Глава 33

На парапете крепости Сингето ветер хлестал мои волосы. К тому моменту, когда мы прибыли в замок, собрав силы Неблагих из Лондона, время уже перевалило за полдень. Мои бёдра горели от утомления после поездки. Мне пришлось ехать на лошади и цепляться за её гриву так, будто от этого зависела моя жизнь — впрочем, полагаю, так и было. В любом случае, хотя бы после приобщения к силе Первой я обрела способность стоять. Магия ужаса, похоже, стабилизировалась в моём теле.

Бок о бок с Роаном я смотрела на поле битвы, наблюдая за строем врагов. В полумиле от нас я видела укрепления Благих: их траншеи, высокие колья, наскоро возведённые смотровые посты. А за линиями фронта виднелся лагерь Благих, и их бледная броня блестела на солнце.

У меня перехватило дыхание от многочисленности их армии. Сотни идентичных палаток стояли рядами. Колоссальное осадное снаряжение возвышалось над силами Благих, и некоторое ещё находилось на этапе постройки: высокие и прочные осадные башни, несколько катапульт, три стенобитных тарана.

Борво, генерал Неблагих, перекрикивал ветер, и его заострённые уши виднелись сквозь гриву полночно-синих волос.

— По нашим оценкам, через неделю они будут готовы для нападения, которое полностью сокрушит нашу оборону. Их силы прибывают с каждым днём, тогда как наши оскудевают.

— Есть представления об их численности? — спросил Роан.

— Примерно семь тысяч, сэр. У нас девятьсот тридцать семь.

«Изумительно». Они превосходили нас по численности почти восемь к одному. Если мы выйдем атаковать за пределы крепости, они попросту перережут нас всех, несмотря на силы ужаса.

Я повысила голос, перекрикивая ветер и обращаясь к Роану.

— Нам придётся подождать, пока они не придут к нам.

Борво покачал головой.

— Не думаю, что это мудрое решение, Владычица. Наши шпионы докладывают, что один из принцев Благих ведёт сюда армию из десяти тысяч людей. Если мы будем ждать, наши шансы лишь ухудшатся. Вдобавок почти весь наш паёк закончился. Мы тут голодаем.

— Тогда каковы наши варианты?

Борво сощурился от солнца.

— Я могу удержать крепость с помощью четырёхсот наших людей. Вам хватит времени, чтобы организовать полноценное отступление. Благие хотят Триновантум. Они не погонятся за нашими людьми за границу.

Пока я не вернула свои силы ужаса, я бы согласилась с ним.

— Генерал, уверяю вас, что я могу крайне эффективно использовать свои силы.

— При всём уважении, Владычица Ужаса, способны ли вы вселить ужас в четыре тысячи людей? В три тысячи?

Вообще-то я понятия не имела. Наверное, нет. Я определённо не делала такого прежде.

— В две тысячи? — он ждал ответа, но я молчала. — Тогда этого недостаточно. Я ценю, что вы пришли помочь... но нам нужно отступать.

Я прикусила губу.

— Что, если они нападут прямо сейчас?

— Не нападут. Это будет слишком рискованно для них.

— Но что, если они это сделают? Смогут они захватить крепость?

Он пожал плечами.

— Возможно. У них оружие Балора, и их воины хорошо обучены. В отличие от наших, они хорошо накормлены. Но крепость Сингето прежде никогда не захватывали, и у нас имеется явное тактическое преимущество высоты. Если они нападут сейчас, их шансы будут намного хуже, чем если они дождутся прибытия подкрепления.

— Нам надо спровоцировать их на нападение, — прогремел голос Роана.

Борво казался настроенным скептично.

— Благие не дураки, сэр. С чего бы им нападать сейчас?

Я улыбнулась Борво.

— Потому что мне не надо манипулировать тремя тысячами людей. Всего одного из них будет достаточно.

***

Огромные опускные решётки захлопнулись за нами с громким лязгом. Я невольно вздрогнула. Одно дело — смотреть на броню Благих из-за укреплений крепости. И совершенно другое — стоять на земле и видеть массу их армии.

Я вцепилась в гриву своей кобылы по кличке Этейн, делая вид, будто мне комфортно на ней сидеть. Элвин ехал рядом, неся белое знамя. Роан скакал впереди, и его широкие плечи напряжённо застыли. Позади нас ехали четыре воина на костлявых и слабых лошадках. Мы выбрали четверых самых худых и бледных, явно оголодавших воинов, которых только сумели найти. Один из воинов кашлял в сгиб локтя и едва держался в седле.

Группа из двадцати Благих ехала в нашу сторону, возглавляемая огромным воином на большом белом коне. Их всадники поднимали огромное облако пыли, скрывшее из виду линии фронта. Мы остановились и стали ждать, когда они доедут до нас.

