Глава 21

Я сидела спиной к барной стойке Лероя и потягивала золотистый кларет. Мой взгляд не отрывался от сцены, где в белые лучи прожекторов выходила сирена, чьи лиловые волосы рассыпались поверх чёрного вечернего платья. Она двигалась с кошачьей грацией, и весь бар притих, когда взгляды сосредоточились на ней. Я прежде уже слышала пение сирены и ловила себя на том, что боюсь и жажду услышать её голос.

Когда она начала петь, её голос эхом разнёсся по тёмному помещению, маня моё сердце. Она пела на древнем языке фейри, и хоть слова не имели для меня смысла, я каким-то образом понимала. Музыка пробуждала чувство потери и ностальгию, меня сокрушило волной тоски по дому. На глаза навернулись слёзы, когда я подумала о летних ночах на берегу Чарльз-ривер, о жареной курице моей бабушки, о ленивых воскресных утрах со Скарлетт и стопкой журналов. Тогда я не знала, что моя жизнь исказится и изменится до неузнаваемости.

Если посмотреть на толпу, то легко было увидеть, что не я одна тронута. Больше чем у половины постоянных посетителей бара по лицам катились слёзы, и некоторые из них оставляли сверкающие голубые и серебристые дорожки на щеках.

Наконец, сирена пропела последнюю ноту и улыбнулась зрителям.

— Она нечто великолепное, да? — произнёс дрожащий голос возле меня.

Я глянула на Элвина, чьи глаза блестели.

— Определённо, — я моргнула, стараясь привести мысли в порядок. — Ты когда пришёл? Я тебя не видела.

— Буквально несколько минут назад, — он вытер глаза. — Ты выглядела заворожённой. Я не хотел что-либо говорить.

— Ага, — я обвела взглядом фейри, сбившихся в кучи вокруг столиков. — Сегодня тут аншлаг.

— Это ведь последнее выступление сирены, не так ли?

— Куда она отправляется?

Он пожал плечами.

— Во Францию? В Шотландию? Кто знает, чёрт возьми? Она не останется здесь, вот это точно. Многие фейри бегут к холмам.

Не могу сказать, что я была удивлена, учитывая, что настроение фейри колебалось между мрачным и безнадёжным. Прошло два дня, и я ничегошеньки не слышала от Роана, только слухи о том, что крепость Сингето еле-еле держится.

Глаза Элвина на мгновение сверкнули оранжевым.

— Так что ты тут делаешь, Касс? Не думаю, что ты пришла посмотреть выступление.

— Нет, — я схватила свой бокал кларета с барной стойки. — Я пришла за помощью. За советом.

— Ах. Я слышал, что ты заключаешь союзы, пытаешься сформировать Республику. Ну и роль ты на себя взвалила, малышка-пикси.

— Знаешь, это сложнее, чем ты думаешь, — а я-то считала, что в отсутствие Роана всё будет слаженно работать без моего вмешательства. Всего лишь несколько дней до возвращения Роана, и все будут гладко ладить во время его отсутствия. На самом деле всё оказалось не так. — Вчера между фейри Ярости и фейри Печали завязалась драка, — сказала я. — Я не до конца поняла детали, но один из них обозвал другого каким-то оскорблением фейри. Driushiud ki, кажется?

Элвин поморщился.

— Сурово.

— Ага. В итоге мы имеем трёх тяжело раненых фейри и весьма взбешённых банши, которые желают кровной мести. Вдобавок я слышала, что прихвостни Гренделя бродят всюду и избивают людей, требуя налогов. На военные издержки, как он утверждает.

Элвин опёрся на барную стойку.

— Он не кажется надёжным парнем.

— Я практически уверена, что он оставляет эти деньги себе, не забывая насиловать женщин из Дома Эрнмас.

Элвин медленно кивнул.

— Неудивительно. У него на них фетиш.

— Но я ничего не могу с этим поделать, потому что он глава Двора Уила Брок. И есть куча мелких фракций, о которых я ничего не знаю.

— Мы, Неблагие, любим свои мелкие фракции.

Я шарахнула кулаком по прилавку.

— Чем вообще думал Роан, когда оставлял меня поддерживать это всё? Я не знаю, что творю. Я не знакома с обычаями фейри. Я даже не знаю, что такое driushiud ki.

Элвин схватил меня за руку и прошептал:

— Я бы на твоём месте не стал разбрасываться этим словом, если не хочешь, чтобы тебя кто-то пырнул. Это «больная сука».

Я опустошила половину своего бокала.

— Ему надо было оставить за главную Эльрин.

— Нее, она бы всё похерила, — Элвин широко улыбнулся. — И её никто не боится. Ты Владычица Ужаса. Ты вселяешь страх.

— Ага, мне все так говорят.

— Ну так веди себя соответствующе.

«Этот кларет быстро исчезал в моём желудке».

— Я понятия не имею, как вести себя в духе этой Владычицы Ужаса.

— И что? Думаешь, я знаю? Чего ты от меня хочешь? — спросил Элвин.

— Мне нужен твой совет.

— Ну, мы выработали хороший ритуал. Ты покупаешь мне ужин, даёшь мне что-то, задаёшь вопрос, а я...

— Нет, — я посмотрела ему в глаза. — Не так. Я хочу, чтобы ты был моим советником. Мне нужна твоя помощь в качестве официального лица.

Он смотрел на меня неприятно долгое время, потом покрепче запахнул свою куртку.

— Слушай, Касс, всё было очаровательно, но теперь мне пора в другое место.

Я схватила его за руку.

