Леголас немедленно сообщил эту новость Торину, и тот повторно засыпал уже с намного лучшим настроением, радуясь тому, что с эльфами у его клана нынче складываются самые замечательные отношения.

Утро, как и ночь, выдалось зябким, хотя все путешественники были одеты по-осеннему. Небо по-прежнему закрывало плотное покрывало облаков, а с севера стал дуть неприятный холодный ветер. Однако эти неудобства показались всем мелкими, когда эльфы, обратив свой взор к востоку, сообщили, что с той стороны приближается крупный караван. И хотя люди и гномы, сколько ни глядели, так и не смогли рассмотреть на равнине цепочку вьючных животных, остроглазым эльфам они поверили.

— Это гномы? — лишь спросил Торин.

— Пока не ясно, — признался Леголас. — Пусть подойдут поближе.

— Это либо люди из Дейла, либо наши явились, — тут же высказал предположение Бифур, — больше некому.

Его слова сочли справедливыми, и в лагере воцарилось радостное оживление. Снова разгорелись угасшие костры, в которые специально набросали сырой соломы — чтоб дымили сильнее.

— Кем бы они ни были, мимо теперь не пройдут, — с удовлетворением проговорил Торин. Затем глянул на Леголаса и поинтересовался: — А что там с нашим беглецом? Не было вестей от дозорных с болота?

— Увы, государь, ничего, — развёл тот руками. — Очевидно, вор очень осторожен и старается лишний раз не выдавать себя. Но и мы не будем расслабляться. Более того, мы в первую очередь попробуем перекрыть ему путь на юг, ибо он изначально стремился туда.

— Или же просто направлялся в Дейл… — как бы невзначай уронила Кэрриэль и бросила косой взгляд в сторону егерей, гревшихся возле соседних костров. — В свете этого соображения глупое поведение тамошних собак кажется теперь не таким уж и глупым…

Это прозвучало почти как обвинение, и слышавшие её слова эльфы с гномами нашли их не лишёнными смысла. Однако реакция людей оказалась совершенно противоположной, а Главный егерь и вовсе стал пунцовым от гнева.

— Мы не нанимали вора, чтобы украсть Аркенстон! — вскричал он, вскочив на ноги. — Зачем нам этот Алмаз, если у нас своих богатств в избытке? А волшебными предметами мы и вовсе никогда не баловались, не то что некоторые! Если уж на то пошло, южнее нас расположен Озёрный Город — вот там часто всякий сброд ошивается. А, кроме того, сам собой напрашивается вопрос: почему это невидимый похититель вдруг испугался нас ещё на пути к Дейлу и свернул к Сумеречью? И не просто свернул, а ухитрился проникнуть в него мимо хвалёной эльфийской стражи…

Тут уж не сдержались и вскочили со своих мест эльфы — кулаки сжаты, глаза горят возмущением. Назревала серьёзная ссора, и Торин поспешил вмешаться.

— Тихо-тихо, друзья! — примирительно поднял он руки. — Я уверен, что никто из вас к похищению Аркенстона не причастен, поэтому не будем голословно обвинять друг друга. Все мы изрядно натерпелись от орков, все мы их люто ненавидим, а потому никто из нас и помыслить не смог бы о том, чтобы нанять их для кражи. Здесь замешана какая-то другая сила. Не знаю, для себя самого вор решил украсть Аркенстон или же его нанял кто-то ещё — это мы сможем выяснить, лишь изловив его. А потому предлагаю отбросить всякую взаимную подозрительность, ибо это лишь мешает нашему делу.

Как ни странно, мудрая рассудительность владыки Эребора остудила горячие головы, и данную тему никто из них больше не поднимал. А спустя час об этой перепалке и вовсе все забыли, потому что на востоке в поле зрения и вправду появилась длинная вереница всадников. Теперь уже не только эльфы, но и все остальные смогли разглядеть невысокие коренастые фигуры, восседавшие на пони.

Но прежде чем они достигли лагеря поисковиков, в небе вдруг мелькнуло что-то чёрное, и на землю перед королём Одинокой Горы опустился знакомый белоклювый ворон.

— Я исполнил твоё порручение, Торрин Камнешлем, — проговорил он. — Письмо стрражникам врручил и карраван из Эрреборра к вам прроводил.

— Ты снова выручаешь нас, мой пернатый друг! — улыбнулся тот. — Я уже дважды обязан тебе.

