«На самом деле, рейв, вероятно, оказался лучшей частью всего этого уик-энда. Может, нам стоит пойти на другой…».

— Приеееем, — ворвался в ее мысли голос Арчера. — Земля вызывает Джо. Мы на месте.

Она вытянулась по стойке «смирно» и огляделась. Они вернулись на смотровую площадку Юниверсал на Малхолланд-драйв. Только на этот раз светило солнце, а вокруг сновали люди. Никаких очаровывающих Джо мерцающих огней, но все равно вид был потрясающий.

— О-о-о-у, на этом месте? — выдохнула она, медленно вылезая из машины. — Арчер, как мило.

Проснувшись утром, Арчер сообщил, что они собираются прокатиться. Он не сказал ей, куда, просто велел собраться и сесть в машину. Джо не потрудилась спросить его о чем-либо, просто сделала, как ее просили.

Именно так и происходило между людьми, которые в течение многих лет были лучшими друзьями, а теперь встречались и жили вместе. Джо безоговорочно доверяла Арчеру. Он знал ее лучше, чем кто-либо на планете, любил ее и заботился о ней. Подарил ей дом и полную новую семью.

Оказалось, что торговля кокаином не была любимым занятием Арчера. Шок, да и только. До их безумного уик-энда он уже натворил много сомнительных делишек, из-за которых испытывал неловкость. Но застрелить человека и таскаться с его телом все выходные? Это уже слишком.

Кроме того, это была одна из просьб Джо. Она бы любила его и осталась с ним, несмотря ни на что, но наркотики и опасность пугали ее. Не потребовалось ни споров, ни убеждений — она сказала ему, что боится, и он пообещал, что покончит с этим. Ему было все равно, придется ли снова работать в гараже, или на самом деле найти работу на стройке, или где похуже.

Его отец отнесся ко всему довольно понимающе. В конце концов, Арчер был его любимцем. И, как он и говорил, Сантане нравилось баловать своих детей. Он уверил, что никогда больше не попросит сына заниматься чем-либо противозаконным, но при одном условии. Он хотел, чтобы сын жил поблизости.

Фигня-вопрос. Арчер едва успел рассказать о просьбе отца Джо, как та уже начала собирать те немногие вещи, что у нее еще оставались — кто в здравом уме откажется от бесплатного дома в Малибу!? А поскольку у Арчера не было работы, отец устроил его менеджером в иностранную автомастерскую. Джо испытала облегчение, рассказав матери, что переезжает в такой дорогой дом. Она объяснила, что оплата аренды — одна из льгот новой работы Арчера.

Своей маме Арчер наплел про выигрыш в лотерею.

— До сих пор не могу поверить, что твоя мама купилась на историю с лотереей, — усмехнулась Джо, обходя машину. Он чуть отодвинулся, и она села, прислонившись к капоту, и стала разглядывать открывающуюся панораму.

— Ага. Ее муженек продолжает клянчить у меня деньги, — фыркнул Арчер, наклоняясь к ней. Она повернулась и улыбнулась ему.

— Спасибо, что привез меня сюда, — сказала она. — Но должна спросить — по какому случаю?

— Ты не знаешь, какой сегодня день? — удивленно спросил он.

— Э-м... а должна?

Изобразив шок, Арчер прижал руку к сердцу.

— Поверить не могу. Словно наши отношения ничего для тебя не значат.

Джо фыркнула и напрягла мозги. Прошло чуть больше шести месяцев с тех пор, как они впервые переспали, и с тех пор, как он ее спас. Чуть больше полугода с момента, как он чуть не испортил ей жизнь. Как-то не походило на юбилейную дату.

— Очевидно, произошедшее в этот день, ничего для меня не значило. Что это было? — смущенно спросила Джо.

— Прошло ровно два года с тех пор, как я впервые увидел твои сиськи.

Она расхохоталась и шлепнула его по руке.

— Что? Два года? Когда? Как?

— Мы были на пляже, помнишь? У тебя слетел верх купальника, когда ты выходила из воды.

— О боже, — выдохнула Джо. — Точно! И там тусила группа французиков, вроде как школьники по обмену! Кучка восьмиклашек. Я думала, меня арестуют.

— Джо, я всегда к тебе неровно дышал, но после того дня... другие женщины перестали для меня существовать, — вздохнул Арчер. Она снова его шлепнула.

— Какой же ты романтик.

— Я знаю.

— Свинья.

Мгновение они погрузились в молчание, затем Джо повернулась к нему лицом.

— Ты действительно поэтому привез меня сюда? — спросила девушка. Арчер рассмеялся.

— Нет, ну, то есть, я понял, какой сегодня день, и это как бы вдохновило меня. Немного сюрреалистично, не так ли? Ты и я, вместе. После всех этих лет и всего этого сумасшедшего дерьма. Я все еще не могу в это поверить. Я просто… хотел поблагодарить тебя, — сказал он. Джо улыбнулась.

— Как мило. Тебе не нужно меня благодарить.

— Нужно. Ты — лучшее, что случалось в моей жизни, лучшая в постели, лучший... лучший друг, о котором только можно мечтать. Терпишь мое дерьмо, следишь за тем, чтобы я правильно питался, и такое вытворяешь языком, что это сводит меня с ума. Так что, спасибо тебе, и я очень сожалею, что мы не стали встречаться намного раньше.

Арчер наклонился и быстро ее поцеловал.

