стефан очнулся под звуки птиц. Он почувствовал тепло на лице и подумал, не солнечный ли это свет. Застонав, он открыл глаза и прищурился. Маленькая птичка, сидевшая на его щеке, пискнула и улетела. Стефан с трудом сел.

Сначала он не понимал, где он и что происходит. Потом запульсировала лодыжка, и все вспомнилось: ранение, ползание по тропинке, укрытие в зарослях. Последнее, что он помнил, - это желание позвонить на корабль. Должно быть, он потерял сознание от боли и усталости.

Мужчина разлепил губы. Его язык был похож на наждачную бумагу, а голова пульсировала в такт с распухшей лодыжкой. Он осторожно задрал штанину, шипя от боли и побледнев, увидев свою травму. Его лодыжка распухла вдвое, а кожа вокруг была черно-фиолетовой. На ощупь она была горячей, а кожа побелела, когда он дотронулся до нее.

- Чертовски нехорошо, - прошептал он. - Совсем нехорошо.

Стефан взглянул на небо и удивился, увидев дневной свет. Сквозь верхушки деревьев он увидел кружащих чаек. Казалось, они зависли на месте, паря на ветру. От их непрекращающихся криков у него заныли зубы.

Он понюхал воздух и заметил слабый, но неприятный запах. Прежде чем успел подумать об этом, он услышал вдалеке что-то еще. Звук был ниже и глубже, чем крики птиц. Ему потребовалось мгновение, чтобы распознать звук. Это был вертолет, но, к его недоумению, он звучал так, будто улетал, а не приближался. Его желудок сжался в панике, а сердце забилось в груди.

Неужели эти ублюдки действительно улетают без него?

Застонав от страха, Стефан нащупал спутниковый телефон. Он вытащил его и открыл. Потребовалось мгновение, чтобы аппарат включился.

- Мистеру Хеффрону лучше ответить и дать мне объяснения.

Прежде чем он успел набрать номер, произошли две вещи.

Телефон зазвонил в его руке, а вокруг зашуршали кусты.

Стефан почувствовал знакомый запах существ. Он сделал вдох и задержал его.

Телефон зазвонил снова. В кустах зашуршало громче. Затрещали ветки. Что-то зарычало, низко и угрожающе.

Выдохнув, Стефан взял трубку.

- Да?

- Стефан? Это Бретт Хеффрон. Они сказали, что тебя не было на посадочной площадке.

- Нет, не был.

- Ну, ты в порядке? Что происходит? Что это за шум на заднем плане?

- Очевидно, я не один.

- Что? Стефан, я не понимаю. Что происходит?

- Все очень просто, - Стефан гоготнул, когда вонь стала все сильнее. Несмотря на смех, слезы текли по его грязным щекам. - Я победил, Хеффрон. Я победил! Я последний, кто остался на острове.

- Сте...

- Я занят. У меня гости.

- Что ты...

- Прощайте.

Он выключил телефон, бросил его в заросли и, ковыляя, поднялся на ноги. Ощущение было такое, будто кто-то вонзает ножи в его распухшую лодыжку, но он был рад этой боли, потому что она означала, что он еще жив - даже если это было последнее ощущение, которое он испытывал.

Рычание усилилось.

- Я победил, - сказал он. - Я последний, кто остался на острове. Я последний, кто выстоял.

Кусты расступились, и смех Стефана перешел в крик.

Существа навалились на него, придавив его к земле.

Джерри проснулся в панике и резко выпрямился в постели. Он сжал атласные простыни в кулаки и задыхался. Вдалеке слышался гул транспорта. Где-то лаяла собака.

Ему снова снилось, что он снова на острове. Во сне они с Троем пробирались по туннелю, но когда он обернулся, Троя уже не было. Затем он услышал, как криптиды мчатся к нему. Их крики и шаги эхом отражались от стен. В отличие от реальности, существа говорили по-английски и выкрикивали угрозы и обещания того, что они сделают с ним, когда поймают. Джерри вполз в боковой туннель, и перед ним предстала извивающаяся, черная, облакообразная масса со злобными красными глазами, светящимися в ее центре. Мохнатая рука опустилась ему на плечо. Когти впились в его плоть. В этот момент он проснулся.

