ГЛАВА 26

Корин

Пэм, невеста моего брата, сидела рядом со мной во время маникюра. Она молчала, пока все выходили, и по какой-то причине у меня не возникло ощущения, что это нервы.

— Вам нужна моя помощь в финальной подготовке? — спросила я.

С ошеломленным выражением лица она повернулась ко мне.

— Что?

— Нужна какая-нибудь помощь?

Пэм предложила нам сходить на маникюр вдвоем. Она чувствовала, что нужно проводить больше времени с сестрой своего будущего мужа, что было странно, так как мы выросли вместе. Она жила всего в нескольких кварталах от нас и всегда сидела дома до того, как они с моим братом Риком начали встречаться.

— Гм, нет. Все готово. Моя мама позаботилась об этом. Я уверена, что Лори упоминала, какой занозой в заднице бывает моя мать.

Я слабо улыбнулась ей. Я ни за что не собиралась признаваться, что мама действительно рассказала мне о чрезмерной заботе мамы Пэм и ее выходках.

— Она не упоминала об этом.

— Тогда она святая, — фыркнула Пэм. — Я схожу с ума, Корин. Все, чего я хотела — простую свадьбу. Выйти замуж за мужчину моей мечты. Моя мать превращает это в кошмар.

— Почему бы вам не сбежать?

Пэм застыла, и до меня резко дошло, что я сказала.

— Подожди. Ты только что предложила... сбежать?

Я пожала плечами.

— Думаю, я пробыла в Техасе достаточно долго, чтобы это сказалось на мне.

Она подмигнула.

— Или ты проводишь слишком много времени с красавчиком, которого называешь бойфрендом.

— Пэм! Ты выходишь замуж за моего брата. Ты не можешь так говорить о моем парне.

Пэм закатила глаза.

— Пожалуйста, мне все еще позволено смотреть, и, дорогая, когда рядом появляется такой красивый мужчина, женщины будут смотреть.

В груди вдруг стало тяжело. Трудно было отрицать, что куда бы мы ни пошли, женщины смотрели на Митчелла. Я даже слышала, как они говорили о нем такие вещи, от которых у меня скручивало живот от отвращения. Конечно, Митчелл, казалось, ничего об этом не знал.

— Тебя не беспокоит, что все пялятся на него? — спросила Пэм.

Я пожала плечами.

— Не знаю. Иногда это беспокоит меня, но я не виню в этом Митчелла. Он, кажется, даже не замечает.

Пэм ухмыльнулась от уха до уха.

— О, поверь мне, Корин. Этот мужчина смотрит только на тебя.

Мои щеки вспыхнули.

— Не притворяйся, будто не знаешь, что этот человек боготворит землю, по которой ты ходишь. Как он на тебя смотрит? Как будто дышит только тогда, когда дышишь ты. Движется, когда ты двигаешься. Это очень романтично.

Я улыбнулась.

— Ну, нам пришлось проделать довольно долгий путь, чтобы добраться туда, где мы сейчас находимся. Все сначала тянулось, а потом понеслось вскачь.

— Ребята, вы уже сказали друг другу слово на букву «Л»?

Когда я не ответила сразу, Сэм схватила меня за руку.

— Ох. Мой. Боже. Корин! А ты?

Я прикрыла рот рукой, чтобы скрыть глупый девичий смешок, который грозил вот-вот вырваться наружу.

— Сказала?

— Ты, наверное, думаешь, что это слишком рано, но мы и так давно это знаем. Митчелл сначала отрицал, но к тому времени, как понял это, я начала отталкивать его. В конце концов, я не смогла устоять.

Пэм пошевелила бровями.

— Ну, а кто бы смог? Такое тело! Пронзительные голубые глаза. Черт возьми, держу пари, он хорош в постели.

Все взгляды обратились к нам, и я почувствовала, как мои щеки покраснели еще сильнее.

— Я не хотела бы это обсуждать, — сказала я, оглядываясь на женщин, теперь полностью настроенных на наш разговор.

— О да, поняла.

Я ударила Пэм по руке, и мы потеряли самообладание.

— Перестань так говорить о моем парне! Ты вот-вот выйдешь замуж!

— Эй, я говорю только правду. Хотя я не знаю, как ты относишься к мысли, что он полицейский.

У меня перехватило дыхание.

— Что ты имеешь в виду?

Пэм небрежно повела плечом.

— Я не думаю, что смогла бы справиться с этим, если бы знала, что Рик каждый день уходит на работу, где его могут ранить или убить.

Я с трудом сглотнула. Не то, чтобы я не знала, чем рискует на работе Митчелл. Я знала. Очень хорошо.

— Ты бы так и сделала. Ты будешь стоять рядом с ним и поддерживать его, что бы он ни делал.

Я почувствовала на себе ее взгляд и повернулась к ней.

— Корин, ты готова к тому, что с ним может что-нибудь случиться? Готова ли ты остаться одна, возможно, с ребенком или, не дай бог, с несколькими детьми?

Мое сердце мгновенно нашло ответ на этот вопрос. Мой мозг, с другой стороны, не позволял мне говорить. Наконец, я обрела голос.

— Ну, конечно. Если это означает быть с Митчеллом, я готова ко всему, что может случиться. В конце концов, с каждым из нас может произойти, что угодно, чем бы мы ни зарабатывали на жизнь.

Пэм смотрела на меня так, словно ей было меня жаль.

— Это моя мать тебя подговорила? — догадалась я.

Она отвела взгляд.

— Я так и знала. У нее есть проблема с тем, что Митчелл полицейский, и ей нужно это преодолеть. И она должна перестать посылать других людей, чтобы отговорить меня от отношений с единственным мужчиной, которого я по-настоящему люблю.

