— Повезёшь Ваару в Алмаз, как договаривались? — меняя тему разговора, решил узнать Сигурд.

— Почему бы и нет? Заодно встречусь с достопочтенным Альмиром, он расскажет мне, как поживает новый владыка Небесного царства. Узнаю, не держит ли белоголовый эльф зла на хранителя Восточного Оберега Арминаса, как в своё время его отец Асерлас.

— А тебе то что от их вражды? — как-то грубовато кинул король.

— Арминас мой соплеменник, к тому же мы с ним дружим не одно столетие, — удивился вопросу Малитил.

— Понятно, хоть ты и свободный, но всё равно предан своему господину и роду.

Малитил не стал комментировать обидные слова короля Сигурда, посчитав, что лучше будет промолчать и покинул старого мага и правителя королевства Пяти Камней.

— О-о-о! Наконец-то! — воскликнул Сигурд Суровый после того как солдаты завершили сооружение его просторного шатра. — А я уже думал, что мне придётся спать на свежем воздухе.

Армейцы поспешили заняться переносом мебели, разгружая подкатившие повозки.

— Ты бываешь просто невыносим, — печально смотря вдаль уходящему эльфу, произнёс старец.

Каарг заметил, что король в последнее время стал более агрессивным в разговорах с другими, особенно после первой ночи кошмаров. Чародею уже несколько раз приходилось оставаться подле Сигурда и приносить ему очередной флакон со снотворным, но ужасные кошмары так и не прекратились. Колдун даже проверял магический фон, еду и одежду короля, но ничего не найдя, лишь пожимал плечами в недоумении.

— Тебе бы приснилось, как он убивает твою жену, а потом съедает её, чародей. Посмотрел бы, как бы ты относился к речному эльфу после такого.

— Мы же с тобой уже обсуждали несколько раз, что твои кошмарные сны не имеют никакого отношения к настоящей реальности.

— Я знаю, Каарг, но они уж слишком натуральными кажутся, не могу с собой ничего поделать. Самые страшные связаны с моим сыном Эгилем, он снится мне всегда, и вождями племён, все как один пытаются оторвать от уцелевшей ноги кусочек, а ты не знаешь, как от них убегать, потому что они превращаются в разных страшных существ.

— Ну, хоть я тебе не снился, — усмехнулся чародей.

— Каарг, ты забыл добавить приставку 'пока'.

— Чувствую, наша крепкая многолетняя мужская дружба может скоро закончиться.

С этими словами они прошли в шатёр. Уставший от скачки и постоянных кошмаров монарх бесцеремонно завалился на приготовленную постель, не снимая грязных сапог и пропитанной потом одежды. Каарг же уселся напротив Сигурда в плетёное кресло.

— Как же я устал от всего, Каарг, — произнёс король тихим измученным голосом, — достали эти неуравновешенные правители, гильдия магов со своим восставшим из мёртвых Кровавым Альдором, теперь ещё ифриты появились и дикарей Песков нужно где-то разместить на Равнине. Лучше бы я родился сыном простого фермера в окрестностях Рубина или Изумруда, пас бы всю жизнь стадо коров или коз на зелёном лугу. Не было бы никаких хлопот, а так лежу без одной ноги, а второй при этом нахожусь в царстве мёртвых Тенебриса, куда меня скоро загонят эти проклятые сны.

— Хватит ныть как глупая баба, жалующаяся на судьбу, — твёрдо сказал старик, — посмотрел бы, как ты коз пасёшь. Тоже мне умник нашелся, думаешь у простого люда проблем намного меньше, чем у тебя?

— А что разве не так?

— Уж поверь! Ты должен быть счастлив, что родился королём Пяти Камней, а не простым человеком. Ты можешь стать героем для своего народа, а что может пастух? Максимум, это стать достойным человеком и кормильцем семьи. Ещё он может пойти воевать, но даже если ему откусят полноги, как произошло с тобой, то он останется всего лишь калекой, но никак не героем в глазах населения королевства. Может быть, родные и будут им гордиться какое-то время, но недолго, станут считать его решение защищать Равнину неимоверной глупостью.

— Довольно, Каарг, — оборвал мага Сигурд, — думаю, я был неправ, размышляя над тем, что могло быть.

— То-то же! Мы родились на своих местах не просто так, нас определил на них Создатель, каждый выполняет уготованную ему функцию. Быть королём с одной стороны проще всего, но с другой — это самая тяжелая ноша на Равнине.