— Мне нужен кто-то, кто понимает происходящее и может обрисовать доступные мне варианты. Нериус просто говорит мне убивать всех подряд. Бранвен уехала на миссию. А Эльрин и я... ну, тут всё сложно.

— Нельзя сказать, будто у меня есть опыт в должности правительственного советника.

Отчаявшись, я подтащила его ближе и изобразила свой самый гневный взгляд.

— А никого другого и нет. Я Кассандра Уила Брок, Владычица Ужаса. И ты сделаешь так, как я прошу, иначе познаешь мой гнев.

Элвин украдкой осмотрелся по сторонам, его лицо побледнело.

— Ты будешь в долгу передо мной за такое, дружище.

— Ничего я не буду должна. Ты сделаешь это, чтобы вернуть себе место в мире Неблагих. Сделаешь это ради своего народа. И ради себя.

Элвин мрачно уставился в пол. Внезапно Лерой подвинул к нему тарелку с мягким сыром и высокий бокал вина.

— Элвин Таранис, Особый Советник. Это за счёт заведения.

Элвин удивлённо моргнул и уставился на сыр так, будто тот сейчас сожрёт его самого. Я бросила на Лероя благодарный взгляд, который он тут же проигнорировал.

— Ладно! — Элвин сердито посмотрел на меня, и его глаза блеснули оранжевым. — Чёрт возьми. Стоит пару раз помочь женщине, и вдруг твоя задница уже принадлежит ей.

Я победоносно выдержала его взгляд.

— Ты знаешь, где я остановилась?

— Конечно, знаю.

— Я забронировала тебе номер. Я хочу, чтобы ты притащил туда свою задницу после того, как доешь еду. Женщина по имени Иделиса достанет тебе хорошую одежду.

Он посмотрел на свои помятые штаны, а я прочла слоган на его футболке: «Если Земля не плоская, тогда почему горизонт прямой?»

— А что не так с моей одеждой?

— Просто носи то, что она скажет тебе носить, ладно? Поверь мне на слово, так будет проще, — я допила последние капли кларета. — Я рада, что мы поговорили.

— Подожди, — он соскочил со своего стула.

— Что? — спросила я, удивлённая внезапной напряжённостью его выражения.

— Все эти штуки... борьба за территорию, оскорбления, сердитые лорды... это может подождать до завтра. Но Грендель что-то задумал. Ты ведь это знаешь, верно?

Я слегка кивнула.

— Есть идеи, что он замышляет?

— Нет, — он пожал плечами. — Но он что-то задумал. Типа, прямо сейчас. Ты не можешь позволить, чтобы он перехитрил тебя, Касс.

— Не перехитрит, — сказала я, и в моём голосе было намного больше уверенности, чем я ощущала. — Скоро увидимся.

***

Я припарковала машину на тёмной стороне улицы, южнее реки — примерно в миле от места, которое раньше было особняком Роана. Сильный дождь барабанил по машине. Я выключила двигатель и фары. Сомневаюсь, что в такую ночь кто-то заметит меня здесь.

Я жалела, что мне не хватило дальновидности купить себе чипсов и кукурузок. Ночь могла оказаться долгой, но хотя бы у меня имелся термос с кофе.

Я достала зеркало из сумочки — квадратное зеркало примерно сорок сантиметров шириной. Я посмотрела в прозрачное стекло, мысленно связываясь с ним и ища Гренделя. Я легко нашла его, поскольку на него указывало несколько отражений. Я перебирала их в своём зеркале и наконец остановилась на том, которое давало ясный вид его лица.

Он сидел в одной из спален особняка Роана. Я мысленно поправилась — его особняка. К моему удивлению, он отдыхал не в бывшей спальне Роана, которая была хозяйской. Этот выбор показался мне странным. Грендель явно захотел бы лучшую комнату.

Я поморщилась, когда заметила голую женщину, лежавшую на постели рядом с ним. Как и все женщины Гренделя, она была покрыта синяками, у неё был подбит глаз и кровоточила губа. Сначала я даже не заметила её из-за неподвижности — она тупо смотрела в пространство, может, стараясь, чтобы он не вспомнил про неё вновь. Меня тошнило от того, что мы образовали союз с этим монстром и дали ему больше власти.

Он был одет в тесные кожаные штаны, верхняя половина тела оставалась обнажённой. Поверх бледных и сальных складок его живота болталась тазовая кость. Он продолжал трогать её пальцем, ласкать её изгибы, время от времени высовывая язык и облизываясь. Внезапно я порадовалась, что не захватила чипсы, иначе сейчас заблевала бы всю машину оранжевой рвотой.

Грендель говорил, и я сначала не понимала, то ли он бурчит себе под нос, то ли обращается к женщине. Судя по её отсутствующему взгляду, она не прислушивалась ни к единому его слову. Но потом, через несколько секунд, она кивнула и произнесла одно-единственное слово. «Да».

Обмен репликами продолжался, Грендель говорил, а женщина через определённые промежутки отвечала фразами вроде «конечно» и «вы правы». Один раз она как будто задержалась с ответом, и Грендель резко повернул голову, рявкнув что-то на неё. Женщина побледнела и лихорадочно закивала. Её глаза широко распахнулись, и, похоже, она раз за разом повторяла «да, конечно».

Испытывая отвращение, я постаралась сосредоточиться на губах Гренделя и заглушить остальные отвлекающие факторы. Меня обучали читать по губам на базовом уровне, но чертовски сложно было делать это, не зная контекста. Я чётко понимала, что происходит с женщиной. Она просто симулировала интерес и покорность, чтобы её не ударили вновь. Но вот бесконечный монолог Гренделя понять было сложнее.