— Что ж, не за что. И мне жаль, что ты был наркоторговцем, лживым засранцем, у которого никак не хватало смелости рассказать мне о своих чувствах.

Арчер громко расхохотался.

— Ты и сама не особо откровенничала. Ты была влюблена в меня гораздо дольше и даже словом не обмолвилась.

— Я лэй-ди тонкой душевной организации, и подобные вещи мы просто так не выбалтываем

— Джо, в тебе буквально нет ничего от леди.

Когда Арчер поцеловал ее на этот раз, в поцелуе не было ничего быстрого. Он схватил ее за бедра и притянул так, что их тела прижались друг к другу. От движений его языка Джо застонала, но как только он начал скользить руками вверх по ее талии, она вскрикнула от боли и отстранилась.

— Ай, — прошипела она, и Арчер поморщился.

— Черт. Извини, все время забываю. Ты в порядке?

Они оба посмотрели вниз, и Арчер осторожно приподнял низ ее майки, чтобы осмотреть правый бок. Прямо под линией лифчика и до самого бедра, красовалась новая татуировка. Подарок Арчеру на день рождения — ее первая татуировка. Дерево, густо набитое черными чернилами. Точно такое же, как у него на боку и такое же, как она теперь знала, было у его отца.

Арчер сделал татуировку в виде дерева как раз перед переездом в Ван Найс, и постоянно отказывался рассказывать Джо о ее значении. Увидев такое же тату на теле его брата, Джо понял, что, должно быть, это нечто семейное.

Сантана, отец Арчера, стал тем, кто все ей объяснил. Татуировка символизировала их семейное древо. Корни — новый дом, который обрел Арчер. После того, как он придумал дизайн, все трое отправились в тату-салон.

Однако оказалось, что только Арчер и Сантана считали рисунок олицетворением семейных уз. Старший сын Родригеса набил его только для того, чтобы не выглядеть странно.

Малкольм Родригес. Удивительно, но он не погиб при взрыве на складе. Он получил ожоги второй и третьей степени по всей правой стороне тела, взрыв отбросил его от склада на несколько ярдов, а Арчер избил его до состояния недельной комы.

Но он выжил. Он был злом во плоти и, вероятно, психопатом, но остался в живых. Сантана обеспечил ему лучшую медицинскую помощь, какую только можно было получить за деньги, а потом, когда он достаточно поправился, чтобы покинуть больницу, фактически изгнал его. Домашний арест на семейной ферме в Мексике.

Ни Арчер, ни Джо не имели с ним прямого контакта, но знали все по слухам. Персонал болтал, что с каждым днем Мэл все больше сходил с ума. Джо старалась не думать об этом, потому что знала, Малкольм кончит плохо.

«Я лишь надеюсь, что, как бы ни закончилась его история, она не коснется меня».

Поскольку Арчер, по сути, потерял брата, Джо предложила сделать татуировку. В конце концов, они с Арчером были практически семьей даже дольше, чем он и Малкольм. Она беспокоилась, что, возможно, это оскорбит его, и была готова к отказу. Вдруг, это было между ними мальчиками или же чисто семейное дело.

Что за глупые мысли, безусловно, идея Арчеру понравилась. На следующий день, как Джо высказала ему о своем предложении, он потащил ее к своему татуировщику. Спустя несколько сеансов она была навечно отмечена им.

«Умоляю. Это случилось так давно».

— Все в порядке. Еще неделя или около того, и ты снова сможешь во всю меня лапать, — рассмеялась она, поправляя майку.

— Неделю? — заныл он. — Слишком долго. У меня начинается ломка, когда я не могу прикасаться к тебе, где захочу.

— Боже. Как ты выживешь, если я когда-нибудь решу сделать татуировку на другом боку? — спросила она. Арчер приподнял бровь, когда девушка потянулась к нему, подтягивая его футболку и цепляясь пальцами за пояс его джинсов.

— Уже думаешь о следующей?

— Конечно. Может, еще одну, как у тебя.

— Как у меня? Лук и стрелы? — предложил Арчер, имея в виду изображение на внутренней стороне бицепса. Она покачала головой и притянула его ближе.

— Брось. Ты же знаешь, какая моя любимая, — поддразнила Джо, водя пальцем взад и вперед по пуговице на джинсах. Арчер закатил глаза.

— О господи. Я ее выведу, — поклялся он. Джо снова рассмеялась и начала тянуть его за футболку, задирая ее ему на грудь. Он шлепнул ее по рукам, пытаясь остановить.

— Нет, ты не можешь так поступить, я ее обожаю.

— Она дурацкая

— Вовсе не дурацкая, — возразила Джо, замерев.

Она рассматривала татуировку над поясом джинсов. Пробегая глазами по буквам знаменитой цитаты.

— Джо, она совершенно чертовски идиотская.

— А вот и нет, — заупрямилась она. — Знаешь, почему?

— Просвети меня.

— Потому что ты сделал ее, напившись до потери сознания.

— Хм, полагаю, это и есть определение идиотизма.

— Нет, потому что, пребывая в бессознательном состоянии, ты хотел, чтобы твое тело было навсегда помечено чем-то, что всегда будет напоминать тебе обо мне, — пояснила девушка, широко ему улыбаясь.

— Очень мило. Но я думаю, что набил ее, потому что конкретно надрался, а ты заставляла меня смотреть этот мультфильм в миллионный раз.