ГЛАВА ВТОРАЯ Пейтон

Чёрт возьми! Я знала, что он будет здесь, и знала, что он, вероятно, все еще будет таким же греховно великолепным, каким был пять лет назад, когда разбил мое девичье сердце на крошечные осколки. Но когда я увидела, как Джонни дерется в той клетке, выглядит злобно и просто источает опасность, то поняла, что прийти сюда было самой большой ошибкой в истории. Это даже превзошло гигантскую ошибку в суждениях, которую я допустила в ту ночь, когда ошибочно подумала, что Джонни Кейд хочет меня. Когда я думала, что у меня есть шанс с таким парнем, как он.

Я проталкивалась сквозь толпу, отчаянно ища водку, текилу, отбеливатель... Все, что могло бы прогнать образовавшуюся боль в груди... и восставшую потребность между ног. Прошло много лет, а Джонни все еще умудрялся превращать меня в идиотку, в голове которой не было ничего, кроме образов атласных простыней и грязных действий.

Я выдохнула, когда подошла к бару и заказала выпивку. По какой-то глупой причине я думала, что буду достаточно сильной, чтобы встретиться с ним лицом к лицу, посмотреть в глаза человеку, которому даже после всех этих лет все еще принадлежала частичка моего сердца. Я надеялась, что буду достаточно уверена в себе, чтобы выставить напоказ то, чего у меня не было пять лет назад, и сунуть это ему в лицо. Чтобы показать ему, что он упустил. Видит Бог, я упорно трудилась, чтобы привести свое тело в ту форму, в которой оно было сейчас, — потратила годы на тренировки, упражнения и позаботилась о том, чтобы всегда выглядеть наилучшим образом. После того, как Джонни отверг меня, заставив почувствовать, что я недостаточно хороша для него, я пообещала себе, что никогда не буду чувствовать себя такой никчемной, как тогда.

Люди толкались и пихались, все пытались достать выпивку. Вокруг толпились сотни людей, они пили, ругались и танцевали под музыку, которая играла где-то между драками. Атмосфера была наэлектризованной и чрезвычайно заразительной. Каждый мужчина и каждая женщина, казалось, были под кайфом от жизни... или от экстаза. В любом случае, они были чертовски под кайфом.

После того, как Лиам рассказал мне о Джонни и подполье для проведения боев, в которых он принимал непосредственное участие, я решила провести собственное расследование. Судя по всему, эти бои проходили два раза в месяц, в разные дни недели и на разных площадках. Две недели назад это был школьный подвал. На этой неделе это было заброшенное здание на другом конце города. Но одно можно было сказать наверняка: эти ночи боев были мокрым сном каждого уважающего себя букмекера. Даже сейчас, когда я расположилась у бара в ожидании своей порции текилы, я видела толпы людей, обменивающих деньги, букмекеров, делающих заметки. Это было безумие. Деньги, кровь и насилие, казалось, были целью игры здесь, внизу.

Я взглянула на двери, через которые мы с Лиамом прошли ранее, где два здоровенных звероподобных парня охраняли вход. Это была еще одна особенность этих боев. Как только вы вошли, вы не могли просто взять и уйти, пока все бои не закончатся. Они контролировали это, и они так же гарантировали, что никто не сможет предупредить полицию. А я даже не потрудилась взять с собой свой мобильный телефон, так как знала, что здесь не ловит сигнал. С тех пор как Лиам записался на бои, у него появилось немало инсайдерской информации. То, что они использовали средства блокировки сигналов, как раз и было крупицами такой информации. Организаторы этих мероприятий — которых, кстати, никто не знал в лицо — приняли все возможные меры, чтобы не было никаких помех, особенно со стороны федералов. Почему Лиам хотел стать частью этого, было выше моего понимания. Но мой старший брат всегда был одним из тех, кто был не чужд животной стороны жизни, и тех, кто жил на грани — возможно, именно поэтому он и Джонни были такими близкими друзьями в прошлом. Бог свидетель, именно это в первую очередь и привлекло меня в Джонни. Он был полной противоположностью тому, чего должна была хотеть такая пай-девочка, как я. Джонни был диким, беззаботным и плохим парнем во всех отношениях. Судя по всему, он все еще был… нет, к черту все это. Судя по его технике боя, он был намного хуже. Джонни Кейд был бесстыдно плохим, злобно неукротимым и порочно соблазнительным. Я так чертовски облажалась.

Я схватила стопку текилы, стоявшую передо мной, и уже собиралась поставить ее обратно, когда почувствовала мягчайшее прикосновение к ложбинке на спине. Дрожь пробежала по моей спине, и я молча прокляла свое тело за то, что оно так отреагировало.

— Джонни, — прошептала я, ненавидя и любя это имя одновременно.

— Никогда не думал, что ты любительница текилы.

Я закрыла глаза, его голос, его присутствие, все в нем посылало волны электричества, разбивающиеся о каждую кость в моем теле. Удивительно, как даже после всех этих лет ему все еще удавалось заставить мое сердце биться быстрее, а мои бедра сжиматься крепче.

Я залпом выпила текилу и проглотила, обжигающий привкус алкоголя творил чудеса, успокаивая мои нервы. Это заставило меня больше сосредоточиться на боли в животе, чем на жаре между ног.

