Глава 20

— Ну, и как Майами?

Джулс продолжала завтракать, отказываясь встречаться взглядом с отцом.

— Мило. Мне это было нужно.

— Очевидно. Изначально ты говорила, что вернешься в субботу, но я получил от тебя сообщение, что ты останешься еще на день.

Еще один день был идеей Далтона, но она никогда не призналась бы в этом отцу. Насколько ей было известно, никто не знал, что они с Далтоном провели эту неделю вместе. И что это была за неделя с мужчиной, у которого хватило смелости сделать цветную татуировку с Кукушкой Сонни, логотипом хлопьев «Шоколадные шарики», на нижней части бедра. Джулс считала это место довольно эротичным для татуировки.

Джулс наслаждалась сексом, а присутствие Далтона, определенно, служило определенной цели. Сегодня она чувствовала себя расслабленной и вновь сконцентрированной. Готовой взяться за все, что попадется ей на пути. И хотя дополнительный день был идеей Далтона, Джулс согласилась на него на все сто процентов. Удивительно, что могут сделать несколько ночей безостановочного секса, и это свидетельствовало о том, насколько она была возбуждена. Далтон был полон решимости превратить ее раздражающую боль в приятную, и справился с этим. Возможно, даже слишком хорошо. И что также удивляло, — насколько лучше они стали ладить, как только вопрос с сексом решился.

Они оба согласились, что произошедшее в Майами, останется в Майами, никакой необходимости продолжать начатое в Шарлоттсвилле нет. В Майами все закончилось. Они выкинули друг друга из головы, и это все, что имело значение.

— Ты уже разговаривала с сестрой? — спросил отец, прерывая ее мысли.

— Нет. Я поздно приехала.

Прошлой ночью все, чего ей хотелось, — принять душ и лечь спать. Это был лучший сон за последние месяцы. В душе Джулс заметила следы страсти на большой части тела. К счастью, в одежде ни одно из этих мест не было видно.

— Значит, ты не слышала о новой информации, обнаруженной Марселем, о той девушке, которая покончила с собой?

Делая глоток кофе, Джулс приподняла бровь. Она вспомнила инцидент, о котором ей рассказала Шана. Самоубийство шокировало всех, и мать жертвы заподозрила что-то неладное, но ничего не было доказано. И еще оставался вопрос о том, была ли погибшая девушка связана со скандалом о разглашении коммерческой тайной, раскрытым Марселем в начале года, тогда арестовали несколько сотрудников «Грейнджер». Запись с камеры видеонаблюдения в «Грейнджер Аэронавтикс» запечатлела, как девушка обыскивала кабинет Далтона после окончания рабочего дня, что и сделало ее подозреваемой.

— Нет, не слышала. Что выяснил Марсель?

— Каким способом она проникла в кабинет младшего Грейнджера, когда тот каждый вечер перед уходом тщательно запирал дверь.

— Каким?

— Похоже, у нее был ключ. Он когда-то принадлежал Сильвии Грейнджер.

— Матери Далтона?

Отец с минуту пристально смотрел на нее, прежде чем сказать:

— Да, матери Джейса, Кейдена и Далтона.

Джулс быстро взяла вилку и принялась за яичницу. Почему она выделила Далтона? Отец был слишком проницателен и, вероятно, задавался тем же вопросом.

— Как эта женщина получила ключ?

— Никто не знает, но всем интересно, что у нее он был.

Джулс ничего не сказала, но эта информация тоже показалась ей интересной.

***

Кейден оглядел брата с головы до ног.

— Рад, что ты вернулся из Флориды целым и невредимым.

Уголок губ Далтона изогнулся в улыбке, он опустился в кресло напротив стола Джейса. Кейден занимал другое кресло. «Ладно, братец, — подумал он, — я сыграю в твою драцкую игру».

— А почему я не должен вернуться целым и невредимым?

Джейс усмехнулся.

— Поскольку и ты, и Джулс были в Майами в одно время, мы беспокоились, что ты можешь вернуться искромсанным. Разорванным на куски.

Слова, «искромсанным» и «разорванным», заставили Далтона вспомнить платье Джулс в тот вечер в клубе. Это положило начало самых приятных шести ночей в его жизни. Ему пришлось подавить хриплое рычание, пытаясь пробиться сквозь воспоминания. Он поерзал в кресле и откашлялся.

— Почему вы думаете, что наши пути вообще пересекались?

— А разве нет? — спросил Кейден, внимательно изучая его.

Далтон покачал головой.

— Что такое? Вы лезете в мои дела?

— Почему нет? Тебе точно нравится влезать в наши, — ответил Кейден.

— Согласен, — добавил Джейс.

Далтон пожал плечами.

— Это было до того, как вы женились. Сейчас лезть в ваши дела нет никакого смысла, потому что у вас унылая жизнь.

Кейден рассмеялся.

— Ты так думаешь?

— Да.

— Не хотелось бы тебя разочаровывать, — сказал Джейс, улыбаясь и вертя ручку между пальцами. — И ты так и не ответил на вопрос о том, пересекались ли ваши пути с Джулс.

Если он откажется отвечать, они воспримут это как «да». Поэтому он решил солгать им. Это будет не в первый раз.

— Извините, что разочаровываю вас, парни, но я не видел Джулс.

— Ни разу? — настаивал Кейден.

Далтон закатил глаза, отказываясь отвечать.

— Надеюсь, причина, по которой ты вызвал меня сюда, Джейс, заключалась не в том, чтобы расспрашивать меня о Джулс.