Они остановились на расстоянии примерно десяти метров.

Роан выпрямился.

— Я Роан из дома Таранисов. Мы пришли обсудить перемирие.

— А я Кассандра Уила Брок.

— Я Тейрнон Эсус, генерал армии Благих, — презрительно процедил Благой воин, сверкая бледными глазами. — Вы пришли предложить капитуляцию? Самое время.

Я крепче сжала бёдрами лошадь.

— Прошу прощения. Кажется, мы слишком далеко друг от друга. Вы, должно быть, ослышались. Мы сказали «перемирие».

Я подстегнула Этейн, и мы двинулись вперёд. Когда между нами осталось примерно шесть метров, шестеро из их мужчин подняли арбалеты и прицелились.

Серебристые глаза Тейрнона сверкнули.

— О, я вас расслышал. Я слыхал про глупость Неблагих, но не осознавал её масштабов. Полагаю, раз ваш вид спаривается с животными, вы не в состоянии мыслить ясно. Вы правда думаете, что вы в том положении, чтобы вести переговоры?

Роан что-то сказал, но я не слушала. У меня здесь была другая роль, и я сосредоточилась на Тейрноне.

Время замедлилось, бледные волосы генерала Благих застыли на ветру. Я уставилась на завитки страха, исходившие от его тела.

Прежде я всегда использовала страх одинаково. Я вбирала его в себя, умножала и швыряла обратно. Я использовала его как простое и разрушительное оружие. Но сейчас, когда в моих венах текли силы Первой, я точно знала, как искусно читать страх и манипулировать им.

Я призвала страх Тейрнона, и он пришёл ко мне, гудя в воздухе плотными оловянными струями. Его тревоги вибрировали в воздухе раскатистым погребальным плачем. Я слушала, настраиваясь на песнь его страха. Я уловила его звонкую тревогу из-за малышки-дочки, которая болела, когда он уезжал на войну. Она до сих пор болела и, возможно, она не оправится. Прямо над этим страхом вибрировал волнительный ужас заражения. Вдруг Неблагие с их звериными телами заразят его одним лишь своим присутствием?

Громкий, похожий на стаккато страх огня ритмично пульсировал в нём. Будучи маленьким мальчиком, он обжёг руку, и ужас перед огнём жил в нём до сих пор. А под всем этим слышались насыщенные, тяжёлые страхи смерти, и эти ноты вибрировали в таких глубинах, что он даже не осознавал их присутствия.

Я могла затеряться в симфонии его страхов, в идеальной гармонии для моей души. Но у меня была цель.

Я настроилась на высокий, пронзительный, почти неуловимый звук. Он страшился того дня, когда прибудет принц. Принц ожидает, что он к этому времени уже захватил крепость, и посчитает его трусом. Я поработала над этой нитью, умножила её до дикого крещендо, пока она не зазвенела над полями подобно всепоглощающей тревоге, которая преследует каждую минуту его дня.

Затем я настроилась на другую нить его страха — того, что касался крепости Сингето и её обороны. Того, что касался смерти. Я могла бы умножить эти страхи, убедить его, что он проиграет сражение, заставить его обмочиться от страха перед горящим маслом. Но я не могла лишить его знания, что подкрепление в пути. Он просто подождал бы, пока силы Благих не умножатся, пока другие не возглавят атаку. А нам надо, чтобы они напали, будучи неподготовленными.

Так что я подавила эти страхи, приглушила беспокойство из-за высоты стен, из-за горящего масла на парапете, из-за камней и стрел, которые посыплются на его людей. Я забрала грохочущие страхи смерти и заглушила их, пока он не забыл про горячее масло и боль, пока он не забыл, что мы можем его убить.

Наши люди ослабели от голода; он видел это по заморенным лошадям, по осунувшимся лицам. Чаша весов существенно склонена в пользу армии Благих.

Я была Владычицей Ужаса. Но обратная сторона страха — это храбрость, и я могла манипулировать и ей тоже. А грань между храбростью и глупостью часто была размытой и неясной.

Когда я закончила работу, время возобновило свой ход.

— ...не о чем говорить, — сказал Тейрнон. Его презрение исчезло, сменившись отвращением. — Возвращайтесь в свою маленькую крепость, больные животные. Мы больше не встретимся.

Все члены отряда почти как один развернули коней и ускакали в облаке пыли.

Я сделала глубокий вдох.

— Они нападут очень скоро. Нам надо сообщить генералу.

Солнце опускалось ниже к горизонту, отбрасывая длинные тени на поле битвы и купая Роана в золотистом свете.

— Ты уверена? — спросил он.

— Небезосновательно уверена, — усталость овладела моим телом. — Думаю, нам надо поспать, пока они собирают силы и готовят атаку. Тейрнон не захочет ждать.