Пока я разбирался с надписями, остальные молчали, словно боялись разбудить хозяина гробницы. Третий дядя вынул лом и постучал по саркофагу — звук был глухим, внутри совершенно точно что-то было. Третий дядя знал, что я достаточно хорошо разбираюсь в письменности этого периода, потому спросил:

— Ты можешь прочесть, что там написано?

— Я не понимаю деталей, — покачал головой я, — но уверенно могу сказать, что в этом саркофаге лежит именно ван Лу Шан, которого мы ищем. Текст на саркофаге — это его жизнеописание. Кажется, на момент смерти ему было чуть меньше пятидесяти. Он умер, не имея ни сыновей, ни дочерей, в присутствии гуна царства Лу, об этом я уже знал, но теперь окончательно убедился. Остальные записи, наверно, повествуют о событиях его жизни.

Как я уже сказал, мои познания в диалекте царства Лу не были глубокими, поэтому дальше разбираться в тексте я не стал.

— Тогда что означают эти слова? — спросил меня Здоровяк Куи.

Я взглянул на иероглифы, которые его заинтересовали: в центре саркофага было написано «Открывать»[80], а затем ниже цепочка из первых четырех земных ветвей (крыса, бык, тигр, заяц)[81]— эти несколько иероглифов выделялись тем, что были побольше и потому бросались в глаза. Я понял, что это дата, но в период Весен и Осеней[82] эпохи Сражающихся царств династия Чжоу пришла в упадок, ванам было не до науки и летоисчисление велось очень беспорядочно и хаотично. Поэтому я не мог назвать точную дату:

— Это должна быть дата закладки гроба, но я не пойму, когда именно.

Пока я изучал надписи, третий дядя думал, как открыть саркофаг. Он осмотрел и ощупал железные цепи из звеньев толщиной с большой палец. В то время Китай только вступил в железный век и такие цепи были роскошью. Однако по прошествии стольких лет большая часть цепей уже чудовищно обветшала и прогнила, в основном они теперь выполнять роль украшений. Я попросил всех отойти, передернул затвор и несколько раз выстрелил, сбив почти все из них, остались только те, что фиксировали положение саркофага.

Третий дядя попросил меня отойти в сторону:

— А теперь не вмешивайся, просто наблюдай!

Словно отреагировав на его голос, саркофаг вздрогнул, изнутри послышался глухой шум. Я решил, что мне послышалось, и как раз хотел переспросить остальных, но не успел. Саркофаг снова задрожал, еще сильнее, звук, идущий изнутри стал гораздо четче и громче. Меня вдруг бросило в дрожь. Кажется, у нас снова серьезная проблема!