— О, Корин, я не пыталась этого сделать. Я вижу, как ты смотришь на Митчелла. Это ничем не отличается от того, как он смотрит на тебя. Твоя мама беспокоится, вот и все.

Я отвернулась и уставилась себе под ноги. Мои ногти были отполированы и покрыты красивым нежно-розовым лаком.

— Ну, ей не о чем беспокоиться.

Боль разлилась по моей груди, заставляя меня сделать глубокий вдох.

Мы с Пэм перевели тему на легкий разговор о свадьбе. Я смеялась и смеялась, хотя в глазах застыли слезы. Разговоры о том, что Митчелл работал полицейским, были давно забыты, и до меня дошло, как сильно я скучала по дому и семье. Маленькая часть моего сердца разбилась, зная, что через несколько коротких дней я уеду и вернусь в Техас.

***

Митчелл обнимал меня, пока кружил в медленном танце. Мне казалось, что я нахожусь на облаке. Растворяться в объятиях Митчелла было одним из самых удивительных ощущений в мире и тем, от чего я никогда не устану.

— Итак, твоя мама немного поболтала со мной, пока я танцевал с ней, — сказал Митчелл.

Я затаила дыхание. Если бы она подняла тему его работы, я бы очень расстроилась.

— Ах, да? О чем вы, ребята, говорили?

— Она упомянула, что приезжает в Техас. Я рассказал ей немного о ранчо и о том, когда лучше всего туда наведаться.

Я выдохнула воздух, который задержала.

— Я умоляла ее приехать в гости, а она всегда отвечала, что скоро.

— Ну, сложно загадывать. Но скоро у нее может появиться веская причина.

Мои брови сошлись на переносице.

— Ты о чем?

Пожав плечами, Митч наклонился и коснулся своими губами моих.

— Ничего, голубка. Я уже говорил тебе, как ты прекрасна в этом розовом платье?

Я игриво хлопнула его по плечу.

— Можешь называть вещи своими именами, Митчелл. Я похожа на бутылку от «Ваниш». Понятия не имею, почему Пэм выбрала именно этот цвет.

Митчелл притянул меня ближе. Когда его горячее дыхание коснулось моей шеи, мое тело воспламенилось.

— Я хочу заняться с тобой любовью, Корин. Отчаянно.

Легкий всхлип сорвался с моих губ. Последние несколько дней, пока мы гостили у моей матери, Митчелл вел себя как настоящий джентльмен. Несмотря на то, что мы спали в одной комнате, он не занимался со мной любовью, хотя несколько раз с помощью пальцев заставлял меня кончить. Я чувствовал себя развратной, делая что-то подобное в доме матери, но я наслаждалась этой дерзостью.

В голову пришла идея.

— Мы всегда можем улизнуть к ночи. Пойти, например, на пляж.

Рука Митчелла опустилась ниже, пальцы принялись дразнить мою обнаженную кожу.

— Мне нравится эта идея.

Я уткнулась лицом ему в грудь. Его запах пьянил как наркотик. Я никак не могла подойти к нему достаточно близко.

— Я люблю свадьбы, — сказал он.

Его заявление застало меня врасплох. Откинув назад голову, я посмотрела на него.

— Неужели?

— Почему это тебя так удивляет?

Я издала смешок.

— Не знаю. Может быть, потому что до недавнего времени ты был против отношений.

Глаза Митчелла погрустнели.

— Я никогда не был против отношений. Я просто не думал, что готов к этому... До тебя. Ты изменила мое восприятие всего, Корин. Надеюсь, ты это знаешь. Каждый день ты заставляешь меня хотеть стать лучше.

Навернулись слезы. Протянув руку, я прижалась губами к его губам.

Митч обхватил ладонями мое лицо и углубил поцелуй. Клянусь, я чувствовала, как каждая унция его чувств вливается в меня. Голова кружилась от любви. Счастья. Ощущение от того, что этот удивительный мужчина любит меня так, как он это делал, было невероятно захватывающим. Волшебно.

Когда мы, наконец, прервали поцелуй, я отчаянно хотела заняться любовью.

— Я думаю, нам нужно улизнуть отсюда, взять плед и отправиться на пляж.

Митчелл поднял брови.

— Мне нравится ход твоих мыслей.

Я демонстративно облизала нижнюю губу и ответила:

— И я думаю, что пришло время для новой позиции.

Митчелл тяжело сглотнул, потом взял меня за руку и потащил к дому.

— Вперед. Пойдем, пока никто не заметил, что мы исчезли.

Итак, у нас уже две свадьбы, с которых мы сбежали ради секса. Я не могла справиться с головокружительным чувством, бурлящим внутри, когда мы ускользнули от празднующих и спустились на пляж.

— А как насчет прямо здесь? — спросил Митчелл.

Оглядевшись, я едва различала огни, исходящие от пляжного домика. Других домов поблизости не было. Скорее всего, мы зашли достаточно далеко в район парка.

— Прекрасно!

Митчелл расстелил плед и сел. Он взял меня за руку и мягко усадил рядом с собой.

— Здесь очень красиво, — сказал он.

Я прислонилась головой к его руке и удовлетворенно вздохнула.

— Красиво и холодно.

— Ненадолго, — сказал Митчелл и взял рюкзак, который быстро собрал до этого. Он вытащил толстовку, помог мне натянуть ее через голову, а потом оделся сам.

— Я хочу тебе кое-что показать, — сказал он сексуальным голосом.

— Правда? Это что-то вроде «ты покажешь мне свое, а я покажу тебе свое»?

Смеясь, Митчелл потянул меня назад, и мы легли на спину.