— Ты уже запутал мои мысли своими умными речами, старик. Принеси-ка лучше мне ещё пузырёк микстуры, надеюсь, она подарит мне хотя бы пару часов сна, а не как в прошлый раз.

— А как ты тогда сказал о царстве Тенебриса и ноги? — задумался Каарг.

— Что одной нет, а вторая почти у него?

— Нет, потом! О снах?

— Об этих проклятых снах, что мне каждую ночь снятся? — вспоминал король.

— Точно, проклятые сны. Думаю, я теперь догадываюсь, в чем причина твоих бесконечных кошмаров.

— Говори, не томи меня, — попросил Сигурд, на его лице появилась надежда на спасение.

— В проклятии, — подняв палец вверх, объяснил чародей, — в нашем мире магии иногда встречаются ведьмы и ведуны, способные наводить заклинания, которые не имеют магического фона, как при использовании кулонов и других артефактов.

— Бред это всё, — отмахнулся король, поворачиваясь на бок.

— Ты же в молодости часто ездил в Речное царство Нумидала?

— Знаешь же, что да! Какое это имеет отношения к проклятиям?

— Историю о Касаласе сыне владыки Нумидала ты не мог не слышать. В первый раз его погубило проклятие колдуньи, которую он отверг.

— Так ты мне скорую смерть пророчишь? — пытаясь разобраться в сказанном, спросил Сигурд Эллингтон. — Я ведь никакой колдунье дорогу не переходил.

— Нужно поскорее найти того, кто это с тобой делает.

— И как это сделать?

— Без твоей крови сотворить подобное нельзя, но если с тобой повторяется это изо дня в день, то откуда же они берут её.

— Может быть из откусанной ноги, — предположил Сигурд, заинтересовавшись.

— Нет, это ерунда. Кровь должна быть свежей, оставаясь в жидком состоянии, по крайней мере, мне так говорил Альдор, когда рассказывал о проклятиях, — начал припоминать разговор почти столетней давности Каарг.

— Но как ведьма заполучила кровь речного эльфа?

— Этого я не знаю, — честно признался колдун, пожимая плечами.

— Тогда каким образом ведьма воздействует на меня? Что ещё тебе говорил Кровавый маг? Вспоминай, чародей! — вскочил король, надеясь, что они близки к разгадке.

— Прошу, не отвлекай, — колдун прикрыл глаза, копаясь в своей старческой памяти.

Сигурд смирено ждал, не мешая больше часа. Наконец Каарг взглянул на короля, выражение лица мага казалось опечаленным.

— Он утверждал, что в редких случаях можно использовать кровь детей, чтобы повлиять на состояние родителя. Остаётся Эгиль, но он ведь...

— Ты точно уверен в своих догадках?

— Другого варианта нет.

— Значит, мой сын сейчас подвержен опасности? Забери меня Тенебрис! Эгиль! — воскликнул Сигурд.

Никакая усталость не помешала королю быстро выбежать из шатра. Опираясь на деревянную ногу, он рванул к месту, где держали его коня. Каарг, видя неизбежность отъезда Сигурда, спешно направился к Малитилу, чтобы попросить его поехать вместе с обезумевшим королём. Речной эльф не стал задавать лишних вопросов, понимая, что времени на это у него нет. Он поскакал вслед успевшему уже покинуть лагерь королю. Буквально через полчаса отряд из двух сотен вооруженных до зубов конников выехал за ними. Кааргу пришлось остаться во главе армии, он хоть и желал всеми фибрами своего тела помочь эмоциональному Сигурду, но не мог бросить Ваару и племена Песков наедине с вояками, нужно же было это всё кому-нибудь контролировать.

***

Единственным преимуществом поздней осени являлся прохладный день, не нужно было прятаться от летней жары дома, а наоборот хотелось провести его на улице, пока согревающее своими лучами солнце не скрылось за горизонт. Именно в такую погоду Тархон находился на бойцовской арене вместе с четырьмя островитянами и помощником по школе Воителей — мастером Эрозамом Милном. Они смотрели на сомнительные успехи дикарей под командованием Ольбера с одной стороны и выходцем из племён Песков Анибом с другой. Каждый отряд насчитывал по тридцать воинов, которые были вооружены деревянными клинками и легкими прямоугольными щитами. Бойцы сражались между собой, но поскольку драка была не смертельной, а тренировочной, то каждый из них давал слово, что при точном попадании соперника в его тело покинет поле импровизируемой битвы, как побеждённый.