ГЛАВА 6

ОЛИВ

— Напомни мне, почему ты снова не смогла пойти со мной? — прошептала я Люси по телефону, сидя в углу белоснежной приемной, прислонившись лбом к стене и ожидая, когда меня позовут.

— Детка, успокойся. Если бы не занятия у этой сучки, ты же знаешь, я бы сейчас держала тебя за руку. Тетка и так имеет на меня зуб, так зачем мне подливать масла в огонь? К твоему приходу я буду ждать тебя уже с рюмочкой текилы, чтобы отпраздновать. Сконцентрируйся на этом. Это поможет.

Я закрыла глаза. Меня ужасно тошнило от волнения. Чтобы успокоиться и сосредоточиться на чем-то другом, я начала вышагивать в своем маленьком углу.

«Мысли позитивно», — успокаивала я себя.

Мысли позитивно.

Белокурая девушка сидела на угловом белом диване. В течение последних десяти минут она то и дело набирала смс-ки и делала бесполезные селфи. Вся расфуфыренная и намазанная таким количеством тонального крема, что он пятнами выделялся на ее коже. С тех пор, как вошла в эти двери, она ни на секунду не выпускала из рук телефон в чехле с ушами Микки Мауса.

Господи, не представляю, зачем делать сколько гребаных снимков, сидя в одном месте и улыбаясь одной и той же фальшивой улыбкой? Я прекратила считать после тридцатого.

Увидев, как она, надув губы и выпятив грудь, делает очередное селфи, я застонала.

— Кажется, меня сейчас стошнит, — прошептала я в трубку.

— Ой, заткнись. Просто возьми себя в руки, будь собой и срази их своей милой улыбкой.

— Раз уж ты так дерьмово поступила со своей лучшей подругой, по крайней мере, напомни, почему Шар не смогла пойти со мной?

Люси тяжело вздохнула.

— Возьми ты ее с собой, Шарлотта просто тряслась бы рядом. Вот почему мы и не сказали ей, куда ты пошла, помнишь?

Так и есть. Она права. Если бы Шарлотта была сейчас вместе со мной, то нас запомнили бы, как трясущийся от страха дуэт — не самый лучший вариант первого впечатления, особенно на людей из студии, заинтересовавшихся экранизацией твоей книги.

— Я ненавижу тебя.

— Я тоже тебя люблю, моя тревожная малышка.

— Люси, — начала я снова жалостливым голосом, — встреча была назначена на два тридцать, сейчас уже почти три. Может, мне стоит уехать? Может, они ошибочно назначили встречу. Кого я обманываю, да? Очевидно же, что ничего не произойдет. У меня нет желания дожидаться, пока кто-нибудь выскочит с воплем: «Розыгрыш, сучка!». Я просто хочу вернуться домой. Можно я поеду домой, пожалуйста?

— Нет, нельзя. Я запрещаю тебе возвращаться домой, пока ты не встретишься с этими людьми, после чего вернешься с хорошими новостями и кучей денег. Теперь, закрой глаза.

— Зачем?

— Сделай это, Олив.

— Ладно. Мои глаза закрыты. Ты можешь приехать и открыть их, если хочешь получить звание лучшей подруги года.

— Оно и так у меня есть, детка, так что это бессмысленная угроза. Твои глаза закрыты?

— Да, — фыркнула я.

— Хорошо. Теперь, представь, что ты река.

— Ох, — простонала я. Только не эту херню снова. — Что ты делаешь?

— Успокаиваю тебя, черт побери.

— Когда говоришь мне, что я река?

— Да. Теперь, заткнись и представь, что ты река. Ты течешь; никто и ничто не может остановить тебя. Ты чувствуешь солнечный свет на себе… повсюду, и это делает тебя счастливой. Ты весело искришься. Затем ты превращаешься в небольшой водопад. Хотя нет, ты превращаешься в величественный водопад и затем…

— Ладно, ладно, Люси, — я прервала ее, прежде чем она произнесет еще больше чуши. — Я спокойна. Ты успокоила меня. Я — холодная река, искрящаяся от веселья, а затем превращающаяся в величественный водопад.

— Великолепно. Только что мимо прошла сексуальная задница Джеймсона, поэтому мне пора идти и ухватить себе кусочек, — я попыталась вмешаться, но она шикнула на меня. — Заставь меня гордиться тобой, увидимся дома. Пока-а-а-а!

Я открыла рот, но она уже повесила трубку. Я опустила телефон и улыбнулась. Она нисколько не успокоила меня, но у нее всегда получается заставить меня улыбнуться.

Я осмотрела черно-белый офис. Все выглядело так дорого: картины на стенах, мебель, ковер, даже чертовы окна смотрятся дорогими и блестящими. Чувствуя себя голой, нервной, испуганной, взволнованной — я уже упоминала про наготу? — я сделала шаг, чтобы сесть рядом со счастливой цыпочкой, но, когда заметила, что она вытащила из сумочки палку для селфи, резко передумала.

Лучше уж ходить туда-сюда.