С очередным приступом смелости, порожденным текилой в моей крови, я повернулась к нему лицом.

— Это лишь очередной признак того, что ты меня совсем не знал.

Его темно-карие глаза, казалось, радостно улыбались мне, а полные губы изогнулись в лукавой усмешке.

— Я думаю, проблема была в том, что ты никогда по-настоящему не знала меня, Пейтон.

— Да, но ты в значительной степени исправил это, когда показал мне свое истинное лицо в ту ночь, когда свалил.

Джонни сделал шаг вперед, его высокая, крупная фигура отбрасывала на меня тень. Джонни был намного крупнее, чем я помнила, его обнаженная грудь была покрыта смелыми и замысловатыми татуировками. Напряженные мышцы на его животе дразнили кончики моих пальцев, широкие плечи посылали в мой разум следы от ногтей на его исцарапанной плоти. Не делая ровным словом ничего, кроме как стоя в шаге от меня, Джонни излучал настоящую мужскую силу. Все в нем кричало о преобладании альфы — грубая, дикая сексуальность... И все это имело прямую связь с моим естеством. Вот дерьмо.

Джонни наклонился ближе, и даже после драки, в парах спертого воздуха он все еще источал приятный аромат. Запах мяты и мужского одеколона, перемешанный с потом и тестостероном в качестве базовых нот... был восхитительно порочным.

Мое сердце начинало биться все быстрее и быстрее, чем ближе Джонни подходил, и каждой унцией самообладания, которое у меня было, я боролась с нежданно нахлынувшей потребностью обнять его за шею и прижаться губами к его губам. В глубине души какая-то часть меня хотела знать, был ли он все еще так же хорош на вкус, как тогда, сможет ли он все еще заставить мои колени подогнуться от одного нежного прикосновения его губ.

Взгляд его темных глаз пригвоздил меня к месту, и я откинулась назад всего на дюйм.

— Я плохой человек, Пейтон. Никогда не был пай-мальчиком. Я эгоистичен. Бесстыден, и я ядовит для такой женщины, как ты. Уйти от тебя было одним из немногих правильных решений, которые я принял в своей жизни, и я не жалею об этом.

Его слова пронзили мою грудь, как кинжалы, заставив меня сделать глубокий вдох.

Пять лет. Пять чертовых лет, при этом в общей сложности и десяти минут не наберется, что мы находились рядом, а он уже обладал силой причинить мне нестерпимую боль.

Я выдержала его пристальный взгляд, мысленно перечисляя сто одну причину, по которой мне не следовало приходить сюда... И все же я не могла игнорировать единственную причину, по которой я должна была прийти. Потому что я так хотела. Так сильно хотела увидеть его. Мне хотелось снова заглянуть в темные глаза Джонни и почувствовать, как я уплываю, все глубже погружаясь в самую его суть. Все эти годы я носила в себе неуверенность в том, что никогда не смогу двигаться дальше, и я хотела приехать сюда и посмотреть, так ли это на самом деле... как оно и было. Все, что потребовалось, - это один взгляд в его глаза, и я поняла, что забыть его никогда не будет для меня вариантом.

Я сделала шаг назад, случайно наткнувшись на кого-то позади меня. Я резко обернулась.

— Простите.

Парень со светлыми волосами, завязанными на затылке, размером с гребаный дом, посмотрел на меня сверху вниз такими темными глазами, что они казались черными.

— Не нужно извиняться. Маленькие красотки вроде тебя всегда могут спокойно натолкнуться на меня.

— Эм...

— Отвали, Дик. — Джонни положил руку мне на грудь и оттолкнул меня назад.

— Меня зовут Рик.

— Мне посрать.

По тому, как Джонни и Рик смотрели друг на друга, казалось, что вот-вот начнется битва титанов. Я чувствовала враждебность, враждебность, порезавшую воздух, будто острый нож.

Рик мотнул подбородком в мою сторону.

— Она твоя?

— Да, она моя.

Что?

— Я ни разу не твоя. — Я попытался встать перед Джонни, но он просто снова оттолкнул меня.

Рик улыбнулся, а Джонни хмуро посмотрел на меня через плечо.

— Вижу, у тебя все еще есть способность говорить, когда тебе следует заткнуться, черт возьми.

— А у тебя все еще есть способность быть мудаком.

Брови Джонни поползли вверх.

— Заткнись. Черт возьми.

Отлично.

Джонни снова повернулся к Рику.

— Она моя, и ты знаешь правила. Не мочись на чужое крыльцо. Так что тебе следует отвалить на хрен.

Рик фыркнул и поднял руки, капитулируя.

— Конечно, Стил. Мне бы и в голову не пришло связываться с девушкой чемпиона.

О, ради всего святого. Я снова попытался протиснуться мимо Джонни.

— Я не чемпион... — Но Рик уже ушел, его широкие плечи были хорошо видны сквозь толпу.

Я уставилась на Джонни.

— Я не твоя девушка... или что-то в этом роде. Так что я была бы тебе крайне признательна, если бы ты просто оставил меня в покое, черт возьми. Мне не нужно, чтобы ты вел себя по-рыцарски, пытаясь защитить меня.