Джейс бросил ручку на стол и кивнул.

— Ты прав. Эта встреча не имеет никакого отношения к Джулс. Мы хотели ввести тебя в курс дела о Брэнди Букер. Марсель обнаружил, чьим ключом она воспользовалась, чтобы проникнуть в твой кабинет.

— Дай-ка угадаю. Она сделала дубликат, — сухо сказал Далтон.

— Нет. Только служба безопасности компании может делать дубликаты ключей, а им не поступало ни одного заказа.

Далтон пожал плечами.

— Это ничего не значит, если знаешь нужного человека. Брэнди была красоткой. К тому же чертовски горячей.

Кейден нахмурился.

— Конечно же, тебе это хорошо известно. Надеюсь, ты не солгал нам о том, что у тебя с ней не было романа, Далтон. Особенно после того, как я встал на твою защиту перед Марселем.

Далтон вытянул ноги перед собой. Брэнди много раз флиртовала с ним. Даже намекала на свою доступность и стремление угодить. Хотя он время от времени флиртовал с ней в ответ, последнее, что его интересовало, — это служебный роман. Он решил, что Брэнди из прилипчивых, а это не предвещало ничего хорошего, когда бы он ее бросил, что, в конце концов, произошло бы, словно она... горячая картошка.

— Выдохни, Кейден, я говорил серьезно, мы с Брэнди не спали. Черт, я даже ни разу ее не целовал. Мы с ней дружили, не более.

Джейс фыркнул.

— Вместо того, чтобы дружить, возможно, вам следовало придерживаться отношений работник-работодатель.

Далтон улыбнулся.

— О, как вы с Шаной? И, пожалуйста, не говори мне, что ваша с Шаной ситуация другая, потому что это не так. Особенно когда у нее стал расти живот.

Далтон знал, что его заявление стало суровым напоминанием старшему брату о том, чем он и его нынешняя жена занимались несколько месяцев назад, вероятно, в рабочее время. В чужом глазу соринку увидишь, а в своем бревна не замечаешь.

— Не обращай на него внимания, Джейс, — вклинился Кейден. — Просто скажи ему о ключе.

Следуя совету Кейдена, Джейс сказал:

— Ключ, которым Брэнди воспользовалась, чтобы попасть в твой кабинет, принадлежал маме.

Далтон приподнял бровь.

— Ключ мамин?

— Да.

— Откуда у нее мамин ключ?

Кейден глубоко вздохнул.

— Хороший вопрос, это мы и пытаемся выяснить.

Услышав сигнал, раздавшийся из интеркома на столе Джейса, он нажал кнопку и сказал:

— Да, Кристина?

— Миссис Шайло Грейнджер здесь, чтобы увидеть мистера Кейдена Грейнджера. Мне попросить ее подождать в его кабинете?

Далтон наблюдал, как широкая улыбка расплылась по лицу Кейдена.

— Нет, направь ее сюда, — ответил Кейден за Джейса. Затем, обращаясь к Далтону и Джейсу, сказал: — У нас свидание за ланчем. Она пришла рано.

— Тогда ей следует подождать в твоем кабинете, — сказал Далтон, решив подколоть брата. Он разозлил Джейса, так что с таким же успехом мог достать и Кейдена.

— Катись к черту, Далтон, — рявкнул Кейден.

Далтон не смог удержаться от смеха. Братья так старательно защищали своих женщин. Как же он рад, что о нем такого не скажешь. Его мысли вернулись к Джулс. Он признался бы, что проявлял по отношению к ней собственнические чувства, что было очень на него не похоже. Прошлая неделя это доказала, особенно, когда они ходили на пляж и она надевала, вероятно, самое крошечное бикини, которое смогла найти. Мужчины пялились на нее, а женщины из-за этого смотрели на нее с ненавистью. Он бросал на мужчин сердитые взгляды, только лишь за то, что осмеливались посмотреть в сторону Джулс, но какой мужчина в здравом уме не сделал бы этого? Однако, то было тогда. Он вернулся на знакомую территорию, и единственная мысль, которая у него осталась о Джулс, — насколько хороша она в спальне. Теперь, он выкинул ее из головы, как говорится, с глаз долой, из сердца вон. Он преодолел свою одержимость ею.

Они встали, когда дверь открылась и вошла Шайло Тиммонс Грейнджер. Далтон признавал, что она красивая женщина. Но Кейден влюбился в нее, когда они оба были детьми, носили подгузники, лазали по деревьям и занимались всем тем, чем занимаются дети в Саттон-Хиллз. Обе семьи понимали, что им суждено быть вместе, когда они станут старше, и все было в порядке, пока Шеппарда не отправили в тюрьму за убийство Сильвии Грейнджер. Затем Тиммонсы запретили Шайло и ее старшему брату Седрику, который в то время был лучшим другом Джейса, каким-либо образом контактировать с детьми Грейнджеров. Они не хотели, чтобы Шайло и Седрик общались с отпрысками преступника. Это ни на йоту не волновало Далтона, но беспокоило Кейдена и Джейса, потому что они потеряли своих лучших друзей. Отец Шайло, Сэмюэль Тиммонс, был ублюдком и сущим кошмаром, на протяжении многих лет он угрожал ей тем, что произойдет, если они с Кейденом воссоединятся. И, вероятно, так же угрожал Седрику. Их мать, Сандра Тиммонс, была слабой, как и ее дети, и делала все, что говорил Сэмюэль. Но Далтон, по крайней мере, отдал должное Шайло за то, что она выступила против отца и разыскала Кейдена, когда они стали старше.