Мой взгляд сосредоточился на женщинах, сидящих за огромной, в форме полумесяца, стойкой регистрации. Все они выглядели, как модели, а не как секретарши. С идеальными прическами, в то время как мои волосы — это полнейший кудрявый беспорядок. Я мельком глянула на свою одежду… ну, очевидно, я не вписывалась в их стандарт: на мне не было юбки-карандаш, блузки и офисных туфель на высоких каблуках, но выглядела я хорошо. Всего несколько часов назад Люси вынудила меня надеть облегающую черную юбку с простой белой рубашкой и тонкой кожаной курткой. Конечно, она пыталась заставить меня обуть туфли на каблуках, но я все-таки пошла в своих счастливых высоких ботинках. Я успокаивала себя мыслью, что в таком наряде выгляжу модно и чувствую себя комфортно. Однако это совсем не помогло — я чувствовала себя здесь не к месту.

Я сосредоточилась на брюнетке, сказавшей мне подождать несколько минут, поскольку руководители студии запаздывают. Вот только эти несколько минут уже превратились в сорок.

Пожалуйста, не осуждайте меня. Обычно я ничего не имею против ожиданий. Черт возьми, в любой другой раз, я бы присела рядом с этой фотографирующейся цыпочкой и сама сфоткала бы, как она делает свои селфи, а потом вернулась бы домой, и мы поржали бы над ней вместе с Люси и Шарлоттой. Но минуты реально тянутся очень медленно, когда ты, почти лишившись самообладания, вынужден предстать перед кучкой незнакомцев. Поэтому я непроизвольно бросала острые, как кинжалы, взгляды в сторону этих секретарш модельной внешности.

Черт, ну как им не стыдно? Что за жестокие люди! Разве можно так играть с моими эмоциями? Мне кажется, они заслужили каждый из моих мысленно посланных в их адрес кинжалов.

Наконец брюнетка встретилась со мной взглядом, поднесла палец к уху, слушая, что ей говорят на другом конце ее Bluetooth-гарнитуры, после чего кивнула.

— Мисс Тейлор, — позвала она меня.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и направилась к ней.

Она уже встала со своего места и направилась в мою сторону. На середине пути мы встретились.

— Я — река. Я могу мирно течь, — пробормотала я себе под нос.

— Простите?

— Ох, ничего. Извините, — я натянуто ей улыбнулась.

— Я отведу вас в офис мистера Томаса. Они готовы вас принять.

— Спасибо, — сказала я, стараясь держать руки по бокам вместо того, чтобы сделать что-то сумасшедшее: например, схватить ее за руку, чтобы немного зарядиться ее спокойствием.

В этом ведь нет ничего такого, да?

Она искренне мне улыбнулась, впервые по-настоящему, и направилась по длинному коридору.

Мы повернули направо, прошли мимо еще более дорогих картин и каких-то афиш, затем повернули налево, на этот раз проходя мимо целой кучи маленьких кабинетов. Каждый раз, когда мы приближались к открытой двери, у меня душа уходила в пятки от волнения. После очередного поворота я начала ощущать себя хомяком, пытающимся добраться до своего угощения. В конце перед нами оказалась только одна большая дверь.

Я остановилась. Я на самом деле это делаю? Это действительно происходит?

Черт!

Кого я обманываю, это станет полной катастрофой!

Я никакой не величественный водопад. Совсем нет.

Брюнетка остановилась рядом с дверью, и ее рука замерла на ручке. Очевидно, она ждала, пока я подойду ближе, но у меня были другие намерения. Я взглянула на нее.

Борьба или побег?

Я в нескольких секундах от побега.

Проклятие!

Сколько поворотов мы сделали? Я смогу найти выход из этого адского лабиринта без нее?

Пытаясь понять это, я рефлекторно шагнула назад, но в следующую же секунду почувствовала, как на удивление сильной рукой она подхватила меня под спину, и, встав передо мной, спросила, все ли в порядке.

Из моего горла вырвалось какое-то непонятное ужасное мяуканье, и я закашлялась. Когда я покончила со всей этой ерундой, ее лицо смягчилось.

— Извините, — пробормотала я.

— Вы нервничаете из-за встречи?

— Неужели это так очевидно? — сказала я, пытаясь посмеяться над нелепостью ситуации.

— Вам не стоит волноваться. Мне понравилась ваша книга, — заявила она, шокировав меня.

Мои глаза округлились.

— Что? Серьезно? Вы читали мою книгу? Вы знаете, кто я? Вы сказали, вам понравилась моя книга? — переспросила я, затаив дыхание. Ну, у нее, очевидно, хороший вкус, ведь, в конце концов, книга чертовски хороша.

— Да, да, и конечно я знаю, кто вы. А сразу после этой встречи, если вы примите их предложение, гораздо больше людей узнают о вашей истории. Вас ждет большой успех.

Я не хотела становиться успешнее или знаменитее. Мне ничего не хотелось. Сейчас моим единственным желанием было — забраться в кровать и спрятаться под одеялом.

— И сейчас вам лучше войти, — я заметила, что она ожидает, когда я сдвинусь с места, — у мистера Томаса насыщенный график, и он уже нарушен, — она взглянула на свои изящные наручные часы, а затем опять на меня. — Входите немедленно, потому что до его следующей встречи не так много времени.

Я не сдвинулась с места.

Не дав мне очухаться, она открыла дверь и завела меня внутрь.

В шаге от того, чтобы опозориться, я остановилась и услышала отчетливый звук закрывающейся двери. Я посмотрела через плечо.

Она ушла.

Предательница!

Я обернулась и оказалась лицом к лицу с тремя мужчинами в костюмах.

Всего мгновение я не знала, что делать, а затем мысленно встряхнулась и направилась к ним.

Я и так уже опростоволосилась, так хотя бы надо сделать вид человека, уверенного в том, что делает.