— Говоррят, благодаррность гномов не рржавеет… — прокаркал ворон. — Может, когда-нибудь я и вострребую её. А пока я бы хотел веррнуться домой — уж больно скучна ваша погоня…

— Что ж, не буду задерживать, — развёл руками Торин.

Ворон улетел, а через некоторое время подоспел и караван, состоявший из шестидесяти крепких пони и девяти коней под управлением дюжины гномов Эребора. Хмурые и не выспавшиеся, с собой они привезли множество каких-то угловатых свёртков и объёмистых тюков. Встречать их вышли всем лагерем. Даже Торин, тяжело припадая на опухшую ногу, поднялся со своего места. Вчера перед сном эльфы наложили ему на стопу какие-то целебные листья, и сегодня он чувствовал себя немного лучше. Тем не менее нормально ходить он всё ещё не мог.

Поприветствовав всех, ездоки спешились и подошли к своему королю.

— Всю ночь ехали без остановки, твоё величество, — заговорил первым седовласый верзила по имени Ваин, возглавлявший обоз. — Надеюсь, не сильно вас задержали? А то эльфийские кони на редкость строптивыми оказались — всю дорогу упрямились, идти не хотели…

— Да нет, вы как раз вовремя! — улыбнулся Торин и одобрительно похлопал караванщика по плечу. — Ничего не забыли?

— Собрали всё по списку и добавили ещё кое-что на своё усмотрение, в основном по части еды.

— И табачок положили? — тут же встрял Нори. — А то я свой как-то некстати забыл…

— А как же без него! — повернулся к нему Ваин и кивнул в сторону каравана. — Можете разбирать своё добро.

— Это обождёт, — махнул рукой Дори. — Сперва поедим!

— И то верно, — шмыгнул носом Гимли, умудрившийся этой ночью подхватить насморк.

Остальные их с готовностью поддержали, и вскоре вся поисковая ватага жадно накинулась на доставленные из Эребора припасы. Впрочем, эльфы угощения гномов не приняли, решив сперва покончить со своей собственной снедью, уже который день покоившейся в их седельных сумках.

А по завершении трапезы, когда гномы с упоением предавались раскуриванию трубок, Торин Камнешлем вдруг поднялся на ноги и, тяжело опираясь на свой меч, неожиданно попросил тишины. По всему было видно, что он хочет что-то сказать.

— Друзья мои! — проговорил он, когда все присутствующие наконец умолкли и устремили на него заинтересованные взоры. — Вот уже почти неделю мы пытаемся изловить таинственного казнокрада, похитившего наш блистательный Аркенстон Трейна. Сперва несколько суток мы искали его в Эреборе, а сейчас уже третий день совместно с нашими союзниками, — он отвесил лёгкие поклоны егерям и эльфам, — гоняемся за ним по всей округе. Общими усилиями нам удалось загнать вора в болото, где он, я надеюсь, и сидит до сих пор. Что он предпримет дальше, нам неведомо. Возможно, он просто затаится и проторчит там ещё не один день, а возможно, попробует уже сегодня пересечь топи, чтобы затеряться затем в отдалённых районах Сумеречья. Любой из этих вариантов означает для нас новые и, как я предвижу, многодневные поиски в лесу. В связи с этим, а также по причине моей травмы, хочу заявить, что продолжать наш совместный поход я не смогу. Увы, но мне придётся вернуться в Эребор. Поэтому сейчас мы должны решить, кто будет продолжать преследование вора, ибо с собой я заберу и некоторых из вас…

— Я и моя группа в этом деле до конца! — поднявшись со своего места, твёрдо произнёс Гимли.

— Мой отряд тоже! — встал рядом с ним Леголас.

Торин благодарно кивнул им и испытующе посмотрел на переглядывающихся гномов.

— А мы, к сожаленью, возвращаемся домой… — уронил тут Главный егерь.

— К моему прискорбию, я тоже… — немедленно повернулся к нему Король-Под-Горой. — Посему предлагаю до Келдуина двигаться вместе, а там уже разбежимся каждый к себе.

Человек согласно опустил голову, а Торин снова окинул задумчивым взором эреборцев.

— Ну а из вашего числа, братцы, со мной отправятся Бердин и, само собой разумеется, моя личная охрана, — сказал он. — Кроме них, также поедут Бифур и Двалин, наши казначеи…