Он сделал несколько глубоких вдохов и потер лицо, ожидая, пока последние остатки кошмара рассеются. Остров снился ему по меньшей мере раз в неделю, но этот сон был самым страшным за последние полгода. Он никому не рассказывал о кошмарах, кроме своего психиатра. Она сказала, что он страдает от посттравматического стрессового расстройства, но со временем это может пройти. Джерри не был в этом уверен. Его дед служил во Вьетнаме, и старик страдал от посттравматического стрессового расстройства до самой смерти после осложнений, вызванных ранней стадией болезни Альцгеймера.

До подачи заявки в "Изгои" Джерри считал, что это самый ужасный способ умереть, который только можно себе представить.

Теперь он знал этот способ не так уж и плох.

И теперь он понимал, что чувствовал его дед.

Иногда, в самые худшие моменты своего депрессивного состоянии, Джерри задумывался о том, что, возможно, Ричард, Сэл, Райан, Шонетт и все остальные были счастливчиками. В конце концов, для них все было кончено. Им не пришлось жить с последствиями. Им не пришлось испытывать такие вещи, как чувство вины, депрессия и гнев. Им не нужно было испытывать приступы паники каждый раз, когда они видели океан или включали телевизор.

Когда пульс пришел в норму и сон окончательно рассеялся, он выскользнул из постели и надел халат и тапочки. Мягкий материал приятно прижимался к его коже. Комнату наполнял запах свежесрезанных цветов. Взглянув на часы, он увидел, что уже шесть утра. Сквозь шторы пробивались первые лучи солнечного света. Он подумал о том, чтобы выйти во внутренний дворик и выпить утренний кофе.

Бекка зашевелилась под простынями и открыла глаза. Моргнув, она оглядела спальню. Она выглядела скованной. Напряженной. Джерри улыбнулся ей, и она заметно расслабилась. Его улыбка стала еще шире. Когда она ответила ему жестом, он забыл о своем страшном сне. Даже спустя столько времени она все еще вызывала у него головокружение, когда улыбалась. Он надеялся, что это чувство никогда не исчезнет.

- Доброе утро, солнышко.

- И тебе доброе утро, - зевнув, она вытянула руки над головой. Простыня сползла вниз, обнажив ее грудь. - Как спалось?

- Хорошо, - соврал он. - А тебе?

- Очень хорошо.

Джерри знал, что Бекка тоже лжет. За несколько часов до этого он слышал, как она стонала во сне, хныкала и плакала. Он осторожно тряс ее и шептал ей на ухо, пока она не перестала.

- Частный самолет Троя приземляется сегодня в одиннадцать утра, - сказал Джерри. - Я пошлю машину за ним.

- Разве это не смешно?

- Что?

- Трой, его личный самолет и все такое.

- Не смешнее, чем мы, живущие в Беверли-Хиллз и владеющие линией успешных, высококлассных бутиков графических романов. Ты не можешь сказать, что мы не использовали эти деньги с пользой. Мне просто показалось забавным, что первое, что захотел купить Трой, был передвижной дом за миллион долларов.

- А как насчет желания купить специальный шкаф для своей кепки?

Джерри хмыкнул.

- Он странный чувак, но я его люблю.

Бекка снова потянулась.

- Все, наверное, считают нас троих эксцентричными.

- Почему?

- Куча причин. Одна из них - мы не смотрим телевизор.

- Да пошли они. Какая разница, что они думают?

Через несколько дней после их спасения, когда они все еще поправлялись в лазарете корабля, представители телесети встретились с Джерри, Беккой и Троем. На острове была найдена видеокассета, из содержания которой следовало, что Мэтью был членом "Сынов Конституции" и хладнокровно убил Джесси. Предполагалось, что он сделал то же самое с Марком. Они показали пленку им троим и предположили, что их товарищей могла постигнуть та же участь. Затем они рассказали Бекке, Джерри и Трою, как финансово выгодно для них будет, если они подтвердят эту версию. У руководителей были с собой контракты, составленные юристами всего через несколько часов после обнаружения бойни. Предложенная сумма была намного больше, чем они могли бы выиграть, участвуя в шоу. Они настаивали на большем - и получили это. Они также настаивали на том, чтобы семьям других участников была выплачена компенсация.