– Нет, но…

– Если бы какой-то коннозаводчик постучался в парадную дверь, ты бы впустил его в дом?

– Если бы это был Салливан Уоринг, то да, впустил бы.

– А ты отдал бы ему картину?

– Я… – Дуглас замолчал. – Хм, может ли он доказать, что картина принадлежит ему?

– Сомневаюсь в этом.

Дуглас прошагал к окну и вернулся обратно.

– Тебе придется предупредить его, чтобы он ничего больше не крал. Если его поймают, а люди догадаются о том, что сначала он украл у нас, а потом ты наняла его, хм, то это будет выглядеть очень скверно.

– Именно об этом я и говорю тебе; он угрожал совершить кражу у кого-то еще.

– Тогда, если ты не можешь сообщить о нем на Боу-стрит, тебе придется спровадить его. – Брат насупился. – И я не могу поверить, что сказал это.

– Оливер предложил кого-то еще, кто может закончить тренировку Зефир, – неохотно предположила Изабель. Может быть, лорд Тилден все же оказался прав насчет характера Салливана.

– Кого?

– Я не уверена. Барнетт? Что-то вроде этого.

– Это был Том Барретт?

– Да, именно так.

Дуглас покачал головой.

– Он чересчур разрекламирован. Может заставить лошадь бежать быстрее ветра, но животное с такой вероятностью может упасть замертво, как и выиграть еще одни скачки. Он не знает о том, что можно ездить медленнее галопа.

– Это ужасно. Почему Оливеру вздумалось порекомендовать его?

– Ты на самом деле глупая девчонка, – заметил ее брат. Барретт – не Уоринг. Вот почему. Конечно же, он, вероятно, не знает о твоей боязни лошадей, но я в любом случае никогда не пригласил Барретта тренировать верховую лошадь для леди.

– Потому что ты все еще больше доверяешь Барретту, даже несмотря на то, что знаешь то же, что и я. – Хм, не все, но достаточно близко к истине. – Видишь? Я тоже в такой же ситуации.

– Полагаю, я… я доверяю ему с твоей Зефир. Но это касается лошадей, он умеет управляться с ними. Что касается остального, то ты должна дать мне больше одной минуты, чтобы подумать об этом, Тибби.

– Согласна. Он вернется сегодня днем.

– О да. К тому времени я должен буду во всем разобраться. – Дуглас бросил на нее еще один недоверчивый взгляд. – Беру свои слова обратно, – продолжил он, снова упав в кресло. – Это может занять целый день. Ты уверена, что я не могу рассказать кому-то еще?

– Совершенно уверена.

– Тогда хватит одного дня. Несомненно.

Изабель знала, что брат говорил с ехидцей, но какая-то ее часть надеялась на то, что он найдет пару ответов, которые она сможет принять как должное. Потому что когда она не сердилась и не разочаровывалась в Салливане Уоринге, то не могла думать ни о чем другом, кроме как снова поцеловать его. А это не сулит ничего хорошего.